Александр Мазин – Рубеж (страница 6)
И матушка снова вернулась к наставлениям.
— Судить следует не по произволу, а по Правде…
— По Правде? Гм-м…
Ольга неуверенно почесала за ухом. Законоговорители знают Правду наизусть. Она же лишь слышала о неписаном своде законов.
Княгиня невесело усмехнулась, увидев растерянность дочки.
— Рачила — знаток законов, его слушай, — повторила она. — Он подскажет, если что. И Сиварда слушай. Наша Правда варяжская, а он варяг и есть.
«Варяжская Правда, — подумала Ольга дивясь. — А у нурманов небось своя! Сложно как!»
В тот миг она была уже сама не рада, что похвалялась перед отцом всезнайством.
— Главное, помни, Ольга, — строго добавила мать, — на всяком судилище незримо присутствуют боги. Не забывай о них, когда будешь выносить приговоры! Богам ведомо, кто на самом деле прав, а кто виновен. Знай: тот, кто вершит суд, становится подобен богам во власти над жизнью и смертью, над участью людей… Тебе доверено быть голосом князя Вардига, его карающей и милующей рукой в Коложи. Справедливый суд людей и богов радует. Ошибёшься — вина будет не только на тебе, но и на князе.
Смущённая Ольга лишь молча склонила голову.
8 Геронт (геронта) — старец, святой человек.
9 «Палея Толковая» — памятник древнерусской литературы.
Геронт (геронта) — старец, святой человек.
«Палея Толковая» — памятник древнерусской литературы.
— Это я-то не справлюсь?! — Ольга села рядом с подругой. — Вот послушай. Нынче утром был урок чтения у геронты8 Никифора. Я велела ему взять самую мудрую из его книг и показать мне места, где про суд. Есть одна предивная книга, называется «Палея»9, значит «древняя». Там собраны всяческие былички о чудесах и деяниях правителей древних времён. Был некогда сильный князь, и звали его царь Соломон. Этот властитель был прославлен во всех землях как великий судья. Раз пришли к нему две женщины с младенцем. И каждая говорит, что этот младенец — её, а другая просто его украла! Каждая клянётся богами, свидетелей нет… Как думаешь, что присудил мудрый Соломон?
— Это я-то не справлюсь?! — Ольга села рядом с подругой. — Вот послушай. Нынче утром был урок чтения у геронты8 Никифора. Я велела ему взять самую мудрую из его книг и показать мне места, где про суд. Есть одна предивная книга, называется «Палея»9, значит «древняя». Там собраны всяческие былички о чудесах и деяниях правителей древних времён. Был некогда сильный князь, и звали его царь Соломон. Этот властитель был прославлен во всех землях как великий судья. Раз пришли к нему две женщины с младенцем. И каждая говорит, что этот младенец — её, а другая просто его украла! Каждая клянётся богами, свидетелей нет… Как думаешь, что присудил мудрый Соломон?
Глава 4 Зимник на реке Великой. Дивья гора
Над синеватым заснеженным лесом сиял небесной лазурью солнечный зимний день. Княжна Ольга любовалась небом, соснами в снежных шапках. Радовалась скрипу снега под полозьями возков и копытами коней. Крепкий морозец пощипывал щёки и нос.
Лошадь княжны, сивая в яблоках молодая кобылка, приплясывала: видно, как и княжне, ей наскучило идти ровным шагом. Однако Ольга удерживала лошадь крепкой, привычной рукой, гордо выпрямив спину. Чтоб видели все: дочь князя Вардига едет! Несёт слово властителя и праведный его суд в дальние пределы отцовской земли.
Княжеский поезд, растянувшись змеёй, неспешно двигался по замёрзшей реке. Великая текла к югу, именно туда, где и находилась Коложь, а также многие другие приграничные крепости Плесковского княжества.
Поначалу река была так широка, что казалась просторной заснеженной равниной. Однако понемногу сузилась до белой ленты, прорезавшей зимний лес. И кто знает, что нового встретится за следующей излучиной?
В Коложь отправился отряд аж в полсотни человек. Трое саней, четырнадцать лошадей, все прочие — на лыжах. Варягов было два десятка, по преимуществу молодые отроки, зато под водительством опытного Сиварда. Холопами, конюхами, поварами и прочей обслугой командовал тиун Рачила.
Внезапно что-то белое мелькнуло в воздухе, ударило по шапке, посыпалось холодной крупой за шиворот. Ольга взвизгнула, съёжилась. Сзади раздался довольный хохот варягов.
— Да вы совсем страх потеряли! — раздался рёв Сиварда. — Туки, опять ты?! А ну…
— Ничего им не делай, дядька Сивард, я с ними сама на привале поквитаюсь, — пообещала Ольга, оборачиваясь.
Молодые варяги скалили зубы в отдалении. Ольга шутливо погрозила им, улыбнулась хмурому Сиварду. Из крытых саней, ехавших позади, на шум высунулся Рачила, бросил на неё кислый взгляд. Княжна и ему послала лучезарную улыбку.
Никто не испортит ей этот прекрасный день!
