Александр Мануйлов – Выбор моей реальности. Том 1 (страница 46)
Расположенные в форме квадрата четыре деревянных барака вполне соответствовали ожиданиям. Центром служил внутренний двор с утрамбованным земляным полом. Во дворе стояла печь, женщины выпекали хлеб, варили рыбную похлёбку в громадных глиняных котлах.
За барачным комплексом располагались стойла для домашнего скота — коз и овец, а также крытые черепичным навесом птичники. По территории фермы вальяжно прогуливались откормленные свиньи и подъедали всё, что попадалось под рыло. Кладовые забиты продовольствием — зерном, оливковым маслом, засоленной рыбой и соусом–гароном. Запасы хранились в амфорах внушительных размеров. В пифосах — керамических сосудах в форме шара размером с человеческий рост, разлит годовой запас вина. В сараях складировали косы, пилы и лопаты, а также гребни для вычёсывания овечьей шерсти.
— Магистр Александрион, в ближайшие дни угодливые работники освободят винокурню от одомашненных животных и прочего обслуживающего плебса, а вы сможете обустроить здесь всё, как пожелаете.
— Мне нужно нанять персонал для ремонта и обустройства фермы, торгового дома и бывшего монастыря, а вы предоставите временную охрану.
— Разумеется… два стражника–палатина на каждое здание. Нобилиссимус Никифор Вриенний Бдительный–Предупредительный уполномочил меня стать вашим личным помощником только для того, чтобы знакомить с нашей ромейско–эллинской культурой и оказывать дружеское содействие в коммерческих делах.
— Завтра буду ждать вас в доме Алексиса.
— Всего наилучшего, — поклонился Ираклий. В Византийской империи деньги и сила также в почёте… все раскланиваются и мечтают угодить.
Глава 63
Порфировый саркофаг и пурпурные туфли
В доме у Лёши наши сотрудники не теряли времени даром. Гудислав осваивал музыкальную грамоту вместе с Бояной в палатке, предварительно выставив оттуда посторонних и несовершеннолетних. Во дворе, Голуба и Девятко вместе с новыми музыкантами, общаясь на языке жестов, затеяли сыграть квартет.
Девушки–танцовщицы всё в тех же вчерашних зелёных туниках, под руководством Лены изучали премудрости канкана, поднимая ноги, как можно выше, и смеясь при этом, как можно громче. Лена, в топике и шортах, от девушек не отставала, добросовестно показывала пример: «Пьернас арриба, мучачас!»[1]
«Горячие финские парни», голые по пояс, в белых подштанниках, усердно занимались физподготовкой — без остановки отжимались на траве. «Но парамос, мучачос!»[2] — подбадривала Лена… обещала же учить.
Секьюрити находились на боевом посту, посмеивались и с интересом наблюдали. Ампаро с Пелуччо резвились на траве, Хаябуса летал где-то в облаках. Айка, спрятавшись в тени деревьев, позаимствовала из Лёшиной библиотеки толстую книгу, углубилась в «чтение» — разглядывание картинок, на которых изображены руки, ноги и остальные части человеческого тела.
— Скоро будем обустраиваться в другом поместье, — сказал я тем, кто понял. — Начнём ремонтировать зал для казино, подготовим сцену…
Вдруг перед глазами появилось красное мигающее предупреждение:
Ясно… система, как обычно, бдит, не дремлет… я вздрогнул, посмотрел на Кира и Лену… понял, что сделать ничего не могу… или на острове Свияжске Пень Дэхо с Уэсосом с кем-то сражаются или Никифор Вриенний совершает сомнительные подвиги. Посмотрел в интерфейсе, на каком расстоянии находится Моя Прелесть — двести пятнадцать километров, дистанция постепенно сокращалась. Завтра с утра, если система меня не удалит, надо посмотреть на передвижения акулы.
Для того, чтобы не нервничать, выпил чашу красного вина и стал ожидать, что произойдёт дальше. Минуты через три мигающая надпись пропала, а в сообщениях от администратора появилась информация:
Пока вы можете жить дальше… мысленно продолжил наставления… пронесло на этот раз… я удалился в свою палатку и, активировав защиту, отрубился мёртвым сном.
Как только проснулся, проверил, где сейчас находятся мои питомцы. Кукарача, который должен быть рядом с Гостятой, немного переместился. Пень Дэхо с Уэсосом оказались на том же расстоянии, что и вчера. Изменения произошли только у Моей Прелести: я обнаружил её на расстоянии нескольких километров… похоже, притащила что-то интересное. Постучался в комнату, где расположился Кир:
— Собирайся, пойдём к берегу Мою Прелесть навестить.
— Через десять минут буду готов.
За воротами мы с Киром встретили Лёшу, который в сопровождении Ираклия подходил к дому. Выяснилось, что Лёшу в добровольно–принудительном порядке оставили в Хомисдасе на ночь не для дружеской попойки, а с единственной целью, чтобы он никому не разболтал подробности моей встречи с Никифором.
