Александр Март – Механики 3 (страница 68)

— Саня, подъём! – это был Туман.

— Что случилось?

— Дже нажал кнопку эвакуации, минуту назад. Я в институте тут, бойцы тут тоже есть, поможем им, если что, у тебя девятнадцать минут.

Остатки сна с меня как рукой сняло, я аж из кровати катапультировался.

— Сейчас буду, машину мне, пацанов пока разбудишь, время пройдёт.

— Я послал за тобой Казака, через восемь минут он будет около твоего подъезда. Он на Порше своём к тебе полетел. Мы тут пока готовимся к встрече.

— Понял, отбой.

— Что случилось? – проснулась Светка, – ты куда?

Я в этот момент лихорадочно шарил в поисках своих шмоток. Нах, включаю свет. Глаза у меня и у Светки тут же стали как у китайцев, Булат вон тоже проснулся и удивлённо уставился на меня. В двух словах ей быстро сказал, куда я и зачем.

— Всё так серьёзно? – испуганно спросила она, приподнимаясь на кровати.

— Не знаю пока. Может они там решили все проблемы, а может у них там жопа.

Быстро залетел в ванную, умыться, зубы почистить, бриться не буду.

— Ребят-то будить? – прокричала мне из кровати Светка.

— Не надо, я с Казаком в институт, там наших полно.

— Вон он звонит.

— Возьми телефон, ответь, что я через минуту буду внизу.

Из ванной вылетел пулей, на ходу натягивая футболку.

— Всё, на связи.

Хватаю сотовый, и бегом вниз. С четвёртого этажа слетел мгновенно. Около подъезда стоит ярко красный, я бы даже сказал, алый, Порш 911 Казака, он ему по той лотерее достался, когда мы заокеанских коллекционеров грабанули на тачки.

— Привет, Казак, – плюхаюсь на сиденье.

— Привет, шеф, – пристегнись, быстро поедем, у нас одиннадцать минут до открытия, за восемь должны доехать.

Ох ты ж, мать твою! До института тридцать километров, пять из них через город. Только успеваю защёлкнуть на груди четырёхточечные ремни безопасности.

И тут Казак дал! Четыреста тридцать пять лошадиных сил в паре с механической коробкой передач позволяют сделать очень многое в умелых руках. А Казак водить умеет, впрочем, как и все наши пацаны, многие, кстати, брали уроки у Игоря и Крота. А уж когда эти тачки спортивные появились, то некоторые ребята, банально, испугались той мощности, которая оказалась у них под правой ногой.

Как в первый день никто из них не расколотил тачку и не влетел на ней куда-нибудь, я не знаю. Но потом, когда первый адреналин прошёл, практически все поехали на Воробьёвы, и вот там уже учились водить такие машины.

Если вы думаете, что сможете вот так, просто взять и поехать на машине мощностью от пятисот лошадиных сил и выше, то сильно, я бы сказал, вы очень сильно, заблуждаетесь. При таком моторе, при таком наборе скорости, при таком выбросе адреналина, на принятие решений у вас доли секунды. Надо не охреневать от разгона и торможения, а управлять автомобилем.

На весь двор раздался визг резины, и позади нас выросло огромное облако дыма от палёной резины. Мля, щас весь двор разбудим. Вон пара собачников, мужик с псом и девушка с каким-то чмо-терьером на поводке, аж дёрнулись. Пёс ничего, только уши прижал, а эта жалкое подобие собаки ломанулось в сторону детской площадки.

Что там с этой шавкой было дальше, я уже не видел, так как перегрузка вжала меня в кресло, а потом я почувствовал, как мы едем боком, и перегрузка уже давит мне на правый бок. Ох ты ж, мать твою!

Охранник на выезде из нашего района еле успел открыть шлагбаум, иначе Казак его бы просто снёс. Видел я только, как из будки выбежал дед, орёт и грозит кулаком. Дальше прямая, мы разгоняемся и разгоняемся. Хорошо, сейчас утро, машин ещё мало, можно сказать, их совсем нет. Всё-таки у нас тут не мегаполис, и рано выезжать на работу никому не надо, утренних пробок нет, и вот Казак, мать его, отводит душу. Он, походу, и за мной так же летел.

— Потише, менты попадутся – запаримся откупаться, – хриплю я, пытаясь немного ослабить ремни.

