Александр Мануйлов – Выбор моей реальности. Том 1 (страница 47)
— Пока только один.
Понятно даже пьяному ежу, что Ираклий Ксифилин, помимо выполнения рутинных обязанностей гида и секретаря–посредника, приставлен его величеством Никифором Вриеннием в качестве разведчика–доносчика собирать информацию обо мне и моих людях. Я прекрасно осознавал этот факт и старался относиться с пониманием… чем больше Никифор Третий обо мне узнает, тем сильнее и панически, надеюсь, будет бояться.
— Меня переполняют печальные мысли о том, что прошедшей ночью законная супруга не дала уснуть ни на мгновение… вынужденная депривация сна оказывает вредоносное влияние на моё хрупкое здоровье… — обхватив голову руками, Ираклий уселся на чёрный камень у берега. — Ночью из-за непрекращающихся судорог законная супруга несколько раз упала с кровати, от звона в ушах перестала слышать… сколько ещё ждать, когда Харон — угрюмый перевозчик с клочковатой бородой и горящими огненными глазами увезёт её тень через мёртвую реку Ахерон?
— Кир владеет навыками врачевания, мы можем избавить ваших родственников от болезней и преждевременных встреч с харонами и ахеронами.
— Прекрасно… вторую бессонную ночь рядом с заболевшей женщиной я более не вынесу… что ж, Магистр Александрион, сегодня вечером доставлю к вам на опыты… простите, на мистическое излечение законную супругу и всех прочих престарелых домочадцев, которые постоянно докучают мне своими телесными немощами и душевными недугами.
Вернувшись в поместье и скинув на Лёшу насущные организационные вопросы, я отправил Лену вместе с музыкантами в близлежащее «византийское ателье» — нужны костюмы для выступления на свадьбе Никифора и повседневная одежда для наших сотрудников. Лена с радостью воспользовалась предоставленной возможностью, а мы с Киром будем носить современную удобную одежду — на непрактичные средневековые тряпки не рассчитывали изначально.
Я предложил Лёше принять участие в ремонте и подготовке к эксплуатации фермы, косметического салона и бывшего монастыря. Несмотря на возраст, Лёша вполне здравомыслящий, сообразительный, и как ни странно, у него есть наработанные коммерческие связи, а также знания, необходимые для развития прибыльного бизнеса в Константинополе.
Затем мы с Лёшей составили список покупок для ремонта вышеупомянутых объектов недвижимости. Я посоветовал Лёше нанять как можно больше людей и приобретать только качественные материалы… а что не так? Мы строим для себя, а не для красивых статистических отчётов.
На ферме в Евдоме решил разместить ректификационную колонну–дистиллятор, её я привёз с собой. Как заявил изготовитель, дистиллятор выдаёт пять литров спирта в час, за сутки можно получить около двухсот литров водки.
Простейший самогонный аппарат соберём из меди здесь, в ближайшей кузнице или мастерской. Начнём перегонять спирт, а из него — водку для продажи. Производство на первом этапе «засекретим» и будем тщательно охранять до тех пор, пока другие игроки–конкуренты не заполнят местный рынок своей алкогольной продукцией.
Глава 65
Кир. Аидыч
Сегодня начинаю приём пациентов, которых обещал привести Ираклий. В завершении оздоровительного шоу ко мне присоединится «дипломированный академик–психиатр Елена Посейдоновна», и мы, в компании излечившихся, пойдём приводить в норму Лёшиного паппаса–столпника.
Пока валялся дома после аварии, от нехрен делать почитывал Большую медицинскую энциклопедию и до кучи — атлас анатомии человека. Сначала высматривал всё про свои болячки, а потом как-то зацепило, и на всякий пожарный, захватил с собой познавательную литературу.
Пожарный случай наступил — всегда находилась тема, о чём поговорить с Айкой в свободное время. Её тоже решил привлечь к сегодняшнему медицинскому мероприятию. Пусть практикуется и набирается опыта, пока меня фазер в очередную преисподнюю к мрачным ихтисам снова не послал.
Сказал девушкам подготовиться. Айка просмотрела картинки Лёшиного анатомического атласа, попыталась прочитать вслух по буквам десятка три латинских терминов — названий мышц и костей, потом стала доставать меня вопросами, отчего происходят грыжи и кишечные колики, а Лена, вернувшись из ателье, заказала в системном магазине белый врачебный халат и медицинскую обувь.
Или администратор что-то напутал, или в прикол захотел потроллить Лену, но вместо обычного халата материализовался костюмчик медсестрички, белые чулочки, белые босоножки на высоких каблуках и белая шапка с красным крестом.
На Лёшином дворе, который вдоль и поперёк перерыли наши медведи и истоптали наши танцоры, слуги установили навес, под ним поставили стол из гостиной, расставили лавки. Уселся во главе стола, по бокам от меня — Лена и Айка.