Ольга ещё ни разу не путешествовала зимой так далеко. Конечно, на санях не раз каталась и на охоту выезжала, но чтобы через всё княжество, да ещё не вместе с отцом, а сама!.. Рачила, хоть и был всё время чем-то недоволен, устраивал путешествие удобно и разумно. Ехали весь день, делая перерывы; на ночлег останавливались в деревнях и острожках. Княжеский поезд принимали почтительно, старались угодить чем могут. Правда, в первые дни Ольге было немного одиноко, не с кем словом перемолвиться. Подруг ей с собой взять не дозволили, только пару служанок. Вон они едут в её санях, скучают.
А Ольга вскоре сдружилась с молодыми варягами и о скуке думать забыла. Самые младшие — трое неразлучных приятелей: Вуйко, Туки и Утт Бурундук — поездку за недоимками воспринимали как развлечение. Службу, впрочем, несли добросовестно, но на отдыхе не упускали возможности повеселиться. Ольга расплылась в улыбке, вспомнив, какую битву в снежки они устроили на прошлом привале. В жизни так не смеялась!
— Глядите! Вон там, на берегу!
Все повернулись туда, куда указывал Вуйко. На высоком берегу среди золотистых сосен застыл крупный серебристо-бурый олень.
Руки молодых воинов тут же потянулись к колчанам.
— Сивард, можно мы поохотимся?!
— Нет! — рявкнул варяг.
Олень в одно мгновение сорвался с места и исчез среди сосен. Парни испустили разочарованный вздох. Сивард молча тронул пятками бока коня.
— Поехали! Сегодня длинное поприще10…
Сивард не разделял всеобщего веселья. Напротив, чем дальше отъезжал от Плескова княжеский поезд, тем более настороженным становился глава варягов.
— Вот ведь два сыча на пару с тиуном! — шёпотом зубоскалил самый юный и самый вредный варяг Туки.
Тревога Сиварда была смутной, но он понимал, где её исток. Сивард не первый раз слышал о латтских погостах, отлынивающих от княжеского оброка, и считал это нехорошим признаком.
Ладно если просто нерадение. Дескать, князь далеко, а лес близко… А ежели что похуже? Может, это чужие князья чают забрать под себя плесковских данников?
Латгальские княжества ведь совсем недалеко, в лесах к западу от реки Великой. И вроде с ними нынче прямой вражды нет, но кто знает...
Еще свежа в памяти тёмная история с братом княгини Вилмы, воином-оборотнем Альварсом. Тот не принял мира, заключённого его отцом с Плесковым, и затеял против князя Вардига заговор, да ещё и замешанный на колдовстве…
«Поговорить бы с нурманами…»
Хирдманы Харальда ушли из Плескова парой седмиц раньше. Отправились примерно в те же края — и не видать, не слыхать…
На ночёвках Сивард тщательно расспрашивал смердов, не слышно ли чего нехорошего, не было ли набегов, поджогов... Пока ничего скверного не узнал. Однако они и останавливались лишь в кривичских деревнях. А если спросить подданных-латтов?
Предпоследняя ночёвка перед Коложью была в Ворониче — сильной крепости на страже плесковских рубежей. Там Сивард получил сведения, которые его почти успокоили.
Латгалы ведут себя тихо. Отряд нурманов, да, недавно проходил, переночевал, набрал припасов и ушёл за реку. Назад пока не возвращался.
— А, ну и ладно, — кивнул Сивард. — А в Коложи что?
— Да как всегда, — ответил ему вороничский воевода. — Тишь да гладь. Вроде как поднатужились и достроили-таки частокол. Говорят…
— Ну, скоро мы сами увидим, — посулил старый варяг.
* * *
Вот уже и полдень минул. После краткого привала люди Ольги двинулись дальше. Короткий зимний день начал клониться к вечеру. Залегли глубокие тени, небо начало понемногу розоветь…
— Да где же гора? — пробормотала княжна.
— Скоро покажется, княжна, не пропустишь! — усмехнулся Утт Бурундук.
— А если не покажется? — вкрадчиво спросил Туки. — Это ведь не простая гора, а Дивья. Ну как не пожелает явиться и скроется из глаз?
— Да ну тебя, — фыркнула Ольга.
Однако с удвоенным вниманием принялась вглядываться в лесистые берега Великой.
Накануне в Ворониче Ольга наслушалась рассказов о том, что на полпути от их крепости до Коложи стоит пречудесная гора. И не просто так её назвали Дивьей…
— Это место, где живут духи, — рассказывали княжне. — Одинокая гора среди леса, а на вершине вещий камень стоит. По нему сразу видно, что он непрост: этот камень синий, как небо…
Княжна слушала очень внимательно. Синие стоячие камни глубоко почитались кривичами, а пуще того — чудью…
— Камень тот зрячий, он душу человеческую видит насквозь. Только смелый человек может подойти к нему.
Ольга с важностью кивала. Неужто ей не хватит смелости?!
И вот за очередной излучиной реки среди заснеженной равнины вдруг открылась гора. Круглая, заросшая ельником, будто напуганный ёж свернулся клубком.