Александр Мануйлов – Выбор моей реальности (страница 39)

Я присмотрелся к её многострадальной голове и увидел небольшую прореху.

— Ничего, скоро новые появятся, — попытался я её утешить.

— Тебе легко такое говорить — ходишь почти лысый, а мне как дальше с этим жить?

— В разделах системного магазина есть биомодификации тела. Если надо, можешь свои волосы хоть до попы отрастить, хоть в зелёный цвет их перекрасить.

— Да, я уже всё об этом внимательно прочитала. А ещё там можно сделать себе фиолетовые глаза и грудь на три размера больше.

Я посмотрел на будущую клиентку пластических маго-хирургов и подумал, чем бы дитё не тешилось, лишь бы не померло.

— Чуть позже откроем этот раздел и сотворим из тебя самую красивую девушку на планете. Когда будешь выбирать пластические операции, обязательно приделайсебе рога и хвост. Будешь, как огненная сакуба.

— Интересно, почему ты постоянно заводишь со мной разговор о хвосте? Мне кажется, что в прошлой жизни ты козьей фермой руководил. Это объясняет всё.

— Да, сознаюсь, было дело. Главнокомандующим по хвостам и копытам в деревне Лохово подрабатывал и ночами там маньячил. Кир, я хочу использовать Мою Прелесть по прямому назначению, — посмотрев на Лену, страшным голосом сказал я. — У тебя в сумке должен быть припрятан моток капроновой верёвки, давай, доставай быстрее.

Лена притихла, насторожилась и, испуганно уставившись на меня, стала наблюдать за моими дальнейшими действиями. Я взял верёвку, примотал её к наросту на голове акулы и к креплению на носу лодки. Убрал паруса и приказал зомборыбе плыть по направлению к Константинополю.

Сначала акулиха-гоблинша быстро ускорилась, и я почувствовал себя как на водной ватрушке, в бешеном темпе прыгающей по волнам. Девушки завизжали, но успели зацепиться за борта, сокол взлетел с насеста, а вот медведица Ампаро вылетела за борт. Пришлось останавливаться и поднимать в лодку проснувшегося и ничего не понимающего питомца. Затем мы поплыли с комфортной скоростью, примерно двадцать километров в час, весь оставшийся день и всю ночь.

Глава 93. Новый Рим

And therefore I have sailed the seas and come to the holy city of Byzantium…

Наконец мы добрались до Боспора Фракийского — узкого пролива, соединяющего Понт Аксинский с Пропонтидой[9] и разделяющего Европу и Малую Азию. Несмотря на его небольшую протяжённость — около тридцати километров, пролив Босфор во все времена имел важное стратегическое и экономическое значение. Нам встречались небольшие парусные торговые суда, галеры— быстроходные однопалубные вёсельные корабли и, конечно, парочка дромонов, которые без конца разглядывал в бинокль Кир.

В Константинополь, или Новый Рим, приезжали люди со всего мира, привлекаемые его богатством и величием, здесь пересекались основные торговые пути с разных концов света — из Западной и Восточной Европы, древнего Китая, Скандинавии, Киевской Руси, Индии и прочих сопредельных стран.

На подступах к городу Константина справа мы увидели уходящий вдаль небольшой изогнутый залив шириной около километра, судя по картам — Хризокерас, или Золотой Рог. В месте его слияния с Босфором, на левом и правом берегу рогатого залива, напротив друг друга стояли две кирпичные прямоугольные башни, между которыми была натянута массивная железная цепь. Видимо, для пропуска кораблей, с помощью лебёдки цепь опускали вниз, и она под своим весом уходила под воду. При этом, доступ в Мраморное море оставался свободным для всех желающих.

Столица Великой Восточно-Римской империи, как называют её местные, или Византии, как называют её наши современники, расположилась на крайней восточной точке Балканского полуострова. Мы направились по морю вдоль юго-восточной части Константинополя.

Константинополь был просто огромен для 11 века: если его сравнить с городом современного мира, то по размерам он напоминал областной центр, а по плотности застройки — кварталы современного мегаполиса. По моим прикидкам, за городскими стенами проживало несколько сотен тысяч человек. И ещё большее количество — в пригородах.

Со стороны материка город был отделён каменной оборонительной стеной, укреплённой многочисленными прямоугольными дозорными башнями и высокими маяками. Они показывали морякам безопасный путь в гавань. Фасады некоторых византийских дворцов, встроенных в крепостные стены, выходили непосредственно к морю и были оснащёны собственными каменными пристанями, о которые разбивались бирюзовые волны. Входы во дворцы со стороны моря бдительно охраняли вооруженные до зубов стражники, а также скульптуры львов, быков и гарпий.

За морскими стенами города возвышался храм Святой Софии — ошибки быть не могло. С Востока и Запада центральный полусферический купол с огромным крестом поддерживался двумя более низкими куполами, а те, в свою очередь, ещё двумя, но меньшими по размеру. Верхняя часть храма украшена многочисленными арочными окнами с узкими простенками. Здание храма представляло собой уникальную конструкцию устремляющихся в небо полусферических фигур.

Своими колоссальными размерами выделялся Ипподром — трехъярусное монументальное сооружение в форме огромной подковы, с несчётным количеством колоннад и пропорциональных арочных пролётов на всех ярусах-этажах. Ипподром был построен по образу Колизея в Древнем Риме, проёмы украшали античные статуи.

С лодки панорама Константинополя представляла собой гармоничное цветовое решение — сочетание белого, красного и зелёного. Двух- или трёхэтажные дворцы, храмы и другие здания с величественными колоннами и арочными окнами выстроены из светлого камня или покрыты белой штукатуркой. Крыши: треугольные, куполообразные, плоские — повсеместно венчала красная черепица. По всей территории города были высажены зелёные кипарисы.

Как дети, вырывая друг у друга бинокль из рук, мы рассматривали монументы, обелиски, триумфальные арки, скульптуры, колонны со статуями наверху и прочие памятники древней архитектуры и великой, но ушедшей в небытие цивилизации. Решили пристать к берегу к юго-западу от города, чтобы не обращать на себя внимание раньше времени.

После того как мы сошли на твёрдую землю и тело перестало ощущать качку, я начал размышлять, что же делать с акулой, пока мы будем находиться в городе. А это несколько месяцев. Решил попробовать поискать магические клады на дне других морей и океанов, если уж мне повезло приручить глубоководного магического монстра. Но какими способностями наша гоблинша обладает, мы с Киром так и не смогли понять. Предположили, что это таран. Уже очень нарост на голове акулы к подобным мыслям располагал. Да и на глубине Кир ощутил сильный удар по своему окаменевшему телу.

Я приобрёл акуле амулет для поиска магических возмущений, такой же, как у меня иКира. И, на всякий случай, одноразовый амулет телепортации радиуса действия до десяти километров. Чтобы в случае опасности рыбка могла скрыться от преследования. Думаю, другие сокровища тоже надёжно охраняются, и не факт, что акула победит противника. Амулеты закрепил на левом и правом плавнике, проткнув их, и примотал леской. Так точно не спадут и не потеряются. Активировав навык разговора с магическим созданием, сказал акуле, чтобы искала на глубине необычные предметы, приносила их в условленное место и терпеливо дожидалась меня.

Наши доисторические спутники уже начали привыкать к чудесам и вопросами меня больше не донимали. На оживлённой пристани для своего удобства приобрёл у местных торговцев карту Константинополя с названиями улиц, рынков, храмов и дворцов.

Зашли в город через Золотые Ворота, расположенные в юго-западной части городских стен Феодосия. Трёхуровневые Феодосиевы стены защищали город от вторжений с западной стороны — они начинались от берега Мраморного моря и заканчивались у залива Золотой Рог. Доступ к стене преграждал выложенный камнем глубокий ров шириной метров пятнадцать. За рвом располагалась пятиметровая стена. Второй ряд и третий ряд стен усиливался башнями высотой от двадцати до сорока метров.

Судя по карте, протяжённость этих стен составляла более шести километров, фортификационная конструкция могла похвастаться доброй сотней башен. Те башни, которые нам удалось увидеть, имели форму шестиугольников и восьмиугольников, насчитывали три этажа: на двух верхних были смотровые площадки, а на нижнем располагались казармы и другие подсобные помещения.

Золотые Ворота представляли собой тройную триумфальную арку с пилонами по бокам, центральный пролёт которой был украшен античными статуями и барельефами. В праздничные дни и по особой необходимости ворота перекрывались, чтобы через них мог проехать император-василевс со своей семьёй и свитой. Но сегодня нам повезло — василевсов поблизости не было, и мы смогли беспрепятственно зайти в город, смешавшись с разношёрстной и разноязычной толпой.

Недалеко от стен Феодосия, практически около пристани, располагался квартал Псаматия Ксенодохион с постоялыми дворами. Выбрав дом поприличней, я отправил туда всех уставших от долгой дороги на временную передержку. Назначив Лену ответственной за размещение нашей экскурсионной группы в «отеле» под многообещающим названием «Иконом», мы с Киром первым делом решили найти Андроника Пселла, которого мне любезно порекомендовал Демофил — заботливый отец херсонесских сирот.