Пациенты, в основном пенсионеры, обвешаны амулетами с головы до ног. Поверх одежды — круглые железные подвески, на одной стороне нарисован красками грустный старец в нимбе, на другой — страшенная рожа Медузы Горгоны со спутанными в клубок змеями вместо волос.
Кому не нравилась Горгониха, вешали на шею просверленные клыки, когти и кости диких животных; ампулы из прозрачного стекла, в которых лежали мелкие кусочки серой полуистлевшей ткани и клочки чёрных волос. На пальцах — кольца с надписями и символами. На подол пришили бронзовые колокольчики. Ставлю, в качестве защиты от болезней, сглаза и демонов.
Само собой, настоящих демонов они в глаза не видели, иначе бы давно догнали, что детскими колокольчиками от нас не спасёшься…
Как выяснилось во время приёма, почти все пенсионеры страдали или от неукротимой рвоты и острых болей в животе, или от непрекращающейся диареи. Начал дотошно выспрашивать о пищевых и других санитарно–гигиенических привычках, чтоб прикинуть, чем конкретно они все обожрались и из какого источника подцепили кишечную инфекцию.
Иначе вылечившиеся родственнички припрутся домой и на радостях опять побегут к своему «холодильнику» или «толчку» — толка от лечения не будет, и репутация «юного эскулапа» окажется подмоченной.
После долгого расспроса, просёк, что зацепиться здесь особо не за что — в тусовке Ираклия были не нищие, которые вылезли из помоек и трущоб, а только обеспеченные… короче, просрочкой с тухляком не питались, ванну принимали по три раза в день.
Кроме острого расстройства ЖКТ, у пенсионеров имелись сопутствующие заболевания: Иувеналий и Юстиниан впали в глубокий старческий маразм и, не останавливаясь, несли какую-то бредятину; Никострат страдал от водянки, Макровий — от сердечной недостаточности, Павсакий — от подагры, Афиноген мучился от гангрены, которая началась после того, как на охоте ему в ногу случайно угодила стрела, предназначенная для разъярённого вепря.
В это время четверо истекающих потом слуг донесли на носилках двух обессиленных, полуживых женщин — жён Ираклия и Павсакия, на теле и лице я заприметил ярко–розовые шелушащиеся пятна… holy f@ck… не семейка, а ходячее пополнение морга!
— Так… что кушали ваши матроны? Когда появились пятна?
— Отметины диавола появились после того, как они, словно прожжённые вавилонские блудницы, повадились ходить в лавку Феофано и Атанасии, стали покупать свинцовые белила, сурьму, помады, — доложил Афиноген, — затем начали разрисовывать лица и ногти заморскими красками.
— Ставлю, здесь аллергия или токсикология, — объявил околонаучный диагноз и применил магию лечения. Пятна исчезли, а женщины, открыв глаза, оживились, поднялись со своих носилок.
— Мистерия… — прошептал охреневший Никострат.
— Дождались… явилось чудо! — выкрикнул Макровий.
— Милые дамы, посетите салон–бутик «У Елены Прекрасной», который в скором времени откроет гостеприимные двери только для вас. Мы подберём безопасную косметику, порекомендуем качественный уход за лицом, посоветуем модную причёску… вам будет ооочень хорошо, — сообщила Лена только что очнувшимся жертвам.
— Так… чем лечите хронические заболевания? — спросил я у пенсионеров… и пошла–поехала–понеслась…
— От подагры пью горячий воск из растопленной свечи с чудесным ликом Святого Пантелеймона лекаря, — сообщил Павсакий, — как только стреножит проклятая боль, на каменную стенку лезть охота… посему и уповаю, жду чудотворного исцеления…
— Для избавления от первородного греха целовали деревянный засов и двери храма Святой Софии, сотворённые из чудодейственной раки Святого Праведника Мокия, — продолжил Афиноген, — в Святом месте нет греха, значится, зараза там не обитает — это известно всем и каждому испокон веков.
— По постным дням кушаем лепёшки с мёдом и сырой землёй, привезённой с могил сорока мучеников, — доложил Макровий, — если заболеешь — любые средства перепробуешь, что угодно съешь!
— Пил святую воду, смешанную с елеем и штукатуркой, соскоблённой с фрески с изображением страстотерпицы Фёклы, — отчитался Никострат, — смиренно дожидаюсь, когда случится обещанное чудо.
— Каждый день, чтобы избавиться от болей в груди, перед вечерней трапезой принимаю ложку сухой смеси из краски и пыли, которую снимаю ножом с чудотворной домашней иконы Святорачицы Халкопратийской… — дополнил Макровий, — всё сделаешь для здоровья и долголетия.