Александр Майерс – Абсолютная власть 5 (страница 18)

В следующее мгновение тот, что был сзади, уже рванулся вперёд. В его руке блеснул клинок.

Игнатьев отпрыгнул в сторону, прижимаясь спиной к холодной стене. Он выстрелил ещё раз, почти в упор. Пуля ударила мужчину в грудь, и тот рухнул с глухим стоном. Игнатьев наджавил на спусковой крючок в третий раз — и услышал лишь сухой щелчок. Осечка! Проклятие!

Игнатьев почувствовал, как ледяная волна окатывает его с ног до головы. Третий человек был уже рядом, и в руке он сжимал длинный нож.

И тут из дальнего конца переулка донёсся крик:

— Кто стрелял? Полиция!

Нападавший вздрогнул, его взгляд метнулся в сторону крика. Игнатьев, не раздумывая, швырнул в него свой револьвер. Тот инстинктивно отшатнулся, и в этот момент Альберт рванулся вглубь переулка, к чёрному, неприметному проходу между домами.

Он бежал, как никогда в жизни. Его лёгкие горели, сердце колотилось где-то в горле. Он слышал за спиной крики, но уже не разбирал слов. Выскочил на следующую улицу, ярко освещённую, с людьми. Схватился за фонарный столб, пытаясь перевести дыхание.

«Жив. Цел. Дышу. Но… они посмели покуситься на меня. Они ПОСМЕЛИ!»

Через час Альберт уже сидел в гостиной своей роскошной квартиры, закутанный в халат, с бокалом коньяка в руке. Перед ним стояли начальник городской полиции, бледный как полотно, и двое его подручных. Они только что закончили доклад.

— … тело одного нападавшего на месте. Убит вашим выстрелом в грудь. Другие двое скрылись.

— Выясните, кто их послал, — холодным тоном велел Игнатьев.

Начальник неловко помялся.

— Постараемся, господин.

— Постараетесь? Вы обязаны это сделать! И как можно быстрее. Обратите внимание на тех, чьи интересы я сейчас вынужденно ущемляю. Кто больше всех пострадал от моих последних решений?

— Граф… Яровой? — осторожно предположил полицейский.

— Именно так, — кивнул Игнатьев, и на его губах появилась ядовитая улыбка.

«Да, старый хрыч. Даже если это не ты… Мне дали повод Твои проблемы только начинаются».

— У него есть мотив, — сказал Альберт вслух. — Я блокирую финансирование оборонных проектов, за которые он так беспокоится. Кроме того, Пётр Алексеевич обвинён в растрате государственных средств.

— Но доказательства… — начал было полицейский.

— Доказательства вы найдёте, — перебил его Игнатьев. — А пока я хочу, чтобы завтра же в газетах появилось сообщение о злодейском покушении на директора Дворянского ведомства. С намёком на то, что следствие рассматривает версию о заказном характере преступления со стороны представителей приамурского дворянства, недовольных твёрдой позицией директора. Имя Ярового пока не называть. Но пусть все догадываются.

«Пусть этот старый солдафон почувствует, каково это, когда на тебя указывают пальцем. Когда шепчутся за спиной. Когда твоё честное имя становится синонимом убийцы и интригана. Это даже лучше, чем физическое устранение. Это медленное, публичное удушение», — рассмеялся про себя Альберт.

Начальник, понимая, какую кашу заваривают, побледнел ещё больше, но кивнул.

Едва полицейские удалились, как в прихожей раздался новый стук. Слуга впустил курьера из ведомства. Лицо у него было испуганное. В руках он держал пакет с официальной печатью Дворянского совета Приамурья.

«Что ещё? Неужели поздравления с чудесным спасением?» — хмыкнул Игнатьев.

Он взял пакет, распечатал его. Его глаза быстро пробежали по строчкам.

Вотум недоверия.

Официальное, подписанное большинством голосов Совета, требование об его отзыве с поста директора ведомства. Основания: «Злоупотребление служебным положением, действия, наносящие ущерб интересам региона, дестабилизация обстановки».

Подписи: Яровой, Соболев, Воронов, Дорин… Даже кто-то из нейтралов, кто раньше боялся пискнуть.

«Вот как. Пока меня пытались физически убить на улице, они собрались и проголосовали за мою политическую смерть».

Альберт медленно, очень медленно разорвал бумагу на две половинки, потом ещё и ещё, пока от неё не осталась лишь горстка клочков. Он подошёл к камину и швырнул их в огонь. Бумага вспыхнула ярким, коротким пламенем п обратилась в пепел.

— Курьер ещё здесь? — спросил он тихо.

— Да, господин, — ответил слуга

— Передайте всем, кто подписал эту бумажку, что Альберт Игнатьев получил их послание. И что он примет его к сведению.

Когда дверь закрылась, он остался один. Подошёл к окну, глядя на ночной город.