Из-за перегрузки и сидения в ковше, в котором меня намертво к нему припечатало, как-то дышать стало тяжеловато.

— Мы быстро, – отвечает Казак, – а попадутся, пусть попробуют догнать.

Мать, по городу пронеслись за двести! Те, кто в этот утренний час были на улице, буквально остолбенели, когда увидели, как алый Порш с дальним светом несётся по дороге. Всё-таки народ тут отвык от таких городских гонщиков, местные гаишники отучили всех гонять. У меня адреналин ещё больше подскочил, когда мы пролетели два светофора на красный, честно, на обоих я просто зажмурился, страшно, пипец! Сейчас кто-нибудь сбоку выедет, и нас будут собирать по частям. От удара за, мама, двести тридцать! – я на спидометр посмотрел, никакие подушки не помогут!

Но хвала пустынным богам, или кто там есть, чисто, нет никого.

— Держись! – заорал на диком адреналине Казак.

Перед нами поворот почти на девяносто градусов, за ним выезд на загородное шоссе. Мы несёмся к повороту, а этот камикадзе, мать его, и не думает тормозить! Раз! – Казак бьёт по тормозам, дёргает за ручник, и мы вылетаем боком на встречную полосу, а там, млять, автобус едет! Мне кажется, я даже увидел ставшие размером с чайные блюдца глаза водилы автобуса…

Как он, млять, успел затормозить, как Казак успел довернуть руль вправо, я не знаю, разминулись буквально в сантиметрах.

Всё, дальше он только переключал передачи, и мы низко-низко полетели! Фууух, вот тут я позволил себе немного выдохнуть, но ножки у меня предательски тряслись.

— Шесть минут, успеваем, – снова сказал Казак, вбивая шестую передачу.

Мать, триста!!!

— Пацаны чипанули, – громко сказал он мне, держась двумя руками за руль.

Он увидел, что я тяну шею и смотрю на спидометр.

— Славка сделал, и все ограничители снял, сейчас тут пятьсот двадцать лошадей, хочу ещё мощнее.

— Псих, – коротко сказал я, – даже я так не езжу!

— Ой, да ладно! – Казак рассмеялся.

До института долетели мгновенно.

— Три минуты, – снова крикнул Казак, когда мы, снова до дыма из-под колёс, остановились перед входом.

Только бы ноги не подвели, только бы не подвели, меня трясёт, нах, всего! Отстёгиваюсь, открываю дверь и вываливаюсь из тачки, нет, с ногами всё нормально, просто сердце стучит так, что готово выпрыгнуть наружу. Порш закрываем и бросаем около входа, бегом на второй этаж.

— Две минуты – комментирует Казак, перепрыгивая сразу через три ступеньки.

В кабинет, где пацаны буквально вваливаемся.

— Ну? – радостно кричит Казак.

Туман, Винт и ещё парочка пацанов молча протягивают ему по несколько денежных знаков.

— Козлы, – беззлобно говорю я, понимая, что эти засранцы поспорили, что он успеет съездить за мной, забрать и вернуться назад за 19 минут.

— Экипируйся, быстро, – серьёзно произносит Туман, кивая на лежащую на столе разгрузку.

Казак же с довольной улыбкой сунул себе пачку денег в карман и довольно произнес:

— На пивас.

— Там больше штуки, – вздыхает Винт, – лопнешь.

— Ничего страшного, я за несколько заходов.

— Минута, – говорит Туман.

Я в этот момент уже напялил разгрузку, подогнал её под себя, проверил Калаш. Выбегаем из этого кабинета и бежим в соседний, там, где бронестекло и бойницы. Вижу вокруг множество бойцов, некоторые заспанные. Видать Туман держал тут человек сорок ребят, когда охотники уехали.

Вон вижу, как под потолком ворочаются стволы пулемётов. Зал приёмки пустой, только на полу лежат размотанные тросы лебёдки.

Мы их уже давно сделали. Это на тот случай, если с той стороны сломается машина, и её нужно будет сюда затащить. Вот и сейчас тросы приготовили.

— Десять секунд до открытия, – произносит голос из колонок.

Я только успел пару стаканов воды из кулера заглотить одним глотком.

— Пять, четыре, три, две, одна – открытие!

— Всем внимание! – рявкнул на общей волне Туман.