Александр Мазин – Игры Валхаллы (страница 9)

— А что так? — спросил Санек.

— Суеты не люблю. Люблю порядок. А у вас, химер, с этим сложно.

— Согласен, — Санек с трудом удержался, чтобы не сорвать здоровенный боровик, нагло вылезший на краю тропки.

— У нас кое-что для тебя есть, — сказал Контролер Дима. — От нашего, так сказать, общества. Но это потом, на выходе. Тебе туда, — Контролер показал на возвышавшийся посреди лужайки небольшой аккуратный домик. — Я пойду пока. Когда понадоблюсь, там пульт вызова есть. Твоя в курсе. Если решишь задержаться больше, чем на сутки, тоже дай знать. Я сменщику тебя передам.

— Хотелось бы, но нет, — покачал головой Санек. — Мне в Игровую Зону надо. Найти того, кто этого… червя организовал.

— Понимаю. Тогда заберу тебя часа через четыре. Бывай, Санек.

— А неплохо тебя устроили, — сказал Санек, когда они всласть наобнимались. — Я думал: тебя в какое-нибудь подземелье сунут.

— Так сначала и сунули, если хочешь знать, — Алена взъерошила ему волосы. — Часа четыре меня в каком-то бункере держали. А потом сюда перевели. Контролер сказал: эксперт займется мной после возвращения. Тоже вроде тюрьмы, если хочешь знать, но намного приятнее. И, прикинь, комп есть с сетью. На Свободе связь только в специальных местах имеется, да и то в пределах самой Свободы, а здесь, мне сказали, можно даже в наш, что в миру, интернет выходить, — Алена покачала головой. — Но все равно тюрьма.

— В смысле?

— Этот кусочек всего километра два в поперечнике. А потом раз — и ты уже не отсюда, а сюда идешь. И в озере так же. И никого. Раз в трое суток, сказали, будут продукты завозить и что еще требуется. Поплавать не хочешь? Голышом? — Аленка пихнула его бедром.

— Хочу. — сказал Санек. — Но не получится. Меня на Свободе через два часа Федрыч ждать будет. Я ж не знал, что у тебя тут курорт.

— В Мидгард пойдете? — уточнила Аленка.

— Угу. Поищем твоего злыдня. Ты его не помнишь, кстати?

Алена помотала головой:

— Ничего уже не помню. Илья сказал: там были наведенные воспоминания. Он их убрал, но под ними ничего. Все плаванье у меня из памяти вырезали, паскуды!

— Думаешь, он не один был?

— Илья сказал: скорее всего. Так что ты там поосторожнее.

— Я буду, — пообещал Санек. — И я не один пойду.

— С Федрычем?

— С ним. А еще я надеюсь в это дело Кетильфаста с командой вписать. Помнишь, что Гастингс говорил: у Кетильфаста теперь сильная дружина. И с Сигурдом он не в друзьях. Не обидишься, если я твою работу попорчу.

— В смысле — Сигурда?

— Его.

— Да хоть четвертуй. Главное, чтобы ты его, а не он тебя. И я тебе потом списочек набросаю: кто у него кто.

— Почему потом, а не сейчас? — спросил Санек.

— А потому, милый, что сейчас я буду тебя любить! — хищно улыбнулась Алена. — А Федрыч, если что, подождет. Он нам за свою дуру-Дусю по жизни должен!

— Тут бы я поспорил, — возразил Санек.

— А ты не спорь! — Аленка стянула через голову сарафан. — Тебе рот для чего? Чтобы мне всякое ласковое делать и говорить! Вот и говори. И делай!

В два часа они уложились. Плюс еще полчаса на составление списка. Пятнадцать позиций. Санек бумажку с собой брать не стал. И так запомнил.

— Еще знаешь что… — Алена убрала за ухо светлую прядь, глянула озабоченно: — Помнишь этих, которые Волки Одина?

— Татуированные? Таких забудешь, пожалуй, — Санек покачал головой.

— Я на пиру у Сигурда слышала, как о них говорили. И не по-хорошему.