Покушение. Вотум недоверия. Два удара в один день.

«Хорошо. Очень хорошо. Вы бросили мне вызов. Думаете, это меня остановит? Вы думаете, что я отступлю?»

Альберт отвернулся от окна. Его глаза блестели в полутьме, как угли.

«Вы ошибаетесь. Это только начало настоящей войны. Если вы хотите играть грязно — я покажу вам, что такое настоящая грязь. Если вы хотите уничтожить меня — вы должны быть готовы быть уничтоженными сами».

Вотум недоверия? Смехотворно. У него есть покровитель в столице. У него есть компромат на каждого из этих дворянчиков, и он теперь вытащит его на свет. Все их грязные тайны, все долги, все незаконные сделки. Он будет травить их, как крыс.

А покушение… О, покушение было подарком. Теперь он жертва. Жертва «кровавых приамурских интриг». Это давало ему карт-бланш на любые ответные действия. Самозащита, знаете ли.

«Ну что ж, господа. Вы хотите войны? Вы её получите. И вы пожалеете о том дне, когда решили, что Альберта Игнатьева можно просто отодвинуть в сторону…»

Глава 9

Сражения

Они назвали это «Временным оперативным штабом по кризисному реагированию». Длинное, казённое название, призванное скрыть суть: империя, наконец, признала, что ведёт войну. И мне, Владимиру Градову, барону из самого дальнего от столицы региона, только что поручили командование этим штабом. И войсками, которые должны были ему подчиниться.

Это не было триумфом. Это была аварийная посадка горящего самолёта, где мне сунули штурвал в последний момент. Вполне возможно, это была ловушка от Островского. Ведь я вполне могу погибнуть в бою и тогда перестану доставлять ему беспокойство.

Моё назначение «временным командующим войсками кризисного штаба» прошло большинством голосов благодаря помощи Охотникова, великого князя Щербатова и моих новых друзей-офицеров. Великая княгиня Эристова, насколько мне известно, воздержалась от голосования. Она продолжала придерживаться нейтралитета и выжидать.

Штаб разместили в казармах одного из гвардейских полков на окраине Петербурга. Это был сознательный шаг — быть ближе к войскам и подальше от придворных интриг. Когда я вошёл в отведённый мне кабинет, меня уже ждали.

Лесков, Туманов и ещё несколько офицеров, чьи лица я уже запомнил. Все они встали, вытянувшись по стойке «смирно». В их глазах читалось ожидание. Надежда. И страх. Они знали, что идут на войну с невиданным ранее противником.

С монстрами любой солдат империи рано или поздно сталкивался. Но теперь это были не просто чудовища, а управляемая армия.

— Вольно, — сказал я, скидывая с плеч мундир с только что пришитыми знаками различия командующего. — Ситуация?

Туманов щёлкнул указкой по развёрнутой на столе карте.

— Противник закрепился в Твери. Разведка сообщает о продолжении процессов внутри города. Магические эманации зафиксированы на рекордно высоком уровне. Орда не стоит на месте. Отряды тварей действуют в радиусе до пятнадцати километров вокруг города. Остатки тверского гарнизона смогли вырваться из окружения.

— Где они сейчас? — спросил я, склонившись над картой.

— Здесь, — Марк Ильич провёл указкой на север от Твери. — Объединились с полицейскими и личными дружинами дворян, заняли оборону. Надеются не пропустить монстров дальше на север.

— Москва наконец-то очнулась, — вмешался Лесков. — Они выдвинули армию и блокировали Тверь с юга. Пытались переправиться на правый берег Волги. Понесли потери и были вынуждены отступить.

— А противник?

— Продолжает жечь город. Не знаю, зачем это монстрам… — покачал головой Туманов.

«Затем, что Мортакс так получает силы. Каждая смерть, каждое разрушение — очередная монетка в копилку бога Пустоты. Даже если это всего лишь осколок его души», — мысленно ответил я, но вслух сказал другое.

— Враг копит силы и готовит следующую атаку. Он не будет долго сидеть в одном городе. Его цель — не территория. Его цель — уничтожение и поглощение. Он выберет новую цель.

— Мы успеем перебросить силы? — спросил Лесков. — Подкрепление уже в пути, но они идут медленно. Железные дороги перегружены из-за беженцев…

— Мы не можем ждать. Сами знаете, противнику не нужны дороги, они используют порталы. Майор Лесков, ваши драгуны готовы к рейду?

Арсений кивнул, в его глазах вспыхнул азарт.

— Готовы!

— Прекрасно, — я перевёл взгляд на других офицеров в комнате. — А остальные?

— Готовы, ваше благородие! Солдаты рвутся в бой! Выступаем хоть сейчас! — заверили меня.

— Подготовьте приказы, — сказал я, отходя от карты. — Мы отправляемся на рассвете.