Александр Майерс – Аристократы улиц (страница 10)

– Ну что же, ваше право. Только надо будет заявление написать. Этих мы в отделение увезём, а вы проследуйте за нами.

– Сожалею, у меня есть дела. Зайду в отделение ближе к вечеру.

– Как скажете, – седой пожал плечами. – По закону мы их трое суток можем продержать. Если заявление до той поры не напишете – отпустим. Эй вы. Поднимайтесь. Лучезар, позади поедешь. Смотри, чтобы не сбежали.

– Да куда им бежать-то, – усмехнулся молодой полицейский. – Город у нас небольшой, а через портал просто так не пролезешь. Доброго дня, ваше благородие! – он снова приложил руку к козырьку.

– Взаимно, – кивнул я.

Первый вежливый человек, которого я встретил в этом городе, не считая Ладу.

Не дожидаясь, пока городовые поднимут и уведут арестованных, я направился по своим делам.

Имперская канцелярия располагалась на другом конце этой же улицы, так что путь не занял много времени. На входе меня встретил охранник, который взглянул на направление и отправил в отдел кадров.

Из отдела кадров меня послали в отдел регистрации, поскольку перед устройством на работу надо было сначала получить фамилию и прописаться в городе. Для этого предстояло заполнить несколько формуляров и получить печати в разных других кабинетах.

Одним словом, я лицом к лицу столкнулся с имперской бюрократией. Раньше всеми подобными делами занимался мой личный поверенный, но теперь мне предстояло всё делать самому.

Да уж, слуги воистину экономят кучу времени. Я потратил два часа, прежде чем меня, наконец, спросили:

– Какую фамилию вы хотите получить, Эспер Александрович?

Пока я бегал по кабинетам, то уже придумал несколько вариантов. И теперь озвучил выбранный:

– Терновский.

Через тернии к звёздам, посыл примерно такой. К тому же созвучно с прошлой фамилией, к которой я привык за восемнадцать лет.

– Хорошо, – служащий канцелярии вписал новую фамилию в толстую учётную книгу. – Как глава семьи, вы также даёте эту фамилию своей матери Есении Владимировне и сестре Белославе Александровне.

Я молча кивнул. Канцелярист просто озвучивал очевидное.

Новый паспорт обещали выдать через несколько дней, а пока вручили справку, с которой я мог официально устроиться на работу. Что я и сделал.

– Поздравляю, – сухо сообщил начальник отдела кадров по имени Степан Вашин. – С этой минуты вы посыльный имперской канцелярии города Дальнегранска. Пять дней в неделю, с понедельника по пятницу, вам надлежит являться сюда к шести утра. Вы будете получать конверты и список адресов, по которым их следует доставить.

– Хорошо, – кивнул я.

– Учтите, что конверты будут запечатаны, и вскрывать их запрещено. Когда разнесёте все утренние посылки, следует снова явиться в канцелярию за новыми поручениями. Кроме того, могут возникнуть срочные отправки. Вот, возьмите сигнальный амулет, – Степан вручил мне круглую брошь с тускло-розовым камушком в центре. – Знакомы с такими?

– Да. В нашем поместье такими пользовались слуги и патрульные.

– Хм. В поместье… Да уж. Дворянин вашего уровня на работу к нам ещё не устраивался.

Вашин не пытался меня оскорбить, поэтому я просто пожал плечами:

– Я больше не княжич и мне просто нужны деньги. Кстати, сколько вы платите?

– А вам что, в центре занятости не сказали? Один рубль двадцать копеек в день, расчёт раз в неделю.

Я постарался не показать удивления. Что за жалкая подачка?! Будучи в Москве, я мог больше потратить на обед, чем местный посыльный зарабатывает в месяц.

Ладно, ничего. Я обязательно найду другой способ заработать. Это только на первое время, чтобы хватило на еду, и чтобы завести знакомства в городе.

Кстати, о знакомствах.

– Скажите, а кто выполняет обязанности городского главы? – спросил я.

– Господин Левин, Радимир Ярославович. Из баронского рода. Он здесь заседает, на третьем этаже, – Степан ткнул толстым пальцем в потолок.

– Я хочу с ним встретиться. Сможете устроить?

