Александр Мануйлов – Выбор моей реальности. Том 1 (страница 35)

— Попроси-ка влюблённого мужчину свести нас с купцом с проверенной репутацией. Пока влюблённый мужчина у тебя под гипнозом, хотя бы не будет врать.

— О да, божественная Кора Персефона, я вас познакомлю с Демофилом Тарханиотом. Демофил Тарханиот — самый богатый и влиятельный коммеркарий в Херсонасосе. Все негоциации проходят через торговый дом почтенного Демофила Тарханиота. Немедленно пошлю слугу с прошением принять вас завтра утром.

Пока я исполнял роль бесплатного зрителя бесплатной театральной постановки, Кир, не теряя времени, разместил нашу разновозрастную и разнополую компанию по комнатам бывшего лупанария.

[1] latrinae (лат.) — отхожее место, уборная

[2] lupanarium (лат). — публичный дом

Глава 48

Музей античного искусства

Утром я вышел из своего одноместного номера, в коридоре увидел Немесио, стоящего около соседней двери. В трясущихся руках бедолага держал шкатулку из слоновой кости, на полу аудиенции ожидали блюда с фруктами, корзина с цветами, шёлковые ткани и тому подобное добро.

Дверь святилища со скрипом отворилась… из комнаты, в сопровождении двух служанок, вышла Лена в длинном греческом хитоне и в кожаных сандалиях. Предприимчивая богиня успела воткнуть в уши массивные золотые серёжки. Рыжие волосы уложены в замысловатую причёску, из которой торчали фиолетовые цветы и венок, сплетённый из листьев лавра благородного… и похоже, Кора Просифона вылила на себя, как минимум, полфлакона духов с резким хвойным запахом… я вновь задумался о приобретении противогаза…

Магически прокачанное обоняние не могло обмануть меня — это была та же смесь масел, которую Немесио использовал для ароматизации в своём благоустроенном афедроне, но об этом деликатном обстоятельстве я тактично промолчал.

— Законным браком уже сочеталась? — поинтересовался у Лены, стараясь не вдыхать туалетные благовонии.

— С этим высокомерным и лохматым нищебродом⁈ Ещё чего!

— По-моему, неплохой вариант. Будешь хозяйкой постоялого двора и по совместительству заведующей самого знаменитого крымского афедрона.

— Немесио, ты пойдешь вместе с Александром, познакомишь с твоим купцом, как обещал, а я — в спа–салон на массаж и в солярий принимать солнечные ванны.

— Как прикажет божественная деспотина… — упал на колени Немесио, — будущая бесценная супруга…

Мы с Киром, в сопровождении Немесио, который по мере удаления от Лены начал постепенно приходить в себя, направились в восточную часть города. Прошли центральные городские кварталы, оказались на широкой площади с храмами и монастырями. Справа от площади находились скрывающиеся за высокими каменными стенами усадьбы состоятельных горожан.

Немесио постучал в железные ворота, нас встретил почтительный прислужник, мы зашли во внутренний двор и осмотрелись. Резиденция «самого влиятельного коммеркария в Херсонасосе» окружена садом, где выращивали сливы, яблоки, персики и груши. Свободное пространство засажено розами и другими цветами. Вокруг двухэтажного здания, которое поддерживали колонны, шла открытая веранда.

Мы вошли в открытую парадную дверь, миновали узкий коридор и оказались в огромной гостиной, интерьер красноречиво свидетельствовал о том, что Немесио, даже будучи в невменяемом состоянии, не соврал о богатстве владельца.

Пол из белого мрамора, потолочная лепнина и барельефы придавали гостиной сходство с античным храмом. Две величественные колонны с резными дорийскими капителями, декорированными острыми зубчатыми листьями, придерживали свод потолка, подчёркивая высоту.

Слева от входа, в окружении шести золочёных колонн, на невысоком пьедестале расположился отделанный позолотой и слоновой костью стол, где одновременно могли разместиться человек тридцать. На второй этаж вела широкая мраморная лестница и… унитаз Демофила Тарханиота, вероятнее всего, тоже золотой согласно классике популярного жанра…

— Дражайший Демофил появится, как только завершит неотложные дела, — пообещал прислужник, указал на стоящие вдоль стены стулья с гнутой спинкой и саблевидными, изогнутыми вовнутрь, ножками.

В интерьерах огромной гостиной самым странным и нелепым образом сочетались элементы античной и православной культуры. Две стены украшали лепной декор и живописные фрески, на которых изображены обнаженные пышнотелые нимфы в окружении древнегреческих амфор и виноградных лоз. На полу, в хаотичном порядке, во всех мыслимых и немыслимых местах, стояли вазы с цветами, а также гипсовые статуи полуголых богинь и полуодетых атлетов.

