Александр Март – Механики 2 (страница 88)

— Когда вас ждать? – спросил я.

— Учёных, которые работали над открытием ворот, через пару дней, – немного подумав, ответил он, – всех остальных – в течение месяца. Мне так же нужно будет кое-что продать и вывести деньги. Я хочу отблагодарить своих людей.

— Раздать им деньги?

— Ну, не то чтобы раздать, – уклончиво ответил он, – дать им немного начального капитала, каждому по степени его участия в работе на меня.

— Думаю, что некоторые из этих людей, придя в наш мир, будут очень обеспеченными людьми, – хмыкнул я.

— Не исключено. Я, при всём желании, не смогу потратить все деньги за столь короткий промежуток времени. Так что пишите список, что вам нужно, и мы займёмся покупкой и доставкой до ваших ворот. Повторюсь, у нас месяц-два, и потом за нас крепко возьмутся. Так что давайте напряжёмся и поработаем на благо вашего мира. Думаю, что помимо вертушек и самолётов вам ещё много чего нужно.

— Хочу дать вам небольшой совет, – сказал я, останавливаясь и поворачиваясь к нему.

— Слушаю вас.

— Не наломайте напоследок дров, Анатолий Александрович, – глядя ему прямо в глаза, произнёс я – думаю, вы прекрасно понимаете, о чём я.

Он кивнул.

— Вас ждёт новая, удивительная жизнь. Пусть все те, кто вам должен, ваши враги, завистники, и так далее, остаются там, в прошлой жизни. Я прекрасно понимаю, что у человека такого уровня, как вы, есть враги и те, кому очень хочется отомстить, так сказать, напоследок заявить о себе и вспомнить все былые обиды. Не искушайте судьбу, просто переселяйтесь в другой мир. Сами знаете, ответка может прилететь неожиданно и с той стороны, откуда не ждёшь. Вы умный человек, раз добились таких высот, так и воспользуйтесь этим. А все те, кто, как вы говорите, кормится с ваших рук, пусть потом кусают локти и ищут вас по всему шарику. Нам очень бы не хотелось рисковать нашими людьми и вытаскивать вас из какой-нибудь передряги.

— Я вас прекрасно понял, Александр, – вздохнул он.

— Ещё вопрос. Всех нас интересует ваш Погонщик и его бойцы. И вы, и мы знаем, что это за человек, и чем он занимался в вашей компании. Кем он видит себя в нашем мире?

— Буду откровенен с вами, Александр, благо не на допросе у прокурора. Да, этот человек решал специфические вопросы и не всегда законными методами. Но вы прекрасно понимаете, что без этого никак – сожрут.

— Понимаю.

— У вас, скорее всего, тоже были такие ситуации, когда на вас пытались давить или взять под своё крыло. Нефтяники, ваша месть Михайловскому.

— А вы очень проинформированный человек, – засмеялся я, – ваши люди хорошо умеют собирать информацию.

— Да, контрразведка у меня всегда была на высоте, – серьёзно ответил он, – такова специфика моего бизнеса. Нужно быть на шаг впереди. В вашей ГДЛ тоже есть такие люди.

Вот же млять, всё он про нас знает! Тут я промолчал.

— А что касается Погонщика и его людей, – продолжил Сицов, – после переселения в ваш мир, их, так называемая работа, закончится. Им больше не нужно… – он замялся, подбирая слово.

— Я вас понял, – тут же сказал я, понимая, что ему просто неудобно слова «убийства, запугивание, пытки», и так далее, произносить вслух.

— Вот, – с облегчением ответил тот, – я с ним разговаривал по этому поводу. Он хочет стать исследователем, собрать команду и отправиться на разведку вашего или другого мира. Может где-то там, вдалеке от всех, он и организует своё государство, как Отец, Герман и их друзья.

Вот же, млять, и про это он знает! Да пипец, походу, эти трое шпионов, выдали ему вообще весь расклад по нашим мирам.

— А может внесёт какой-то вклад в развитие и вашего мира. Несмотря на его деятельность и специфику работы, это очень надёжный и верный человек. Своих он не предавал никогда и всегда приходил на выручку. Так что, для вас он точно не будет опасен. Его тоже можно понять, он всю жизнь со мной, и в один прекрасный момент можно устать бояться. Думаю, что лихие девяностые для всех нас очень хороший пример. Выжили единицы, которые сейчас сидят в креслах, остальные либо на кладбище, либо в тюрьме, а некоторые из них, вообще, остаток жизни проведут в клетке, подчиняясь командам, как собаки, и живя по одному и тому же графику изо дня в день, и так будет до конца их жизни, это те, кто получил пожизненное.

Все мы, рано или поздно, хотим глобальных перемен. Только не у всех есть возможность. Ваш мир, это как раз то, что нам всем нужно. Просто мы все, начнём жизнь с чистого листа. Как вы там говорили, – он снова улыбнулся, – у многих из ваших людей есть собственное кладбище, у кого-то – с одно, у кого-то с два футбольных поля. Но, после перемещения кого-то сюда, никого из вас не интересует, чем человек занимался на Земле, главное, чтобы он двигался вместе со всеми по течению в вашем мире.

