Александр Марченко – Вечный Странник. Часть I: Дорога к себе. Книга 1: Элемент – фундамент / научная фантастика (страница 27)

Если придётся здесь задержаться, то ему вполне достаточно. За письменным столом – творить, в кресле – размышлять. А за столиком у диванчика – питаться, и сразу основательно отдыхать. Но скучно. Окно уже предполагается картиной, долго смотреть на которую вредно. Она затягивает пойти и посмотреть – куда ведёт дорога. А ему отсюда пока никуда не хочется, надо ловить момент и по полной воспользоваться комфортом. Не хватает хотя бы телевизора, компьютера, музыки …. Или не всё понял. … Появилась только музыка, как в ресторане.

Естественное желание, и чтоб ничего не трогать, – просто лечь на пол, выдохнуть привычное понимание комфорта и вдохнуть этот, расслабиться и забыться. Но уже понимает – за ним наблюдают. Странно, что сразу так не подумал. Ведь не сам оказался тут и вряд ли заблудился. И пол уже не паркет – темнее, чем стены, сплошного ровного цвета. Непонятно почему молчат, и последствия.

Его мягко приподняло над полом, погрузился в оказавшееся рядом кресло. Непроизвольно замер от неожиданности, так и не почувствовав под собой опору. Фантастический комфорт невесомости! Кресло настолько мягкое, что тело зависло. Ощущается только мягко обволакивающее прикосновение его материала. Захотелось погрузиться глубже – погрузился, даже утонуть – утонул, только глаза должны быть видны снаружи. А ощущения те же, эмоции – восхитительные. Тело расслаблено, усталость испаряется из него. Уже априори на многое согласен, лишь бы дольше оставаться в кресле. … Что же всё-таки потребуют от него, и что предполагается дальше?

Неожиданно ответил приятный и необычно свободный голос. Как бы ответило всё пространство, как свет образуется или существует тут. Пропустил, не слушал начало, поглощён исключительно осознанием голоса. Что даже по тону слишком фамильярный для начала знакомства, и желание – обязательно должен быть женским. Уже привычно сконцентрированный женский голос, прервавшись, наверное, повторил сначала:

– Ау! Где заблудился? Не отвлекайся. Вижу, немного освоился. Представься, не задумываясь, кто ты, по сути?

Непроизвольно вздрогнул, будто напомнили о забытом сокровенном. Сориентировался, вспомнил – кем почувствовал себя проснувшись. Но странный не только вопрос, и требование. Отметил – уже воспринял спокойно. Манера голоса необычно свободная домашняя для ситуации, будто постоянно общаются. Но ведь …. Испугался предположения и ответил с выжидательным любопытством изнутри кресла:

– Я попал сюда случайно? Не похоже, что заблудился и любой с улицы может зайти сюда. По идее должны знать меня.

Тишина тяжелеет от продолжительности и ощущения пристального внимания, что его изнутри рассматривают на соответствие. Не задумываясь, прерывая копание в себе, максимально неопределённо ответил в контексте, как почувствовал себя, проснувшись:

– По жизни – странник. Однажды пошёл и до сих пор ищу себя. Ещё не знаю, только чувствую, что здесь оказался с этой же целью.

Глубоко внутри что-то удовлетворённо вздрогнуло, но не он. Будто сказанное – код-пароль, совпавший с чьим-то замком. И уже атмосфера комнаты мгновенно преобразилась домашней определённостью – больше не в гостях. Спокойно осмыслил ситуацию. Сказал спонтанно, от души, не помнит, чтоб когда-либо так формулировал и представлялся. Вряд ли подобное слышал, может, где-то прочитал. А собеседница продолжает молчать, почувствовал – замерла. Наверное, определяется – с чего теперь начать, или продолжить.…

– Все упрёки оставляешь на потом. Настанет время – предоставлю возможность.

Голос мягкий, с иронией, явно ждёт понятную реакцию. Промолчал, и голос зазвучал контрастно официально:

– У нас мало времени, Странник. Сначала быстро выполним официальную формальность. Сейчас я объясню ситуацию, а ты должен однозначно определиться. Исходи, что допустимо только продолжение свершившегося. Оно хоть и зависит от тебя, но пока не совсем. Потом, и может быть, если, то очень не скоро будешь сам определять всё для себя. Что не поймёшь сейчас – лучше понимать постепенно.

Собеседница замолчала, с нетерпением ожидает подтверждение. Необычно, что так это однозначно понял. Смутили подозрительные ощущения, что она сидит внутри и наблюдает, как формируются его мысли. Но как есть.

Удивила присущая ему манера определять женщине ситуацию, когда не хочется определяться в ней первым. Но, в зависимости, как с ним определится для себя, готов сразу же открыть соответствующие карты. Фактически говорил необходимое, но так, чтоб оба могли продолжить общение в любой плоскости отношений. А нарушить неопределённость даже первым словом всегда предоставлял ей. Сейчас оказался в позиции тех женщин. Конкретно ничего не понял, только, что должен согласиться на что-то, не рассуждая. Но так не устраивает.