В стороне от античного великолепия скромно расположилось домашнее святилище, напоминающее иконостас православной часовни. На стене иконы из бронзы и стеатита, щедро украшенные позолотой и драгоценными камнями. Как в церкви, зажжены лампады и восковые свечи, воткнутые в позолоченную (или золотую) подставку.

Глава 49

Демофил Тарханиот

После двадцатиминутного созерцания музейных экспонатов к нам соизволил выйти пожилой полноватый мужчина с кудрявой бородой, одетый в длинную красную тунику. Поверх одеяния висел двухстворчатый золотой крест — энколпион, декорированный крупными рубинами и сапфирами. Как правило, внутри таких крестов священники и особо праведные люди хранят христианские реликвии — частицы святых мощей и прочие останки сомнительного происхождения.

Увидев важную персону, Немесио занервничал — как ужаленный, соскочил со стула и несмело пролепетал:

— Почтенный Демофил, позвольте представить ближайших родственников моей будущей божественной супруги. Александр и Кир, прибывшие из Далёкой Эрефии…

— Сядь, Немесий, это я прочитал вчера в твоём прошении, — отмахнулся Демофил. — Пребывая в своём высоком статусе, я согласился принять иноземцев только потому, что ранее мне никогда не доводилось слышать о прославленном государстве под названием Далёкая Эрефия. В моём статусе необходимо быть первым из первым, лучшим из лучших… приходится познавать новое… говорите кратко.

— Приходилось ли вам вести торговлю с магами, пришедшими из другого мира? — я тоже решил не тратить драгоценное время на китайские церемонии.

— Не приходилось, но до меня дошли подозрительные слухи и небылицы, что рассказывают негоцианты, недавно вернувшиеся из Багдадского халифата.

— Я один из таких магов–путешественников, — представился я, и в подтверждение своих слов, продемонстрировал Демофилу Coonan.357, а затем спрятал пистолет на невидимом поясе.

— Христос–Пантократор! С какими недобрыми помыслами и вредоносными намерениями ты явился в мой дом, ушлый чужестранец? — нахмурившись, пробормотал Демофил. — Чего ты хочешь?

— Есть уникальный товар, я мог бы воспользоваться твоими услугами посредника. Если устроит цена, последует другое коммерческое предложение, — объяснился я, из магической сумки достал муассаниты и остальной китайский ширпотреб.

— Подойди к столу, иноплеменец… покажи, что привёз, — распорядился Демофил Тарханиот и с неподдельным интересом стал разглядывать камешки, которые я разложил на золочёном столе.

— Фианиты хрупкие, имеют небольшую ценность. Муассаниты практически не отличаются от настоящих бриллиантов. Могу продать музыкальные шкатулки, перьевые ручки и женскую парфюмерию, разлитую в красивые флаконы.

— Пришлый торговец, какую цену желаешь получить за мелкие заморские безделицы?

— Цену лучше назначить тебе, а я подумаю, устроит ли она меня. Есть одно условие — «мелкие заморские безделицы» не должны попасть в Константинополь… может, посоветуешь надёжного человека, кто сможет представлять мои интересы в Константинополе? — поинтересовался я. Если Демофил порекомендует своего человека, то здесь цену вряд ли будет занижать с целью получить дополнительную прибыль.

— Надо подумать, — уклончиво ответил он.

— Прежде, чем оценишь товар, могу оказать небольшую услугу. Если беспокоят застарелые болезни, Кир может избавить тебя от страданий.

— В моём почтенном возрасте мучительных недугов больше, чем денег… но мне ничего не нужно от пронырливого чародея–торговца, навевающего многочисленные подозрения… а я, пребывая в высочайшем статусе, пользуюсь услугами проверенного лекаря, — передёрнулся Демофил, щёлкнул пальцами, и в гостиную зашёл знакомый прислужник. — Приведи аргиропрата.

Через минуту в гостиную явился ещё один сотрудник, в руках держал бронзовые весы, деревянный ящик с железными гирьками в форме женских голов разных размеров и огромную лупу. Разложив на столе свои приспособления, аргиропрат стал оценивать стекляшки, а затем начал совещаться с Демофилом.

В итоге, за иноземный товар предложили четыре мешка золотых и серебряных солидов, что эквивалентно двум килограммам чистого золота. Я согласился, и по второму щелчку Демофила, всё тот же прислужник незамедлительно вынес небольшие мешочки, положил на стол.

Остальное китайское барахло Демофил покупать отказался — посоветовал попытаться продать ручки, духи и музыкальные шкатулки «любопытным плебеям, которые толпами шатаются без дела у главных ворот».

Глава 50

Орфанотрофион

Я вновь обратился к Демофилу:

— Через семь месяцев потребуются рабы в большом количестве. Сможешь заняться этой сделкой от моего имени?

Услышав о более выгодном коммерческом предложении, Демофил переобулся в воздухе и учтиво произнёс: