Александр Матюхин – Самая страшная книга 2018 (страница 37)
Тогда же я впервые задумался о некоторых странностях, которым сначала не придал значения.
Во-первых, проволочки с клонированием. С самого начала мы знали, что ребенок умрет. Было бы естественным начать клонирование как можно быстрее. Но Светлов распорядился, чтобы генетический материал мы взяли только на шестой день после смерти донора.
Во-вторых, смерть суррогатной матери. Вика умерла от сепсиса, так и не воспользовавшись заработанными деньгами. Акушер, который принимал роды, сказал, что ее матка сгнила, как переспелая груша.
Добавим сюда еще ваши письма.
У меня было время поразмыслить над ситуацией, и вот что я вам скажу. Либо Петр – сумасшедший, и все произошедшее и происходящее с клонированным ребенком (вашим ребенком) – лишь череда мрачных совпадений. Либо вся эта муть о переселении душ, демонах и заклинаниях – правда.
Да поможет вам Бог (если он, конечно, существует)».
21
Неделю Игорь провел в размышлениях. Пищи для них было более чем достаточно.
Если допустить, что Светлов клонировал его сына, многое становилось на свои места.
Чудесное исцеление, положительные результаты тестов ДНК, собственные ощущения, слова Ани и тещи.
Вторая часть письма укладывалась в голове намного сложнее. Переселение душ. Насколько это возможно? Если ты не веришь в существование души, нет смысла рассуждать о возможности ее переселения. С другой стороны, идея души выглядит не удивительнее, чем двухлетний ребенок (если это клон, то ему чуть больше года – напомнил он себе), требующий чужим голосом мышей на ужин.
Выходит, наверху в детской живет не просто гомункул, выращенный из мертвой плоти его умершего сына, а демон, вселившийся в клон мертвеца. Демон, убивший Анну.
Возможно, поначалу он заставлял ее собирать для себя тех самых сороконожек, хитин которых обнаруживали в кале. А потом его просьбы стали такими, что прыгнуть из окна на железные пики оказалось проще, чем выполнить их. Коробка с мышами – далеко не самое страшное, что может прийти в
Надо было действовать. Сидеть и ждать, чем все закончится, все равно что прыгнуть из окна. Множество вариантов сводились к альтернативе: взяться за решение проблемы или бежать от нее. Никогда не сдавайся. Верно? Ты проиграл только тогда, когда сам признал это. Светлов поселил демона в теле ребенка, значит, нужен тот, кто выгонит его оттуда. Экзорцист. Клин клином, черт побери.
Почему нет? Бредовые проблемы решаются бредовыми путями.
22
Звонок защебетал лесной птицей. Дверь открыла сухощавая женщина в красном халате.
Он нашел ее так же, как и Светлова – через Интернет. И так же, как и Светлов, она не понравилась ему с первого взгляда.
– Добрый день, – сказал Игорь, – мы с вами договаривались на сегодня на одиннадцать.
– Добрый, кому он добрый, – ответила женщина и отступила на шаг назад, пропуская его в узкую прихожую.
Серые мышиного цвета глаза пробежали сначала по нему, потом заглянули в корзинку.
– Вам не кажется, что ему там немного тесно?
Она кивнула на торчащие из корзины колени и локти.
– Мне так удобней.
Не будет же он с порога объяснять, что ему противно касаться собственного сына.
В зале занавески были плотно задернуты. На столе горели свечи и лампады.
– Вы его окрестили?
– Да. Как и договаривались. В четверг. Нам даже документ дали. Показать?
– Спасибо, не надо. И как все прошло?
– Ничего особенного. Если не считать успешной попытки помочиться в купель. Но судя по реакции батюшки, это обычное дело.
Она села в кресло и жестом предложила сделать ему то же самое. Корзинку Игорь поставил на пол.
– В письме вы написали, что хотите изгнать из ребенка бесов.
– Да.
– А с чего вы взяли, что кто-то вселился в него?
Она смотрела то на Игоря, то на корзинку, то опять на Игоря. От этих зрительных прыжков становилось неуютно.
– Знаете, я скептически отношусь к подобным вещам. Но ребенок разговаривает ночами. Он непонятным образом перебирается из кроватки в манеж и несет всякую зловещую околесицу. При том, что днем на пике красноречия он выдает не больше чем «ам» и «а-а». Во время озарений его глаза темнеют, а голос садится на четыре октавы. Это выглядит не только странно, но и страшно.
– Он угрожает вам?
– Да.
– Он говорит с кем-нибудь еще?
– Нет. Теперь уже нет.
– Ну что ж. Берите сына на руки и подходите.
– Не уверен, что смогу.
Ее брови чуть приподнялись.
– Не хотите вылить испуг? В вашем случае это было бы очень полезно.
– Спасибо, не стоит.
– Ладно.
Корзина с ребенком перекочевала на стол. У изголовья появился деревянный крест со слишком большим для настоящего рубином в середине. Женщина взяла в руки толстую черную книгу с золотым тиснением. Читать можно было с любой страницы – все равно ни черта не понятно.
«Да святится имя Твое; да придет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам на сей день; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим…»
Спектакль в театре одного актера длился чуть меньше часа. За это время демон внутри Артема никак не проявил себя. Не было истошных криков, вытаращенных глаз и вывернутых суставов. Ровным счетом ничего. Как Игорь и предполагал. Приобретенная за тридцать миллионов проблема не могла иметь решение стоимостью в четыре тысячи. Избавление должно было стоить дороже. Намного дороже.
Женщина отвернулась, чтобы задуть свечи, и сказала почти шепотом:
– Избавьтесь от него, или он избавится от вас.
Игорь застыл на месте.
– Что вы сказали?
– Я говорю, два часа ребенка не кормить.
– Нет. До этого.
– И на земле как на небе.
Возможно, это была часть программы. Сказать что-нибудь неожиданное и пугающее. Но не настолько же, черт бы тебя подрал!
Игорь взял корзинку с сыном, расплатился и вышел.
23
– В среду ты должен принести мне кошку. Запомни, не кота, а именно кошку. Цвет не имеет значения. В коробке. Туда же положи кухонный нож.
За окном шел дождь. В темноте не было видно ничего, кроме чуть светлеющего квадрата окна. Голос звучал как будто со всех сторон. Игорь стоял на середине комнате. От мысли, что собеседник вдруг окажется рядом, внутри все холодело. Возьмет его за руку и… Дальше мысль не шла, остановившись на краю сознания перед пропастью первобытного ужаса.
– Я хочу, чтобы ты искупал ее прежде, чем сунул в коробку. Да. И еще. По поводу воскресной поездки. Забавно, конечно, стать крещеным демоном. Я ценю юмор. Но это последнее предупреждение. Больше не будет. Если ты еще раз попробуешь сделать что-то подобное, я убью тебя. И если ты не принесешь мне кошку, я сделаю то же самое. А теперь вон отсюда. Немедленно.
Он убил Анну. И весьма вероятно, рано или поздно убьет его. Ноги сами вынесли его к лестнице.
На кухне Игорь открыл ящик стола и взял нож.