– Э-э, – растерялся Степан. – Ну, вы ведь тоже дворянин. Может, согласится вас принять. Пойдёмте, узнаем. Ну а затем, Эспер Александрович, надо бы за работу приняться. Есть у нас срочные посылки.

– Конечно. И можете звать меня просто Эспер.

Мы поднялись на третий этаж, где располагались один-единственный кабинет и большая приёмная.

В приёмной сидела секретарша – типичная блондинка с длинными ногами и упругой грудью третьего размера. Белая блузка была расстёгнута на четыре пуговицы, почти полностью оголяя грудь, а юбка была такой короткой, что скорее напоминала пояс.

Чёрт возьми, как банально. Большой начальник и блондинка-секретутка, основные обязанности которой явно связаны не с бумагами.

– Верочка, – обратился к ней Вашин. – Радимир Ярославыч у себя?

– У себя, – промурлыкала Вера.

– Подождите здесь, Эспер. Я узнаю, может ли он вас принять.

– Нет необходимости. Я сам спрошу.

– Подождите, но…

Я подмигнул Верочке и решительно направился в кабинет. Для приличия постучал и сразу же вошёл.

Радимир Левин оказался такой же стереотипной «большой шишкой». Толстый мужчина в дорогом костюме, с блестящей лысиной и маленькими глазками, что были едва заметны на одутлом лице. От него несло неприятной смесью дорогого парфюма и пота.

– Вы кто? – неприветливо каркнул он.

– Эспер Александрович… Терновский, – сказал я и закрыл за собой дверь. – Рад познакомиться, Радимир Ярославович.

– А, это вы. Уже фамилию успели получить. Послушайте, Эспер, – Левин сложил руки перед собой на столе. – Я прекрасно понимаю, чего вы хотите.

– Я зашёл представиться, только и всего.

– Не морочьте мне голову. Вас изгнали из рода, и теперь вы надеетесь завести знакомства в высших кругах, чтобы снова занять достойное положение. Я прав?

– Отчасти. Разве двум дворянам не стоит подружиться?

– У нас с вами разное положение, Эспер. Я городской глава, а вы изгой. То, что мы принадлежим к одному сословию, не делает нас равными, – Радимир свёл брови. – Понимаете, о чём я говорю? Если рассудить по справедливости, вы скорее ближе к черни, чем ко мне.

У меня перехватило дыхание. Лишь чудовищным усилием воли я заставил свой Взор не вспыхнуть. Потому что использовать Взор на другом аристократе было равносильно вызову на дуэль.

Как бы это ни было обидно, но Левин прав. Положения у нас разные.

Я даже не мог расценить его слова как оскорбление. Дворяне никогда не врут. И увы, сейчас Радимир говорит чистую правду.

– Не ожидал, что вы встретите меня так, – проговорил я.

– А чего вы ожидали? – сказал Левин и фыркнул. – Что я встречу вас с распростёртыми объятиями? Наш город находится под протекторатом Московского княжества. А князь московский – ваш брат, тот самый, что изгнал вас из рода. Понимаете, о чём я говорю? Даже если бы я по какой-то причине был к вам дружелюбно расположен, то не стал бы помогать. А мне, скажу честно, плевать на вас. До свидания, Эспер. У меня много дел.

Устраивать скандал не было смысла. В какой-то мере я был даже благодарен городскому главе за то, что он высказал свою позицию. Кивнув на прощание, я вышел из его кабинета и с трудом сдержался, чтобы не хлопнуть дверью.

– Всё в порядке? – участливо осведомился Степан.

– В порядке, – ответил я. – Идёмте. Вы говорили, у нас есть срочные дела.

– Да, конечно. Идёмте.

– Скажите, я могу получить аванс за будущую неделю? – спросил я, когда мы с Вашиным спускались по лестнице. – Под слово чести. Мне нужно срочно починить крышу в доме.

– Ну… Да, конечно. Под слово чести можно.

– Спасибо, – сказал я.

Мне выдали лошадь, сумку с почтовым гербом и форменную фуражку. Фуражку я надевать не стал, потому что выглядел в ней совершенно по-дурацки, особенно в сочетании с дорогим костюмом.

Правда, за первую половину дня мой костюм изрядно запылился благодаря стычкам с простолюдинами, а ещё я заметил, что на правом плече разошёлся шов.