Александр Мануйлов – Выбор моей реальности (страница 15)

— Денег много в Болгаре?

— Как же, полно: дирхемы и золотые динары. Да вот купьчины бают, што в Контсантинополусе и Венетции за морем златых монет да несметных богатств во сто крат больше.

— Баско, а ты что умеешь делать? — поинтересовался я у новоявленного зомби.

— Отцу в торговле подмогаю, ибо в числах изрядно сведущ. У отца ремеслу да всем наукам обучился, — тут Баско поклонился в пояс своему родителю. — Вдобавок епистолию написати могу.

— Хорошо, с епистолией потом разберёмся. Сейчас мне нужно попасть в Болгар. Вы поедете со мной. Айка, я решил тебя не скармливать демонам — ты свободна. Можешь уходить, — обратился я к ней.

— Благодарю, архистратиг. И вас…, — не глядя на Кира, еле слышно произнесла девушка. И, всё ещё не веря в своё счастье, попятилась задом в направлении леса и потихоньку ретировалась с поляны. Ладно, баба с возу — телеге легче.

Глава 38. Я воль!

— Нам надо переночевать здесь. Закопайте или утащите куда-нибудь подальше этих жертв обстоятельств, — показав на трупы, приказал я Баско с его отцом. Достал нашу маленькую туристическую лопату и дал им её — теперь этим родичам будет, чем заняться.

— Можно ли разграбить разбойничьи пожитки? — не растерялся Баско.

— Разграбьте, только деньги и оружие мне отдайте. Да, и найдите себе подходящую одежду — ваша вся порванная и грязная, уже никуда не годится. Баско, подожди.

Я зашёл в магазин, купил ещё один кристалл энергии и отдал его Киру:

— Подлечи Баско, — Кир коснулся зомби рукой, активировав навык лечения.

Смертельные раны Баско начали стремительно исчезать. Колотых ран у него не было, а все другие через минуту были покрыты обновлённой розовой кожей. С виду — человек человеком, не отличишь, даже если находишься рядом с ним рядом. С глазами что-нибудь придумать и хоть куда. Баско опять почтительно поклонился, теперь уже нам с Киром.

— Всё. Иди, копай яму, — велел я парню.

Отец с сыном стащили с первого мужика более-менее чистую одежду, которая может пригодиться, и поволокли труп к краю поляны. Когда они скрылись из виду, я обратился с вопросом к Киру:

— Что скажешь, начинающий тёмный властелин?

— Зашибись. Будем порабощать местное население. У меня ещё другие маски есть, выберешь себе?

— Давай ту, что пострашней.

Он вытащил маску Фредди Крюгера:

— Тебе будет к лицу.

— Да уж, — с сомнением произнёс я. — Что будем делать с дубом, жуком и железным дровосеком без рук?

— Без понятия, что с ними делать. Ты их оживил — ты и решай. А вот сумки надо спрятать или до реки как-то дотащить, — подумав, сообщил он.

Я подошёл к кожаным сумкам бандитов проверить, чем можно поживиться. В одной из них лежали местные серебряные монеты, как и показала Айка. В других я обнаружил сушёное мясо сомнительного качества, какую-то серую муку, соль и слегка подгнившие яблоки. Вперемежку с продуктами валялись деревянные ложки и разноцветные вонючие тряпки. Ко всему этому добру я побрезговал притрагиваться — ещё подцепишь здешнюю заразу, и сказал Киру:

— Эту дрянь есть нельзя, а завтра с утра что-нибудь свежее наловим или настреляем. Придётся нам самим готовить — ресторанов, поваров и официанток здесь нет. На это Кир ничего не ответил, только ехидно ухмыльнулся.

— Кир, пока они трупами занимаются, я в магазине что-нибудь прикольное куплю. Сегодня тут переночуем, а завтра двинемся к реке. Покарауль меня, пока я буду в отключке.

— Я воль, майн генераль! — отрапортовал Кир.

Глава 39. Кир. Вельзевель

My whole life passed before my eyes. I thought what they say is true.

I shed my skin and my disguise, and cold, numb and naked

I emerged from my cocoon …

Вот фазер опять отмочил! Совсем свой последний мозг при перемещении растерял. Надо же, какой благородный рыцарь — девушку освободил. Но если он всех молодых и здоровых на волю милостиво отпускать будет, то кто нам поселение построит: полуживые зомбаки и полумёртвые старики? И ещё. ХЗ, через сколько лет нам в этих диких местах хоть одна нестрашная девушка опять встретится. И даже, если вдруг встретится, где гарантия, что фазер по глупости и её не отпустит, а нам какую-нибудь древнюю старуху оставит?

Короче, пусть «архистратиг» тут пока под деревом медитирует, а Майку надо обратно доставить — маску с плащом я пока ещё не снял. Быстро пошёл в лес в ту сторону, где она недавно скрылась — далеко точно не уйдёт. Десяток шагов в глубь берёзово-елово-сосновой рощи, и я услышал негромкие стоны, а затем ещё один малоприятный звук, который точно не спутаешь ни с чем: опустившись на колени, Майка блевала не по-детски.

Оно и понятно, сначала мы в экзоскелете на неё из ниоткуда свалились. Потом пошла стрельба: везде кровища, мозги и кишки, демон в плаще с палицей расхаживал, и вдобавок, зомбака воскресили — кто хочешь, умом тронется. Остановился и спрятался за берёзой нереальных размеров: все деревья здесь были мне знакомы, но оказались намного крупнее и выше, чем наши.

Вежливо решил подождать и дать Майке немного времени. На ней была длинная белая рубашка до пола, с вышитыми красными узорами на рукавах и по нижнему краю. Поверх этой рубашки — зеленоватое платье прямоугольной формы из непонятной жёсткой ткани. На талии у Майки был застегнут широкий металлический пояс с пряжкой в виде лисьей морды. Серёжки, перстни, цепи с подвесками, обруч на голове — полный боекомплект нацепила. Все украшения были сделаны из металла, может, из серебра.

Прошло минуты три, рвота всё не прекращалась — она что, целого кабана сегодня на обед съела, что ли? Потом, кажется, закончила. Выйдя из-за дерева, галантно поинтересовался у дамы: «Проблевалась?»

Она вздрогнула и посмотрела в мою сторону. Её лицо исказилось от ужаса, и потом заголосила: «Вельзевель!» Затем правой рукой Майка прикрыла рот, чтобы опять не завизжать, а левой стала искать на земле опору. «Чтобы подняться с колен», — сначала подумал я. Но, оказалось, этой рукой она подобрала с земли валявшуюся рядом недлинную, но увесистую палку, которую довольно метко кинула в мою сторону.

Я, конечно, увернулся, но долбаная палка пролетела почти рядом с моим правым ухом. Сделал один шаг в её сторону, но тут Майка снова заорала на весь лес, а затем грохнулась правым боком на землю и вырубилась. Видно, к демонам пока ещё не привыкла. Ладно, сменим тактику. Снял плащ, бросил его на землю, а сверху аккуратно разместил масочку. Сам остался в чёрных джинсах, чёрной ветровке и чёрных кроссовках — своём обычном прикиде. Автомат положил рядом. Сел около неё — подожду, пока очнётся. Голова сейчас почему-то резко закружилась, и мне сразу сильно захотелось пить.

Вспомнился жуткий момент перемещения. После того, как мы прошли сквозь зеркало, перед глазами мелькала всякая кошмарная хрень: я, одетый в кимоно с катаной в одной руке и с мачете в другой; айкидошные сенсеи в хакамах; андронные коллайдеры и микрочипы; дарты вейдеры и дарты молы; мама лежит в машине патологоанатомов, а рядом с ней стоит русичка в белом врачебном халате и орёт мне: «Война объявлена!» Через некоторое время всё это прекратилось, и я увидел нас с фазером на поляне с Майкиными извращенцами …

Я тихонько потряс Майку за плечо. Она зашевелилась, открыла глаза и ошалело уставилась на меня. Не помню, видела ли она меня без маски, пока я отстреливал её ипатов. Наверное, нет. Вроде бы, в этот момент она закрыла глаза и заткнула уши, но это не точно. Посмотрел на неё и спросил: «Очухалась?» Она ничего не ответила, только испуганно озиралась по сторонам.

— Вон там твой Вельзевель валяется, — показал ей, куда бросил плащ и маску. — Я его сейчас замочил и тебя спас. Всё, издох он — можешь больше не бояться.

Майка захотела встать на ноги, я протянул руку и помог ей подняться. Она, шатаясь, подошла к куче, которая осталась от демона. Но наклоняться и рассматривать «Вельзевеля» вблизи побоялась.

— Евойная япончица, … и морда, — задумчиво произнесла она. — Повержен…

Я показал ей автомат:

— Видишь, я у него пушку отобрал, а потом кулаком его прибил.

— Кем будешь? — настороженно спросила она.

— Я Кир, моё имя означает господин.

В ответ тупое молчание.

— Ты Майка?

— Неа, Айка.

— А я подумал, что Майка. В нашем городе многих девушек Майками называют.

Разговор с ней не клеился: в кальянной и на дискотеках знакомиться было реально проще. Обычно наши девчонки ведутся на фишку про имена и сразу начинают без остановки болтать о том, что там их имя означает и откуда происходит. Этот приём нормально работал в 2020.

— А што есмь Майка? — наконец выдала и средневековая.

Сработало. Только я-то это откуда знаю? Что-то там вроде связанное с индейцами майя. Но ей как всё это объяснять? Догадался — расстегнул молнию на своей ветровке и показал ей чёрную футболку:

— Вот это значит майка.

— Срачица??? Нее… срачицей мы отроковиц не нарекаем, — серьёзно протянула она.

«Вот и зашибись!» — подавив смех, подумал я и продолжил знакомство:

— А что есмь Айка?

Она засмеялась, сделала рожки и проблеяла: «Меее!» «Коза», — дошло до меня. Уж лучше майкой именоваться, но ей, похоже, козлиное имя было по приколу.

— Лепота, — начал преодолевать языковой барьер. Айка улыбнулась:

— Ато! Ты откуду явился?

— Я сын архистратига. Господина, который тебя отпустил.

— Значится, сын-то покамест — не господин?