Александр Макаров – Вектор судьбы (страница 32)

– Хватит к человеку приставать. Ты вообще чего так рано вскочил? Время ещё семи нет – заступилась за Андрея ведунья.

– Сами разбудили. Да и спал я сегодня чего-то плохо – оправдывался Василий.

Он посмотрел на усталый вид тётки и тоже понял, что ночь для неё также была бессонной. «Обычно ей хватает шесть часов, чтобы выспаться» – подумал он. Андрей пригляделся к Василию и заметил у того небольшой синяк в районе глаза, которого раньше не было.

– Вась, а откуда у тебя эта медалька под глазом? – поинтересовался Андрей, указывая пальцем на место синяка.

– А это тебе надо спасибо сказать – ты этим меня наградил. Ты когда упал без сознания, то мы тебя на диван перенесли. Сначала лежал спокойно, не беспокоил, но потом тебя будто подменили. Весь покраснел, дёргаться начал. Я подошёл, чтобы придержать тебя, и ты в этот момент, как засандалишь мне с локтя… ну вот теперь с этим и хожу.

– Блин, извини, Васёк! Я же не специально. Зато теперь ночью в туалет с фонариком ходить будешь – пошутил Андрей.

– Ага, за одно теперь своей ещё расскажу, что с тремя залётными москвичами дрался – поддержал шутку Василий.

– Хватит, шутники, воздух зря гонять. Ешьте давайте – вмешалась в разговор тётка Маня и поставила на стол свежие пожаренные сырники.

– Спасибо, баб Мань. Но я их холодные предпочитаю – сказал Андрей.

– Ну и дурак. Теперь жди, когда остынут. Вась, ты чего сидишь? Бери сметану в холодильнике!

Василия не нужно было долго упрашивать. В один миг он долетел до холодильника, достал сметану и принялся за обе щёки уплетать любимые тёткины сырники со сметаной. Андрей смотрел с какой скоростью они пропадают и с укором сказал Василию:

– Ты нам то, хоть оставь, троглодит!

– Не боись! Тётка столько наготовит, что ещё останется. Ты лучше расскажи, что там было! – с набитым ртом отвечал Василий.

– Ну, как тебе рассказать…

– По проще и пояснее.

– В общем, путешествовал по закоулкам своей памяти, начиная с раннего возраста. Видел всё, даже то, что казалось давно позабытым и стёртым. Были и приятные воспоминания, и трагические, и ужасные. Тёмная сторона старалась сделать всё, чтобы я сдался и перестал сопротивляться. Этот гад бил на самые больные темы, показывал человеческие пороки, возводя их на вершину пьедестала, мои допущенные ошибки и возвеличивал себя. Он, как заправский психолог с многолетним стажем, старался влезть в мою голову, выпотрошить все мои мысли, желания, стремления и заменить их своей чернотой и идеалами, представляя это добродетелью. Я был уже готов ему сказать да, потому что находился уже на пределе, а нервы были натянуты гитарной струной. Но что-то или точнее кто-то вернул меня в моё состояние и повернул русло памяти в нужном направлении. Я всё осознал, понял, что было не так, в чём были ошибки, но всё-таки многое осталось непонятным и даже пугающим. Самое глупое, что я дал выход злости – я очень разозлился и колошматил его, что было сил, хотя это было бесполезно. А он лишь улыбался и ухмылялся в ответ. Меня эта ухмылка чуть было и не сломала от чувства безысходности – рассказал Андрей и со вздохом добавил – Короче, было тяжело, очень тяжело.

– Подожди, а как это ты путешествовал по закоулкам своей памяти? – спросил Василий.

– Это как кино смотреть, только в главной роли ты и весь сюжет кино про твою жизнь.

– Круто, но сложно представить.

Андрей вновь посмотрел на ведунью, которая стояла рядом со столом. У неё на лбу появились испарины пота, а лицо приобрело бледный оттенок.

– Баб Мань, может, вам прилечь? – забеспокоился Андрей.

– Тёть Мань, действительно, может, приляжешь? – поддержал друга Василий.

– Всё нормально. Сейчас сырники доделаю и прилягу немного – сурово ответила ведунья.

Она вернулась обратно на кухню и перевернула сырники на другую сторону. Творог зашкворчал на масле и поднял в воздух свой аромат. Ведунья почувствовала недомоганье почти сразу после ритуала. И вот не восстановив силы и проведя бессонную ночь, она старалась понять, как теперь помочь до конца преодолеть Андрею свою беду. Жар сменялся ознобом, и всё это сопровождалось учащённым сердцебиением. Она вытерла пот со лба и понесла ребятам очередную порцию сырников.