Пипец, чувак знает всё! Откуда? Неужели те трое смогли за такой короткий промежуток времени собрать столько информации?

— Не удивляйтесь, Александр, – снова вздохнул Сицов и, опустив голову, двинулся по ангару, я потопал за ним, – вы молоды, а я прожил долгую жизнь, полную интриг и подковерной борьбы. Если вам когда-либо нужен будет совет, обращайтесь, помогу, чем смогу, – он снова усмехнулся, думая о своём, а потом добавил, – но в данный момент я хочу спокойствия.

— Сына своего тоже будете к нам перетаскивать? – спросил я, решив показать, что мы о нём тоже кое-что знаем, – или вы так и не наладили с ним отношения? С бывшей женой, понятно, вы не общаетесь.

Он даже не удивился моим вопросам.

— Нет, сына не буду звать. У него своя жизнь, и общаться со мной он не хочет.

Тут он как-то сгорбился, вздохнул, затем через несколько секунд встряхнул головой и расправил плечи; переживает, сильно переживает, всё-таки, это его сын.

— Но, видимо, такова судьба, – глядя перед собой, произнёс Сицов.

Поговорив с ним ещё минут пятнадцать-двадцать, мы разошлись. Я вернулся в свой мир, а Сицов поехал запускать огромный маховик механизма по переселению в другой мир.

— Ну, и что вы на счёт всего этого думаете? – первым делом спросил я у мужчин, когда поднялся в переговорную, где они наблюдали за нашим разговором.

— А я его понимаю, – взял слово Георгич, – он действительно хочет спокойно пожить на старости лет. И его люди без него окажутся не у дел. Конечно, со временем они займут какую-то нишу на Земле, но тут другой мир. Кто из вас отказался бы от переселения, зная о тех, кто там живёт, какие там правила жизни, и имея хороший первоначальный капитал, и, тем более, если бы с вами переселялись ваши близкие?

— Я бы точно не отказался, – тут же ответил Большой Вася.

В общем, проговорили мы так около часа. Все сошлись во мнении, что Сицова и его людей нужно принимать. Колун сказал, что через месяц, после того, как они сюда переселятся и освоятся, за некоторыми из них он установит негласную слежку и послушает их. Потом повторит это ещё через пару месяцев, потом ещё через какое-то время, если всё будет тихо, то мы оставим их в покое, нет – будем принимать меры.

Глава 4.

4 декабря. Таус.

Ох и деньки у нас настают! Сейчас мы с ребятами только-только подъехали к нашему институту около Тауса. Тут на стоянке и внутри института уже человек сто, и люди, мужчины продолжают подъезжать. Сегодня мы начинаем таскать машины с Земли.

Позавчера, как я поговорил с Сицовым, он отправил несколько своих людей на стоянки-отстойники, сегодня ночью мы получили от них сигнал, что они добрались до таких мест и ждут, когда мы откроем ворота. Корж, Иван и мы, пригнали сюда множество мужчин, которые и будут заниматься перегоном автомобилей.

Вон я вижу, как сбоку от института, за эти двое суток, несколько тракторов и бульдозеров разровняли и укатали большую площадку для машин, а ещё человек тридцать рабочих укладывают лианы, чтобы хоть подъездные дороги заасфальтировать.

— Ну и народу, – прокряхтел Слива, с трудом втиснув Кадиллак на стоянку среди других машин около института.

Выбравшись из джипа, я ещё раз огляделся. Да уж, народу действительно много, вон ещё подъехали парочка микроавтобусов, и из них стали выходить ребята.

А вон и Вайпер Коржа стоит, и рядом Альпина Тамаза, и Секвойя Ивана. Пока шли ко входу в институт сто раз поздоровались. Многих из ребят я уже видел, вместе вытаскивали машины с того корабля-парома, теперь пришло время пощипать Землю. Тачки нужны всем, во всех городах, так что желающих поучаствовать в перегоне нашли без проблем.

— Привет, мужики — в дверях столкнулись с Туманом.

Быстро поприветствовав его, пошли в зал приёмки.

— Как у нас дела? – спросил я у него, пока мы топали по коридору.

— Процесс перетаскивания людей с Земли начался, – стал информировать меня Туман, – вчера к нам перевезли двадцать шесть человек. Мужчины, женщины, дети, в общем, как и разговаривали, близкие тех, кто живёт тут.

— Проблемы с ними были?

— Ну, с кем как, – усмехнулся Туман, – кто-то в шоке от переселения, кто-то в шоке от того, что тот, кого они считали пропавшим без вести или погибшим, жив-здоров, только живёт, и достаточно неплохо, в другом мире. Наш терминал работает на полную, – он кивнул в сторону второго большого терминала с воротами, – да и этот тоже на пределе.

Ворот-то у нас около Тауса было двое. Одни в нашем институте, вторые – в большом терминале, сообща построили тремя городами. Их и используют как какой-то вокзал или аэропорт для перемещения между мирами, там и туристы, и грузы, всё проходит через них. Наши ворота меньше, вернее, меньше сам зал приёмки, мы ими тоже пользуемся, но для мелочёвки. Вот через них мы и будем сейчас таскать машины с Земли.