— Я бы тоже о таких хорошо говорить не стал, — сказал Санек, вспомнив убитых безумцами стариков.

— Не перебивай! — строго произнесла Алена. — Слушай. Эту банду конунг Харальд, который Сигурду то ли дядька то ли тесть, когда на войну уплыл, родственнику оставил. Ну как оставил… Как я поняла, попросту с собой брать не захотел. И люди Сигурда опасались, что те могут к ним заявиться. Я так поняла, что пока они соседей Сигурда кошмарят, это нормально. А если они, такие, к Сигурду придут и тот с ними совладать не сумеет, беда будет. Ну для Сигурда и его людей беда. Потому что с башкой у них совсем плохо, а убивать их трудно. Но придется. Потому что волкоголовые эти вообще берегов не знают. Это я к чему? — Алена глянула на Санька строго: — Ты там случайно на них не напорись. Потому что если таких, хольды вроде Вигфуса и Эндиля опасаются, то лучше от таких подальше. А если нарветесь, лучше сразу эвакуируйтесь. Обещай! А то чувство у меня нехорошее!

— Чувство у тебя должно быть только хорошее и только ко мне! — Санек сгреб ее в охапку и с удовольствием поцеловал, не удержался. Очень уж шли ей припухшие губки.

Алена некоторое время поупиралась, но быстро сдалась и они прибавили Федрычу еще полчаса ожидания. И еще полчаса, потому что Алена все-таки уговорила Санька искупаться.

Нет. В такой тюрьме и посидеть можно. Природа, интернет, да еще и вкусняшки по первому требованию доставляют.

Санек сделал мысленную отметку: вернется Илья — поблагодарить непременно.

Но пора на выход. Никита заждался.

Но сразу на выход не получилось.

— Пойдем прогуляемся, — предложил Контролер Дима.

— Это куда? — насторожился Санек. — И зачем?

— Пойдем, дружище, тут недалеко, — Контролер пихнул его в спину. — Тебе понравится.

И впрямь недалеко оказалось. Они зашли в длинную комнату, которая, скорее всего была хранилищем. Потому вдоль стен — ящики с разноцветными номерами. Дима приложил руку к Закрытые, без замочных скважин, зато со знакомыми пластинками-сенсорами.

Дима дотронулся до дверцы с номером 014, сунул внутрь руку почти по плечо, а затем извлек из ящика длинный сверток.

— Вот, — сказал Контролер Дима, протягивая его Саньку. — Подарок от службы нашей.

Саньку почему-то подумалось о шкуре, которую он привез из Муравейника и которая так и лежала у него дома нераспакованной.

— Что это?

— А ты разверни, — с довольной ухмылкой произнес Контролер.

Санек развернул.

Меч в ножнах. Типичный скандинавский. Длиной сантиметров восемьдесят примерно. Простые ножны, довольно потертые. Простая рукоять… Нет, не совсем простая. Обмотка из акульей кожи, а наборное оголовье, если приглядеться, не из железа и меди, а из серебра и… неужели золото?

— Ты вынь, — предложил Контролер Дима.

С виду клинок как клинок. Полированная поверхность будто дымком подернута. Лезвия чуть посветлее и такое ощущение, что многократно затачивались.

— Как тебе? — спросил Контролер.

— Хороший клинок, рабочий.

Санек взялся за рукоятку…

И удивился.

Потому что меч, который должен был весить килограмма полтора, в руке ощущался минимум вдвое легче.

— Артефакт? — уточнил Санек.

— Он самый. Тоже двоечка, как ты. Но с перспективой роста.

— Илья?

— Нет, — мотнул головой Дима. — Я же сказал: от службы нашей. Но господин эксперт в курсе. Это за то, что ты с Виталиком обошелся по-человечески.

— Жаль, парня, — сказал Санек, прокручивая кистью подарок. — За верность и доверие поплатился.

— За доверчивость, — уточнил Контролер. — И за то, что клятву забыл. Все справедливо. И тебя, химера, помочь, поддержать — это тоже справедливо. Владей. По праву первого.

— Это как?

— Так артефакт же. Личный. Ты его первым в руку взял, теперь он твой.