Александр Мазин – Последнее лето ярла Ульфа (страница 11)
То ли дело мой хирд. Убивать местных для развлечения я всегда запрещал категорически. И секс — только по согласию. Кому не нравится… Тот останется без секса. Вот такая у меня неправильная по местным понятиям причуда.
Мои хирдманы о ней знали. И относились с уважением. Были прецеденты, когда эти требования приносили серьезные дивиденды. Например, жизнь.
Шестеро моих новых бойцов были относительно молоды. Всем около двадцати.
Представлялись поочередно и полностью. Имя свое, имя папы и кличка, если была. Отчества я сразу выбросил из головы. Это — к специалисту по генеалогии Медвежонку. Остальное постарался запомнить.
Итак, шестеро. Трое первых — Фридлейв, Дагбард и Храфни, которого так и звали Храфном, то есть Вороном, — были похожи, как братья. Разве что Храфни был чернявым. Рослые, румяные, веселые… И опасные, как рыси. Фридлейва, кстати, так и звали: Рысь. Четвертым был мой почти тезка Ульфрик, прозвище если у него и было, то мне его не сообщили. Пятым оказался гномоподобный здоровяк Дьярви, то бишь Смелый. Имя это или прозвище, не знаю, да и пофиг. И последний и самый старший из новобранцев — Тормод Лошадиная Голова, чье прозвище можно было угадать с первого взгляда. Было Тормоду целых двадцать пять лет, из которых четыре он провел под знаменем Лотброка и почти «дослужился» до хольда. Во всяком случае, так он сказал. Дословно: «Конунг обещал мне две доли, если покажу себя в том вике». Под «тем виком» подразумевался последний поход Рагнара.
— Покажешь себя хорошо, получишь две доли, — пообещал я.
Чтоб не баловать. Я уже видел, что Голова — парень неглупый и рассудительный. А в его боевых качествах я не сомневался. Так же, как в воинской сноровке остальных пятерых. Мы их даже проверять не стали. И так ясно, что Рагнар неумех не держал. Безбашенных, дурных и кровожадных — сколько угодно. Но вояк он подбирал незаурядных даже по скандинавским меркам.
Что еще интересно: при обстреле ни один из шестерки не пострадал.
Разочарованный количеством рекрутов, я обошелся с остальными жестче, чем предполагал. С каждого потребовал выкуп. Деньгами и оружием.
Кое-кто заартачился. Один даже вспылил и схватился за меч. И умер. Скиди успел первым, на секунду опередив Медвежонка и Стюрмира. Растет мой ученичок. Впрочем, он стоял ближе.
Мои полупленники побурчали еще немного, намекая, что я обещал им свободу, а что за свобода без денег и оружия? Нечестно.
Побурчали, но согласились. И все мы стали немного богаче. В соответствии с долей каждого. Однако дележку отложили до возвращения «Змея». Там ведь тоже кое-какая добыча предполагалась.
«Северный змей» вернулся уже на закате, буксируя трофейный корабль, на палубе которого лежали два тела. Живое и мертвое. Кетилауг бился отчаянно, и живым его взять не удалось, а вот Йорана сумели упаковать. Других в плен брать не стали. Обобрали и выкинули в море. Впрочем, в сравнении с бывшими Рагнаровыми эти оказались сущими нищебродами. От силы пару сотен марок нам принесли. Не считая корабля.
С Йораном мы пообщались. Это было легко. Даже пытать не понадобилось. Бывший ярл охотно выложил все свои неосуществленные планы и их мотивацию.
Визбур, значит? Был такой в моем кладбищенском списке, помню.
— Месть — это правильно, — сказал пленнику Свартхёвди. — Но мстить женщинам? Кто же так делает? Пришел бы к нему, — кивок в мою сторону, — и потребовал поединка.
— И он бы меня убил, — сказал Йоран.
Что ж, в логике ему не откажешь.
— Я думаю так, — сказал братец, — надо отправить брата к брату. Если есть в Хеле пещерка для безруких, то они там и встретятся.
— Делай как знаешь, — сказал я и ушел.
Зла на этого старого мстителя я больше не держал. Просто сделал выводы на будущее.
А братец пусть делает, что хочет. Заодно и народ развлечет. Многим моим людям такая справедливость понравится.
Да и те, кого я отпустил, уберутся побыстрее, опасаясь, как бы и их не включили в похоронные мероприятия.
Ну вот и все. Дело сделано. Теперь, как водится, праздник. А поскольку скандинавских праздников без соревнований не бывает, то я их и объявил. Как водится, борьба, швыряние тяжестей и стрельба. И игра в мяч, разумеется, как же без нее. Хотел добавить фехтование, но, подумавши, отказался. Слишком травмоопасно.
В стрельбе победил Вихорек. Потому что Бури самоустранился. Ну да, так по-честному.
В швырянии бревен лидером стал Стюрмир, победив с небольшим отрывом «новобранца» Дьярви.