Начал определяться. «Свершившееся» – оказался здесь, отсюда только куда-то. Машинально вспомнил, что оставил в квартире. Получается – самое ценное, что есть у него. Бумаги с идеями, гипотезами, теориями, моделями и расчётами принципиально терять не хочет. Но его не приглашали, и не напрашивался сюда. Почему, несмотря на это, принуждают определиться? С чем?

– Продолжай. Интересно, что будет дальше.

– Правильно понял ситуацию. Тогда – принципиальное, самое главное. Абсолютно всё остальное – будет только производным его. Отнесись серьёзно, разумно. К этому уже готов и внутренне определился. По сути, должен определиться с собой. Ты теперь принадлежишь мне.

Настолько неожиданно и шокирующее, что воспринял инертно и только подумал – ещё никому не принадлежал. А сказал машинально, выигрывая время для осознания:

– Почему так поздно? Я уже в возрасте. Уверена – ещё на что-то способен и успею с тобой?

Собеседница сквозь смех переспросила:

– Почему поздно? Скорее рано. Неужели всё для себя сделал, закончил, и некуда торопиться?

Растерялся, понимать не решился, только потребовал – «Дальше». Собеседница сделала паузу, и опять почувствовал – с интересом рассматривает его, но изнутри. Она сразу продолжила:

– Стоп! Ты не понял, что сказала. «Дальше» – означает согласие со всем и на всё. У вас также. Если приходишь к женщине, и она впустила тебя – значит, на необходимое главное согласились. И ты уже обязан хотя бы удовлетворить её. Или приходишь к женщине только питаться, как в ресторан?

Она сделала паузу, но он промолчал – ничего не успевает понять. Она закончила:

– Учтём, что не понимаешь этого, но и мне так уже не надо. Запомни – теперь в дальнейшем для тебя это будет принципиальным.

Сравнение уже понравилось, но ведь всё не так. А в последнем почувствовал суровость, как на перекрёстке, когда решение невозможно будет изменить. Решил не торопиться, раз не подгоняют.

– То есть, если б первый сказал – ты принадлежишь мне, то запрыгала б от радости? И ничего бы не уточняла?

Собеседница открыто рассмеялась, с механистическими оттенками, но естественно, от души:

– Ты всё-таки ещё примитивный. Зачем прыгать? Я уже твоя, даже не представляешь насколько. Нужно делать. В семье не имеет значения, кто скажет первый – всё взаимно. И это твой принцип отношений. О тебе знаю почти всё. Теперь буду понимать, учиться. Никогда не слышала здесь себя, говорить тоже буду учиться. Понимаю – ты в другом положении, но уже лучше даже осознавать это изнутри.

Собеседница во всём права, но только если …. А в этом не уверен, но уже доверяет ей, пусть и вынужденно. Пока понял только – уже обречён на что-то.

– Вот из своего положения и хочу выйти. Чтоб не приходилось опять уходить, выполнив необходимое. Пока интересно, продолжай в этом смысле. Ещё ничего не понимаю.

– Хорошо, тогда так. Чем уже недоволен здесь? Что не устраивает? Здесь порядок не абстрактный – исключительно для тебя. Определяй всё сам – добавляй, убирай, переставляй. Я буду корректировать. И правильно понял – здесь возможно всё. Остальное чуть позже.

– Хороший подход. Пока всем доволен. Но я и непритязательный. Так и не понял – что значит – дальше, когда уже фактически заканчиваю? Почему так поздно? А быть только наблюдателем – не хочу. Или меня будут постоянно лечить? Тоже мрачно. Вот поэтому и сомнения. Боюсь, что предполагается дальше.

Чувствует – она определяется – дурачок или прикидывается, в хорошем настроении, в хорошем смысле. Но он действительно боится поверить в невероятное, которое всё более заявляется очевидным. Её мгновенное

– Для тебя всё только начинается, именно отсюда. Получилось – рано. Но раз сам инициировал это – вовремя. Дальше только проясняем.

прозвучало ответом наотмашь. Стало немного страшно, как однажды после защиты диссертации. Будто исчерпался – всё уже понял, даже теорию сформулировал, изложил, опубликовал. Тогда тоже возник вопрос – чем заниматься дальше?

Несколько дней был в прострации, философствовал с пивом по теме, что непризнанный гений. Исключительно для завершающего отчёта по тематике сделал несколько экспериментов. И результаты удивили. Неожиданно появившиеся вопросы заставили на всё уже понятое посмотреть иначе, стали складываться в новые направления исследований. И он начал вязнуть в формирующейся ещё непонятной фундаментальной проблеме. Где всё определяет цель. Тогда понял, что всё только начинается …, если, конечно, ещё способен …. Вздрогнул, очнулся. Тогда был способен, и ещё ничего не закончил. … Но важно не это, а которая должна определить ту самую цель. … Промолчал, а собеседница удовлетворённо продолжила: