Александр Майерс – Мастер драгоценных артефактов 5 (страница 31)

Стояла она аккурат у развилки большого тракта — в том самом месте, где сходились дороги с трёх сторон. Одна вела к моим землям, другая тянулась к дальним деревням, а третья уходила к Мирнограду. Лучшего расположения для сбора слухов и не придумаешь.

На первом этаже сделали просторный общий зал, на втором — комнаты для постояльцев, чтобы усталый путник мог не только поесть, но и переночевать. На переднем дворе разместился навес для лавки, чтобы можно было торговать. На заднем — конюшня, сарай и колодец. И, конечно, внизу был погреб для припасов.

— Ну как, ваша милость? — с гордостью спросил каменщик, разводя руками. — Угодили?

— Угодили, — честно признал я, обходя зал и осматривая работу. — Молодцы.

И это была чистая правда. Мужики постарались на совесть.

Но всё это была лишь основа. Скелет, так сказать. А душу в это место предстояло вдохнуть мне.

Ну что ж, ладно. Планы меняются.

Первым делом займусь созданием артефактов для этого чудесного местечка…

Глава 13

Создание артефактов — работа тяжёлая и кропотливая.

Кто думает, будто артефактор просто помахал руками над камушком, пошептал заклинание — и готово, глубоко заблуждается. На деле это занимает часы тончайшей настройки, когда нельзя ошибиться ни на милимметр.

Один неверный росчерк, одна лишняя капля энергии — и кристалл либо рассыпается в труху, либо, что хуже, идёт вразнос. А идущий вразнос артефакт — штука крайне неприятная. Зачастую взрывоопасная.

Так что я уже второй день торчал в своей мастерской, согнувшись над верстаком, и чувствовал себя выжатым лимоном. Энергии уходило прорва. Спина ныла, глаза слезились, пальцы сводило от напряжения.

Но дело того стоило.

Я откинулся на спинку стула и обвёл взглядом своё рабочее логово. Кругом царил творческий бардак. В одном углу громоздились трофеи из имения Тернова — те, что я отложил для личных нужд.

Взгляд зацепился за деревянную картину. Любопытная вещица: вырезанная из цельного куска дерева, объёмная, будто живая. Фигура человека словно выбиралась наружу, тянула руку прямо к зрителю. А в глазницах поблёскивали два маленьких кристалла.

Красиво, ничего не скажешь. Мастер, что её сотворил, своё дело знал. Особой ценности в ней не было, но вещь приятная. Пусть будет. Повешу куда-нибудь.

Рядом валялись кувшины причудливой формы, металлическая посуда, горсть украшений. Кое-что из этого пойдёт на переплавку или как основа для артефактов, а кое-что я просто использую для личных нужд.

В другой куче лежало магическое оружие. Точнее, то, что от него осталось. Я уже выковырял из рукоятей все камни — а они-то меня и интересовали в первую очередь. Сами клинки без своей магической начинки превратились в обычные железки, а вот камешки — совсем другое дело. Каждый из них я планировал перенастроить под свои задачи.

Потому что все эти труды затевались ради одного — ради таверны.

Она ведь не зря строилась так долго. По местным меркам таверну вообще лепят за пару недель из чего попало: бревно на бревно, крыша из соломы — и готово, можно разливать кислое пиво и жарить подозрительное мясо.

А я замахнулся на каменное здание. Мощное, основательное, которое не сгорит от первой же свечи, упавшей во время пьяной драки.

Потому что в моих планах эта таверна была не просто кабаком. Она должна стать маленьким укреплённым форпостом.

Оттого и комнат там с запасом, в том числе технических. В огромном подвале я установлю морозные артефакты, чтобы хранить припасы. Отдельная комната безопасности, где круглосуточно будет дежурить с десяток бойцов. На всякий случай.

С персоналом вопрос я тоже решил. Разносчицами еды и горничными много ума не надо быть — тут любая селянка справится. А вот хозяина таверны я подобрал особого.

Звали его Максим. Мужик лет пятидесяти, ветеран гвардии Шахтинских. Отпахал он на службе уйму лет, поучаствовал чуть ли не в каждой заварухе. Ранений нахватал столько, что и не сосчитать. Реакция уже не та, силёнок поубавилось — но мужик всё ещё крепкий, с головой на плечах и желанием быть при деле. Я с ним уже обо всём договорился, он согласился с радостью.

Оставалось только закончить настройку артефактов.

Я склонился над последним камнем, вдохнул поглубже и принялся за тонкую работу. Минута, другая, третья… Тёплая искра энергии послушно легла в нужное русло, руны засветились и погасли.

Готово.

— Ну вот и всё, — выдохнул я, разгибая затёкшую спину. — Эй, есть там кто живой?