В борьбе победил Медвежонок. И это было неудивительно, потому что я его за эти годы неплохо поднатаскал в технике, а все остальное у него было природное. Но, к моему некоторому удивлению, на втором месте опять оказался новобранец. Тормод Лошадиная Голова. Более того, у меня возникло ощущение, что Тормод немного поддался. Если так, то он еще более ценен. И вполне достоин звания хольда.
Но торопиться не будем. Подождем, когда он себя покажет в бою. А он покажет, я уверен.
Еще одно внеплановое состязание было устроено без моего участия. Даже два состязания. В любимую здешнюю «настолку» хнефатафл и в импортные «фигуры». То бишь в шахматы.
И в обоих видах победил отец Бернар. Вот уж не ожидал, что он окажется таким продуманным. Причем если с шахматами все понятно, в них мой монах с детства играл, то с тафлом познакомился уже здесь. И обыграл всех подчистую, независимо от того, играли за «конунга» или за его «убийц».
А вот я участвовал только в одном виде спорта: игре в мяч. И моя команда, вернее, команда Свартхёвди, поскольку именно он был вожаком, едва-едва дотянула до третьего места. Второе заняли «варяжата» под управлением Витмида, а первое (даже немного обидно) все те же новобранцы. И главным образом благодаря изумительной реакции Лошадиной Головы и потрясающей меткости Ворона Храфни. Эти двое были безупречно сыгранной парой. Тормод «снимал» практически любой мяч, даже баллистические удары Стюрмира. Снимал и перебрасывал Храфни, который мастерски посылал мяч на «территорию» противника. И ухитрялся уложить его, даже когда этой территории практически не оставалось.
В общем неплохо повеселились. Само собой, обжорство, пьянку и секс никто не отменял, но это уже стало вторично. В общем, местные надолго запомнят, какие мы удальцы. И не только потому, что месяцев через девять здесь появятся будущие викинги, но и потому, что мы — лучшие. И щедрые. Вернее, я щедрый. Оставил фризам весь хлам, который посчитал бессмысленным везти домой. Конечно, это не перекрыло причиненный островитянам ущерб, но с моей стороны было подлинной щедростью. Потому что ограбили-то их Йоран с Эноком, и весь этот «бакшиш» я снял уже с трупов врагов, и потому это был уже не страндхуг, но наша законная добыча. А что с боя взято…
Так что претензий ко мне быть не должно даже у их официального короля — конунга Харека.
В общем, удачно сходили. Всем понравилось.
Глава седьмая
Нежданный подарок от Сигурда Рагнарсона
Дома нас ждали любящие жены, подрастающие детки и не совсем свежие новости из Англии. Победоносное шествие «поросят» продолжалось. Английские короли либо склоняли голову перед данами, либо их сменяли другие короли. Отдельно рассказывалась история короля восточной Англии Эдмунда. Святоша все же решил дать бой захватчикам. С ожидаемым результатом. Еще и в плен угодил. А вот дальше было интересно. Эдмунд заявил, что во сне к нему снизошел дух Святого Себастьяна и сообщил, что отныне король неуязвим для стрел.
Победители решили проверить, правдив ли сон. Проверить на практике.
Вдруг христианский бог и впрямь может превратить своего последователя в суперберсерка.
Король Эдмунд умер в процессе проверки. Что, наверное, было для него не так уж плохо, потому что мои нынешние земляки наверняка придумали бы ему казнь поинтереснее. То есть куда мучительнее.
А вот репутация христианской веры среди завоевателей после подобной демонстрации заметно снизилась.
Отец Бернар, впрочем, перенес ответственность за событие на самого Эдмунда. Дескать, король святого неправильно понял, ведь тот не был неуязвим для стрел, просто чудесным образом выжил. А Эдмунд — нет. Себастьяна, впрочем, потом все равно убили, но уже камнями. Раз суждено ему было стать мучеником, значит, так тому и быть. А может древние римляне или кто там его казнил, тоже знали, как правильно разбираться с носителями «священной ярости».
— Зря мы с Иваром не остались, — сказал мне Медвежонок. — У англов весело и добыча хорошая. Глядишь, и нам досталось бы какое-нибудь королевство.
— Это вряд ли, — возразил я. — Ярлство, вернее, эрлство, как у них говорят, это да, возможно. Тем более Ивар обещал. А вот королевств там точно на всех не хватит.
— Ярлство у нас и так есть, — проворчал брат и больше эту тему не поднимал.
Мы потихоньку готовились к походу на Русь. Вернее, в Гардарику. Подбирали товары, обихаживали корабли, договаривались с попутчиками, в частности с Кольгримом. Тот решил вспомнить молодость и сходить с нами. Кнорры у него в наличии имелись. Целых два. Так почему бы и не подзаработать. Славные воины Севера еще даже не всю франкскую добычу распродали, а тут уже и английская подвалила. Причем по второму разу.
Добыча, да. Из Англии.
И четырнадцать кораблей, которые ее доставили. В Роскилле. А потом…