Александр Маслов – The Гриша (страница 3)
– Конечно, дед, здорово! – прокричал я. – Что может быть лучше червонца?
Я слукавил. Чудо-лес, признаться, притягивал меня своей таинственностью.
Мы пробирались по тропинкам, на ходу сверля глазами кочки да полянки. Дед хорошо разбирался в грибах, с самого детства он мне вдалбливал эту науку.
Тебе, говорил, все в жизни пригодится. Мало ли как оно обернется, а ты хвать – и готов к неприятностям. Какие могут быть хвать, если я живу в городе, где и грибов-то нету, разве что… А впрочем, сейчас не об этом. Главным было то, что дед при всей своей чудаковатости был человеком прагматичным и запасливым. Уж он-то голодным остаться никак не мог.
– Все, сынок, пора сходить с тропы. Прочешем этот квадрат. Давай так, идем параллельно друг другу примерно в метрах трех. И я прошу тебя, будь внимательнее, мало ли змеи там какие-нибудь, вот еще тебя тащить потом. Понял?
– Понял!
– Ну и чудно. Будь осторожнее, Гриш, я не шучу.
– Да понял я, – пробурчал я, и мы двинулись в путь.
Признаться честно, меня всегда раздражало излишнее дедовское «будь осторожен». Такое впечатление, что он был мегасчастливчиком. Сколько его помню, так он был все время то в бинтах, то в пластырях, то в ожогах, то с синяком под глазом, то еще что-нибудь. Одно то, что его покусали бродячие собаки практически в центре города, уже о многом говорило. Мы медленно пробирались сквозь лесной массив. Грибов действительно здесь было как-то по-особенному много. Радости деда не было предела. Наконец-то его план перешел в стадию реализации. Примерно за тридцать минут мы собрали два полиэтиленовых пакета, и вроде бы это уже тянуло на более чем наш скромный бюджет, выделенный бабушкой специально для покупки грибов, но деда было не остановить.
– Понимаешь, Гриш, вот мы с тобой ща денег заработали? Заработали! А можем же еще заработать. Что нам мешает, к примеру, собрать еще пакет и продать его в электричке, а? Правильно, ничего не мешает. Тем более нам так и прет.
Дед уже минут десять разговаривал сам с собой, и мое участие в этом диалоге не требовалось. Он настолько увлекся, что просто не замечал ничего вокруг. Его полностью поглотило ощущение безграничной эйфории. Алчная натура всеми фибрами вырывалась наружу. Дед был на седьмом небе от счастья. Все шло по его плану, который к тому же менялся буквально на глазах. Признаться честно, я даже стал побаиваться его, ведь он реально был похож на какого-то злодея, желающего захватить планету и поработить всех. Складывалось такое впечатление, что он знает то, чего не знает никто другой. В эти мгновения мир принадлежал деду.
– Ай! – раздался сдавленный крик. – Гриша-а? Гришенька, помоги скорее!
Дед так замечтался, что просто не заметил огромной ямы с мерзкой зловонной жижей внутри. Он буквально держался на краю из последних сил, балансируя, как говорят, между жизнью и смертью. Казалось, что достаточно дуновения ветра, и дед рухнет в помои всем своим весом. Перед глазами поплыли все обиды, приколы и прочие неприятные вещи, когда-либо применяемые им в мой адрес. Странно, но у меня не было ни капельки страха и сочувствия. Как раз наоборот, перед глазами стояло редкое, но настолько приятное чувство власти, и я, не удержавшись, влепил ему под зад. Дед с грохотом рухнул в яму. «Наверное, все, конец теперь», – мелькнуло в голове, и я не нашел ничего умнее, как закричать о помощи.
Мы сидели на скамейке возле дома и молчали. Я рассматривал бегущие мимо облака, дед курил, бабушка с мамой разговаривали между собой. Кто-то из зевак смотрел в нашу сторону и что-то нашептывал друг другу. День шел к концу. Грибы грибами, дед дедом. Черт возьми, это был поистине незабываемый день в моей жизни. Не знаю, правильно ли я поступил тогда или нет. Одно я в тот момент уяснил твердо: чувства имеют невероятную силу и накапливать обиды, пожалуй, не стоит. Об этом мне говорили мокрый вонючий дед и мое красное ухо. Мимо проехала машина, из открытых окон которой донеслись обрывки песни: «Ярость прошла, обиды забыты, семь в реанимации, пятеро убиты…»
Глава 4. Тысяча и один вопрос о природе морали
Вернувшись из воспоминаний о детстве и зайдя за порог дома, я отчетливо осознал одну мысль. В принципе, дело не в работе, не в руководстве, не в моем скудном заработке и натуре, полной ненависти к любому проявлению труда. Дело однозначно во мне. В моем отношении к миру, людям, принципам, позициям, взглядам, мыслям, мнениям и прочим отличительным чертам современного человека. Вечно терзающие душу вопросы морали и нравственности. Что такое хорошо? А что такое плохо? Что можно делать, а что категорически нельзя. Вот, к примеру, я прогулял сегодня работу, и что? Кому от этого станет хуже? Вам? Сомневаюсь. Мне? Возможно. А почему вообще что-либо должно произойти? Неужели в конце любого действия есть результат? И чем «хуже» действие, тем страшнее расплата? Я специально поставил слово «хуже» в кавычки, потому как хочу сконцентрировать ваше внимание на этом вопросе. Давайте попробуем разобраться, что такое хорошо и что такое плохо. Для этого нам понадобятся некие атрибуты, которые просто необходимы для теплой беседы, анализа воспитания и погружения в дебри сознания, а именно: водка, жареные пельмени и сигареты. В принципе, этого достаточно, но я решил, что было бы неплохо позвать Серегу с гитарой. Хм… Ну, конечно, неплохо.