Лёша выглядел немного встревоженным, а причина беспокойства заключалась в следующем… Никифор, когда понял, какие возможности попали в руки, вчерашним вечером совершил государственный переворот.
Как намекал вчера Лёша, смена власти была давно спланирована, а покупка магических способностей немного ускорила сроки реализации долгожданного политического проекта… только теперь главное действующее лицо византийской трагикомедии — не законный наследник Михаил Дука, которой считал Никифора «лучшим другом и родным братом», а Никифор Вриенний собственной персоной.
Ираклий любезно пригласил меня на коронацию и венчание Никифора Третьего Увеличенного–Возвеличенного с василиссой Евдокией Макремволитиссой — супругой умершего вчерашним вечером Романа Четвёртого Диогена.
«Оперативно принимает судьбоносные решения Никифор Вриенний, — подумал я, — с такими партнёрами следует быть поосторожнее».
— Я приглашен один или со своими людьми?
— Магистр Александрион… — насторожился Ираклий, — какое количество желаете взять?
— Когда состоится венчание?
— Через три дня, после похорон Романа Усопшего–Ушедшего — Никифор Третий Непредубеждённый–Беспристрастный перенаправил членам Священного Консистория подробный проект новейшего закона о сроках вступления в брак.
— От чего умер император? — напрягся Кир.
— Вчера вечером Роман Помешанный–Полоумный собрал в Триклине Кандидатов десятка два свидетелей, потребовал у стражника–палатина острый кинжал и со всей силы, с безумным видом воткнул кинжал себе в правый глаз, залил порфировый пол своей бешеной кровью и вскоре затих… — доложил Ираклий. — Траура и панихиды по сумасшедшим самоубийцам, как известно, церковью не предусмотрено, но Романа Умалишенного–Одержимого, пробывшего в статусе василевса в течение трёх лет, по традиции, положат в пурпурном саване и в пурпурных туфлях в Триклине Двадцати Диванов… а послезавтра захоронят в порфировом саркофаге, как повелел Никифор Вриенний Третий Сияющий–Блестящий — новоявленный богоизбранный василевс и священный правитель Восточно–Римской империи.
[1] Piernas arriba, muchachas — (исп). ноги вверх, девушки
[2] No paramos — (исп). не останавливаемся, парни
Глава 64
Магистр Ихтиандр
— Сейчас уточню, какое количество сотрудников возьму с собой на свадьбу.
Вернувшись в дом, спросил у Гудислава, сможет ли он сыграть «Песнь льда и пламени» на светлом празднике Никифора. Маэстро ответил, что в последние дни они с Девятко оттачивают «Песнь» до совершенства, однако Голуба и Бояна к ответственным концертам пока не готовы. Я высказал Гудиславу пожелание, чтобы они в ближайшие два дня, кроме «Песни», ни на что другое не отвлекались.
Если Гудислав с Девятко достойно выступят на важном мероприятии, лучшей рекламы не найти… Лену спрашивать не стал, пойдёт ли она на свадьбу… разве где-то существует девушка, которая откажется от царской тусовки?
— С нашей стороны пять человек. Если Никифор не против, во время торжественного концерта музыканты сыграют оду–композицию.
— Непременно сообщу о вашем пожелании Никифору Третьему Ослепляющему–Осветляющему, — пообещал Ираклий.
— Надо прогуляться к берегу Пропонтиды. Вы намерены сопровождать нас?
— Всенепременно.
Через час мы добрались до места, где в пятидесяти метрах от берега я заметил плавник акулы. Зашёл по пояс в воду и стал ждать, когда рыбка подплывёт. Приблизившись, Моя Прелесть развернулась ко мне хвостом и испражнилась, в прямом смысле этого слова, белым продолговатым кирпичом… и снова нам достался портальный камень первого уровня, время действия — три часа.
— Молодец, Моя Прелесть, получи награду, — активировав магическую способность разговора, похвалил я, протянул только что купленный кристалл. Гоблинша цапнула «награду» и, смачно чавкнув, заглотила с удовольствием.
— Отправляйся на поиски новых кладов, — приказал я акулихе–красотке, и она, вильнув хвостом, скрылась под водой.
— О мрачное царство Аида… что за ужасный ихтис выбрался к вам из преисподней? — заикающимся от страха голосом уточнил Ираклий после того как несколько раз перекрестился.
— Это мой морской питомец. Красивая рыбка?
— Боюсь, что после встречи с ужасающим демоническим видением и от приступа устрашающей атаки уснуть сегодня не смогу. Осмелюсь спросить, Магистр Ихтиандр… простите, Магистр Александр… много ли ваших порабощённых прислужников–ихтисов плавает в бескрайних морях?