В мастерскую заглянули слуги.

— Тащите ящики в броневик, — распорядился я. — Аккуратнее только, не трясите.

Слуги засуетились, осторожно вынося наружу ящик за ящиком. Я лично проследил, чтобы всё уложили как надо, и сам забрался в броневик. Сегодня я решил ехать с комфортом — ну, насколько это слово вообще применимо к лязгающей железной коробке.

Ехали мы до обидного медленно.

В последние несколько дней зарядили дожди, и дорогу размыло. Колёса вязли в грязи, броневик кряхтел и переваливался с боку на бок, как пьяный матрос.

Надо здесь нормальную дорогу делать. Замостить как следует, чтоб в любую погоду ездить можно было.

И тут мимо нас, обдав брызгами, лихо пронеслась всадница с развевающимися на ветру чёрными волосами.

Катарина, поравнявшись с броневиком, обернулась, помахала мне рукой и расплылась в озорной улыбке. Мол, гляди-ка, на лошади куда быстрее выходит!

Я не выдержал и рассмеялся. Ну чисто ребёнок. Обскакала железную колымагу и радуется.

— Михалыч, поддай газку! — крикнул я, поддавшись азарту.

— Дык это, ваша милость… — донеслось из кабины. — Если шибче погоним, боюсь, колесо отвалится к чертям. А отвалится оно аккурат в ту сторону, где госпожа Катарина едет. Зашибём.

Я представил эту картину и вздохнул.

— Ну ладно. Тогда не надо. Едем как ехали, по-черепашьи.

Вообще-то верхом я бы и сам домчал куда быстрее. Но после двух дней, проведённых в обнимку с верстаком, мне не хотелось трястись в седле.

Правда, внутри душного броневика тоже нехило трясло. Но хоть сиденье мягкое.

Я откинулся назад и предался размышлениям.

За все эти дни Тернов так и не объявился. Оно и логично — я ему такую плюху отвесил, что бедняге теперь не до нас. Зализывает раны, наверное, или плачет до сих пор над кучей песка, которая осталась от имения.

Но расслабляться я не собирался. Патрули по всем направлениям усилил в шесть раз. Теперь у меня в округе и мышь не проскользнёт незамеченной — везде дозоры, везде наблюдатели. А на главной башне поместья торчит магическая подзорная труба. С её помощью дозорные заметят вражеское войско загодя.

Так что если Тернов всё же надумает мстить, сюрприза у него не выйдет.

Вчера, кстати, произошла интересная штука. По дороге к городу тащились три повозки с людьми — ехали на рынок торговать. Дозорные заметили их и передали информацию патрульным, а те предложили путникам сопровождение.

Это было моё поручение — помогать всем мирным путникам. Добрый я, что поделать.

Торговцы с радостью согласились и в пути разговорились с моими ребятами. А они возьми да и сболтни: дескать, а чего вам в город пилить, когда наш господин и сам может ваши товары купить?

В итоге эти повозки заехали прямиком ко мне в имение. И не прогадали.

Оказалось, прибыли они из деревни, что специализируется на производстве бумаги. И бумага у них оказалась на удивление приличная. Видать, имелась какая-то технология.

Я, недолго думая, скупил у них всё подчистую.

С оплатой, правда, вышла любопытная закавыка. Золотом платить выходило накладно — больно много его понадобилось бы. А потом выяснилось, что торговцы планировали купить металл. Их деревня стояла в лесах, железа нет.

Так что я просто отдал им металл в обмен на бумагу. У меня его как раз скопилось изрядно: Арсений с помощниками успели переплавить всё трофейное барахло и поломанное оружие Тернова. Получилось немало слитков — и железо, и сталь.

Подкинул торговцам ещё бронзы и чуток алюминия для ровного счёта. Они уехали довольные. Сказали, ещё бумаги привезут.

Все в выигрыше.

А бумага мне нужна была позарез. Библиотека у меня в поместье уже имелась хотя книг в ней было всего ничего. Но теперь фонд заметно пополнился: у Тернова я разжился без малого сотней книг.

Правда, состояние у них было разное. Часть валялась по складам в ящиках в таком плачевном виде, что тронь — и рассыплется в прах. Но содержимое-то осталось! Такие книги вполне можно переписать.

Вот тут-то бумага и пригодится.

Я уже озадачил кожевников — велел им создать хорошие кожаные обложки. Ну а я пока прикину, какими знаниями наполнить библиотеку.

Хочу, чтобы мои люди стали грамотными и эрудированными. Образованный народ — сильный народ. Это я твёрдо усвоил ещё в прошлой жизни.

Под мерное покачивание броневика мысли мои свернули в куда более мрачную сторону.