– Алё, доброе утро. А Сергея я могу услышать?
– Опять ты? – Похоже, мне тут не рады. Я, честно, опешил, когда в трубке раздался гром и сверкнула молния негатива. Вот чуть телефон не выронил. – Сколько раз я тебе говорила, чтоб духу твоего здесь не было? Ты же взрослый человек, должен же понимать, что Сергей – больной человек, ему нельзя пить. Я с ним всю жизнь мучаюсь, а ты только его стращаешь. Я прошу тебя ради всего святого, перестань сюда звонить.
– Мам, ну что началось? Я тебя сто раз просил не разговаривать с моими друзьями. Что ты вечно лезешь? Гриш, привет!
– Привет, Серега, не парься, я уже давно привык.
– Привык он, ирод! Со свету меня сжить хочешь со своим Гришей. Алкоголики! – Заплакав, мама Сереги положила трубку.
– Слухай, Гринь, а чё вчера было? Я что-то после того, как мы в кабак пришли, ничего уже не помню. Помню только, как Надьку за жопу схватил, а там этот ее верзила что-то бухтеть начал. Потом как будто провал. Пустота, понимаешь?
Естественно, я понимал Серегу. Сколько лет мы знакомы. Я помню все его «провалы» и «пустота, понимаешь?». С Серегой мы росли в одном дворе и до девятого класса учились вместе, пока его мамой и директором нашей школы было не принято решение о переводе Сереги в какое-нибудь другое учебное заведение, потому как школа просто не выдержит такого хулигана и малолетнего преступника, как любила говорить директриса.
Серега пошел в училище на автослесаря. А что? Вполне себе приличная профессия, правда, не для Сереги. Он действительно был хулиганом и малолетним преступником. Примерно с того же девятого класса Серега наладил розничную торговлю по сбыту в нашем районе всякого запрещенного. Продажи росли в геометрической прогрессии. Мы в почете, Серега при бабках, пацаны на районе уважают, что может быть лучше? Конечно, для тринадцатилетнего подростка ничего, ну разве что девочки, но об этом мы поговорим отдельно. Так вот, как я уже говорил ранее, продажи росли в геометрической прогрессии, и этим просто не мог не заинтересоваться представитель власти из местного отделения охраны правопорядка. Боже, как же все эти истории банальны и одинаковы. Нет ничего нового. У любого противоправного ремесла, как правило, один и тот же исход – тюрьма. Серега хоть и был хулиганом, но в то же время он был и обычным человеком, которому не чужды инстинкт самосохранения и какое-никакое, но здравомыслие. Все началось с контрольной закупки и последующим бегством Сереги из дома. Будем считать, что на том все и закончилось, так как для нормальных пацанов признаваться в том, что если бы не мама, которая влезла в дикие долги, не вписалась бы, то срал бы Сереженька кровавыми какашками где-нибудь на севере. Ну, несмотря на все это, он был отличным парнем. Я всегда любил в нем два качества – открытость и умение слушать. Сколько раз мы напивались и перетирали бесконечное количество тем за жизнь. Просто не сосчитать. Но не было ни одного раза, чтобы я пожалел, что я его друг. Такого честного и преданного человека я не встречал. Простыми словами, Серега был реальным челом, дай Бог ему здоровья. Кстати о его здоровье. Однажды в драке Сереге воткнули нож и повредили то ли селезенку, то ли еще что-то… В общем-то, на его обыденной жизни это мало чем отразилось, но на жизни его мамы однозначно да. После выкупа Сереги и ранения мама, как бы сказать, слегка подвинулась на нем. Во всем пыталась его спасти и сохранить, хотя я считаю, что она всегда была такой, недаром же ее муж от нее свалил. А я, в свою очередь, просто переживал за него, потому как я уже говорил, он реально крутой чел, да и выпить не дурак. Но вернусь к Сереге и нашему с ним диалогу.
– Серега, ты вчера, как обычно, до последнего не сдавался, – пытался взбодрить я его хотя бы чем-то. – Он же здоровый. Чего ты все время его задираешь? Да и Надька-то шмара, каких свет не видывал. Ты понимаешь, что мы его даже втроем бы не уработали?