Александр Мельчаев – Дисциплинарная безопасность адвоката (страница 2)

Но всё же очень показательно то, что подписание соглашения с задержанным адвоката не спасло – довольно тонкая логика, подталкивающая к возможности при любом споре с адвокатом заявлять «я был обманут, подписал не глядя».

Последствия приёма

Так что же даёт в правовом остатке вся эта деятельность? А теперь мы пришли к развеиванию мифа уже, казалось бы, близкого оправдания. Никакого оправдания не будет.

В самом сильном варианте срабатывания приёма будет пересмотр дела. Нарушение права на защиту – сильная вещь, но оно носит формальный характер, доказательственная база физически никуда не исчезает. Например, гора наркотиков, обнаруженная у осуждённого в начале дела, никуда не испарится. Проведут заново все слетевшие процессуальные действия с другим адвокатом (который уже будет понимать, с каким «клиентом» он имеет дело), закрепят с учётом ошибки все слабые моменты и дело вернётся на всё те же рельсы.

В слабом варианте от дела отвалятся только какие-то кусочки, то есть процессуальные действия с подставившимся адвокатом.

Пример:

похожая на предыдущий пример ситуация, адвокат признан сотрудничающим со следствием. Приём вроде бы сработал – нарушение признала и палата, и суд. Но вот только толку это осуждённому не принесло. Да, из приговора исключили протокол допроса с участием адвоката, ушло признание вины. Но все остальные доказательства остались, и их хватило для того, чтобы обвинительный приговор сохранился. Никакого смягчения или пересмотра (Апелляционное определение Московского городского суда от 15.12.2022 по делу № 10-22913/2022).

В большинстве случаев приём и вовсе не срабатывает – нарушение адвоката не подтверждается, потому как жалобы пишутся совершенно надуманные.

Стоит отметить, что самим адвокатским сообществом такой «нож в спину» от бывшего доверителя признан вполне нормальным и законным явлением. Так, ещё в 2007 году в «Обзоре дисциплинарной практики» Адвокатская палата города Москвы называла его так: «не противоречащий закону способ защиты своих прав и законных интересов, предполагавший опорочивание работы защитника».

Печально другое: к такому способу могут прибегать и коллеги, пытаясь «выиграть» попавшее к ним в работу дело без учёта каких-то моральных нюансов. Как сломать дело, над которым уже ранее работали другие адвокаты? Подлавливаем этих прежних адвокатов на невнимательности, ищем его ошибку, про которую подзащитный ранее и не знал-не ведал, она его никак не затрагивала. Но сейчас мы ошибку найдем и расскажем, как несчастный подзащитный страдал.

Однако, стоит помнить, что это палка о двух концах. Одно дело действительно использовать серьезное нарушение, которое было реальным нарушением права на защиту и что-то по делу даст. Другое дело – использовать ни на что не влияющий промах коллеги, чтобы выслужиться пред своим подзащитным, показывая свою полезность

Как с этим бороться

Бороться с этим явлением можно только превентивным путём – соблюдая правила адвокатской безопасности, иначе говоря, делая всё по-правильному, почаще подписываем согласование позиции с подзащитным, внимательно относимся к формулировкам соглашения.

Кто может пожаловаться на адвоката

Запустить механизм дисциплинарной ответственности и пожаловаться на адвоката в палату можно по не самому значительному поводу. Как там оценят нарушение – это уже другой вопрос, но любая жалоба неприятна, даже если она бессмысленна. Все равно придется оправдываться.

Но строго по закону пожаловаться на адвоката могут не все, кому вздумается, а ограниченный круг лиц.

Поводы для возбуждения дисциплинарного производства определены в п. 1 ст. 20 Кодекса этики. Там же указан и закрытый перечень заявителей, которые могут подать жалобу.

Пожаловаться непосредственно в палату может:

Другой адвокат. Но при этом он должен уведомить о принятии поручения на ведение дела против другого адвоката Совет палаты и того самого адвоката, на которого готовится «нападение» (ч. 4 ст. 15 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Доверитель адвоката. На самом деле, тот, кого адвокат защищает и есть самый частый жаловальщик. Наиболее частые жертвы жаловальщиков – это адвокаты по назначению (то есть работающие в порядке ст. 51-й УПК) и это совсем не говорит о качестве работы таких адвокатов. Адвокат «по 51-й» подзащитного не выбирает, а с точки зрения некоторых несознательных граждан пожаловаться на того, кому ты ничего не платишь – это очень заманчиво и даже полезно (вдруг так выявится какое-то нарушение права на защиту и за него «срок сбавят», про что мы говорили выше). Это как обругать кассиршу в магазине – она тебе обязана вежливо улыбаться и работать, а вот ты ей ничем не обязан (клиент всегда прав). Любое недовольство адвокатом может послужить поводом для дисциплинарного производства.

