Александр Майборода – Скифы. Великая Скифия (страница 31)

– Жалко будет Руса, если она окажется некрасивой, – сказал Словен.

Вольга пожала плечами.

– Девчонка как девчонка. Возможно, она и красива. Но это на вкус мужчин.

– Да, есть вещи важнее любви женщины и мужчины. И мы затеваем эту женитьбу не ради любви, а ради спокойствия наших племен. Такова уж доля князей, – проговорил Словен.

Вольга добавила:

– Что ж, стерпится – слюбится. Хотя мы задумали укрепить связи племен женитьбой, однако женщины и брак находятся под покровительством первоматери богини Макоши, потому надо просить ее, чтобы она одобрила этот брак. Обязательно надо спросить, а то как бы чего плохого не вышло.

– Сначала все же хотелось бы выслушать Руса, – сказал Словен.

– Зачем его слушать? – спросила Вольга.

– А вдруг Рус не захочет жениться? – сказал Словен.

– Ты с ним никогда еще не говорил об этом? – спросила Вольга.

– О чем?

– О женитьбе.

– Конечно, не говорил. Когда я уходил на войну, он еще был мал для таких разговоров, а когда вернулся – времени не было с ним просто поговорить, – сказал Словен.

– Поговори. Не откладывай. Он уже созрел для таких разговоров – чуть ли не со всеми служанками во дворце переспал.

– Да ну, неужели со всеми?! – не удержавшись, хохотнул Словен.

– По крайней мере – с молодыми, – усмехнулась Вольга.

– Ай да молодец! – сказал Словен и продолжил уже серьезно: – Ну раз так, то я сейчас пойду к нему и скажу, что ему пора жениться.

– Ты только говори с ним пожестче, – сказала Вольга. – А то я знаю, что ты брата балуешь.

– Балую? – удивленно спросил Словен и махнул рукой. – Ну и ладно. Может, и балую. Он мой единственный и любимый брат. Кого же мне не баловать, кроме как моих родных. А насчет нашего решения женить его – не думаю, что он станет возражать против нашего решения. Брат мой понимает, что его женитьба – дело государственное. Он сам уже заметил, что за время моего отсутствия отношения с нашими родственниками стали напряженными, и предупреждал о междоусобице. Поэтому он поймет, что его женитьбой на дочери Комана мы поправим наши пошатнувшиеся отношения с соседями.

– Хорошо, – сказала Вольга. – Поговори с ним, а пока суть да дело, я спрошу совета великой богини Макоши.

После разговора с матерью Словен ушел, а Вольга вернулась к женщинам.

Разумеется, те тут же пристали к ней с вопросами, о чем она разговаривала со Словеном.

– Говорили насчет брата, – удовлетворила их любопытство Вольга.

Девушки навострили уши. На все, что касается матримониальных дел, у женщин особенный нюх. А девушки в таком возрасте, что через годик или два и им начнут искать женихов.

– А что о нем говорить? – хитро поблескивая глазками, спросила Илмер.

– Думаем, что пришло время ему жениться, – прямо сказала Вольга.

Девушки смешливо прыснули.

Вольга бросила на них строгий взгляд, и они сконфуженно спрятали лица в ладонях.

– А невесту ему подобрали? – спросила Шелонь.

– Думаем насчет Поруссы. У нее возраст подходящий, – сказала Вольга.

– Хороший выбор. Я слышала, что она красавица, – сказала Шелонь.

Глава 27

Довольный разговором с матерью, Словен пошел искать Руса. Пока он разговаривал с матерью, солнце поднялось достаточно высоко. Спасаясь от жары, люди прятались в тень.

Брата Словен нашел в саду, где тот в уютной беседке играл в шахматы с Радмиром.

Заметив Словена, Рус и Радмир встали и склонили головы, приветствуя князя.

– Воюете? – шутливо спросил Словен.

– Только на доске, – ответил Рус.

Рус в отличие от брата пошел в отца. Был повыше брата ростом, хотя в плечах и уже – это от молодости. Глаза – синие. Волосы белые с платиновым оттенком. Лежат на плечах, как у девушки. На нем, как и на брате, белая рубаха и широкие штаны. На ногах кожаные сандалии.

– Лучше поражать деревянные фигуры, чем проливать кровь человеческую, – сказал Словен и, отметив бледное лицо брата, поинтересовался: – Брат, как твое здоровье?

Рус растерянно пожал плечами:

– Хорошее…

Он уже догадался, что приход брата не случаен.

– А чего ты бледен?

– Не знаю…

Словен обратился к воеводе:

– Радмир, обучением дружины занимаешься?

– А как же, – ответил воевода.

– В поле ходите?

– И на охоту, и на учения. А князь Рус в этих делах первый, – сказал Радмир.

– Это хорошо, – проговорил Словен и сел на лавку. – Брат, нам с тобой надо переговорить.

– Конечно. Я уже давно ищу предлога, чтобы об этом заговорить. Конечно, моя просьба кажется тебе необычной, но пора мне вставать на свои ноги, – сказал Рус.

Он думал, что Словену уже стало известно о его намерении просить отпустить в поход в северные земли.

– Да, – сказал Словен, думая о своем, и бросил многозначительный взгляд на воеводу.

Радмир, поняв, что Словен хочет переговорить без свидетелей, поклонился и спросил:

– Князь, разреши мне оставить вас наедине?

– Оставь, – сказал Словен.

Рус этому поразился.

Сыновья князей в детстве живут с матерями, но в четыре года княжича отдают на воспитание преданному и опытному воину. Он учит князя военному делу, умению управлять людьми. Впоследствии воспитатель помогает молодому князю собрать дружину. Таким образом, воевода является первым другом и советчиком князя, от которого у него не было секрета. И так как Радмир был в курсе намерений Руса, то желание Словена разговаривать наедине вызвало недоумение у Руса.

– Словен, у меня нет тайн от моего воспитателя, – заметил Рус.

Словен промолчал, и Радмир ушел.

Проводив его взглядом, Словен проговорил:

– Я понимаю, что у тебя нет тайн от воспитателя, но все же мне хотелось бы, чтобы пока нашего разговора никто не слышал.

– Даже мой первый советчик? – спросил Рус.

– Даже твой первый советчик, – сказал Словен.

– Но все равно мы с ним все уже обсудили, – сказал Рус.