Министерство юстиции РФ – это тот орган государственной власти, уполномоченный в области адвокатуры

Судья, но только по тому делу, по которому участвует адвокат.

Вице-президент палаты может сам инициировать производство и без жалобы, если будет повод. Например, в СМИ начали что-то писать или какой-то гражданин активно жалуется, хотя сам с адвокатом соглашений не заключал.

Как мы видим, следователей, прокуроров в этом списке нет, да и случайных граждан вроде тоже нет и подать жалобу они не могут. Напрямую в палату – не могут.

Но есть обходные пути. Так, следователь может написать жалобу в Управление Минюста, а Минюст перенаправляет жалобу в палату уже от себя. Поэтому, если следователь говорит, что напишет жалобу в палату, не стоит высокомерно смеяться ему в лицо, он и правда может, пусть и не напрямую.

Прочие недовольные граждане, не указанные в перечне выше, тоже имеют обходные пути – надо просто написать письмо, да пострашнее на имя президента палаты. И там уже зависит от реакции руководства палаты – давать ход «дисциплинарке» или нет (через представление вице-президента, узнавшего о нарушениях из других источников). Такой себе пусть и при объективном отношении руководства палаты, он, конечно, нерабочий – но, теоретически, он есть

Иначе говоря, при желании пожаловаться на адвоката может практически кто угодно, поэтому важна щепетильность в вопросах соблюдения адвокатской этики.

Какие риски могут создать формулировки в адвокатском соглашение

Соглашение на оказание юридической помощи – это основа деятельности адвоката, а работа без соглашения – это одно из самых серьезных нарушений. В книге не будем разбирать правовую природу соглашения – это один из базовых вопросов для экзамена на статус адвоката. Нас оно интересует с точки зрения соблюдение этики и требований Закона об адвокатуре.

Особенность адвокатского соглашения в том, что в случае каких-то «неясностей» крайним всегда будет адвокат. Всякие «свободы договора» – это не про адвокатов. Там, где в обычной гражданской ситуации применяется довольно логичное договорное право, к адвокатам будет применятся адвокатская этика с её необычным толкованием.

Единой формы соглашения нет, но на региональном уровне некоторые палаты рекомендованную «рыбу» утвердили. Таковые есть, например в Краснодарском крае, Калининградской, Ростовской, Сахалинской, Тамбовской, Тверской, Новосибирской области и в других регионах (не во всех). Повторюсь – это рекомендованные, не обязательные формы, лишь примерный каркас. Есть Методические рекомендации также на уровне региональных адвокатских палат, например, очень доступные и подробные рекомендации в Адвокатской палате Московской области (они так и называются – «Рекомендации адвокатам о порядке заключения и исполнения соглашения об оказании юридической помощи»).

Итак, рекомендации есть, но каждый адвокат сам формирует своё соглашение – на свой страх и риск. Ещё раз акцентирую – к адвокатскому соглашению неприменима предпринимательская логика «доверитель подписал, значит сам так решил, свобода договора». Нет. Это вы адвокат, вы тут самый подкованный в этих ваших юридических штучках, а доверитель – это наивный обыватель. Если в соглашение попало недопустимое, неэтичное условие – это не обе стороны «прошляпили», это вы, адвокат, специально его включили в текст, чтобы ввести в заблуждение.

Соглашение – это идеальная почва для поиска ошибок адвоката, чтобы обвинить его в нарушении права на защиту, потребовать возврата вознаграждения или просто покарать из чувства праведного гнева. Соглашение всегда есть у «клиента» и если по каким-то фактическим обстоятельствам он может фантазировать или что-то неправильно понимать, то соглашение это бумага – вот она, адвокатом подписана.

Пробежимся не по всем местам в соглашении, а по самым опасным, тем, которые позволяют обвинить адвоката в нарушении. Опасности не выдуманные, все они исходят из дисциплинарной практики. Реквизиты конкретных решений «дисциплинарки» здесь не приводятся, чтобы не загромождать текст – сейчас цель получить краткую инструкцию как не «вляпаться» со своим же собственным соглашением. Мотивация из «дисциплинарки» приводится только краткая – готовьтесь удивляться.

«Шапка» (преамбула) соглашения

Наименования сторон: адвокат и доверитель, подзащитный. Не клиент, не заказчик, не исполнитель. Адвокат всегда должен идентифицировать себя именно как адвоката (п.3 ст.9 Кодекса этики), нельзя допускать даже сомнение в том, что это какое-то коммерческое соглашение.