– Давайте убирайте эти, я свежие принесла – ворчала ведунья на ребят.

Они послушно выполнили наказ. Андрей переложил старые, уже подостывшие, сырники себе и начал с удовольствием их уплетать, намазывая сметаной.

– Баб Мань, я вот о чём хотел спросить – когда я был там с тёмной стороной, он сказал мне, что Люцифер меня так просто не отпустит и готовит сюрприз. Не знаете, что он имел в виду?

– Ну, явно что-то нехорошее. Могу тебе одно сказать, сынок, что тебе опять придётся столкнуться с демонами и другими тварями ада. Возможно даже с кем-то из высших каст преисподни. Крепись, Андрюш, и набирайся сил – они тебе, ой как, понадобятся.

– Но как, баб Мань? Как их набираться, если я эту силу не чувствую после возвращения?

– Я вижу выход только в одном – тебе нужен ангел. Он расскажет, как эту силу почувствовать вновь.

Андрей перестал жевать сырник и с удивлением посмотрел на ведунью. Прожевав кусок и запив его чаем, он вытер «сметанные усы» и сказал:

– Баб Мань, откуда я их возьму? Если эти пернатые пропали. Я после битвы их и не видел.

– Ничего страшного, как силы ещё немного восстановятся, ты их увидишь… И ещё одно, Андрюш, в тебе находятся две противоположные стихии, как огонь и вода, их обе нужно тебе подчинить себе и взять их под свой контроль. Рано или поздно они тебе понадобятся, ты будешь остро нуждаться в них, и вот когда воспользуешься одной из них, то должен будешь её укротить, вернувшись в своё прежнее «я». Как ты это сделаешь – тебе решать. Но это нужно будет сделать.

На кухне повисло напряжённое молчание, все принялись молча завтракать и погрузились в собственные мысли.

– Что-то тучи надвигаются, хотя дождя вроде не передавали. Да и Федька что-то лаем заходится – сказал Василий, глядя в окно и наблюдая за псом.

Только Василий успел сказать эту фразу, как стены затряслись и все стекла разлетелись в один миг, а в зале вылетели вместе с рамой. Все, сидевшие за столом, успели закрыть глаза руками, чтобы осколки не поранили их. Андрей повернул голову в сторону зала, окно которого выходило во двор, и его глаза засияли ярко-голубым светом.

– Рыцари ада – сказал он.

Ведунья и Василий с потрясёнными глазами и вытянутыми от удивления лицами смотрели на Андрея. Со стороны ворот послышался голос Ваала:

– Андрей, нам нужен только ты. Выходи и с этими людьми ничего не случится. Обещаю.

– Ваал – со злостью прошипел Андрей и, сжав кулаки, встал из-за стола.

– Андрей, подожди, не ходи туда, они обманывают. Ты ещё слаб и проиграешь, если начнёшь с ними биться. Бери Василия и уходите через другой вход. Там спрячьтесь где-нибудь в лесу – сказала ведунья, схватив за руку Андрея.

– Что происходит? Кто это? Что с твоими глазами? – спросил Василий, явно не понимая, что здесь происходит и, нервничая от вида Андрея.

– Это великие герцоги ада. Одни самых сильных существ этого и другого мира, первенцы Люцифера – ответил Андрей и его глаза вернулись в нормальное состояние.

– Откуда ты знаешь? – не унимался Василий.

– Я их чувствую. Это отголоски сражения. Баб Мань, что делать? Они же не уйдут с пустыми руками и пойдут за нами. Позволь мне искупить вину, а вы уходите.

Ведунья побежала в зал, достала из серванта керамическую тарелку с предыдущего заклинания и железную перчатку с острыми когтями на концах пальцев. Потом побежала на кухню и сняла с плиты кастрюлю с кипящим серебром разбавленной в святой воде со щепотками ведовского зелья. Вернулась в зал и вылила содержимое в эту тарелку. Она встала у стола оперлась руками за его край и опустила голову, тяжело дыша. Не поднимая головы, она сказала:

– Нет, Андрей, я этого тебе не позволю. Бери Василия, мешок, что на кресле лежит и уходите. Это не обсуждается.

– Тёть Мань, а как же вы? Вы что остаётесь?

– Андрей, тебя ждёт хозяин, не заставляй людей расплачиваться за твои ошибки! Пожалей их – крикнул на этот раз Вельзевул.

Все повернули голову в сторону окна. От его голоса у присутствующих «пробежал мороз по коже». Ветер продолжал завывать в разбитые окна и скидывать всё, что попадалось ему на пути – горшки с цветами, картины, книги и развивал шторы, как парус на корабле. В окне промелькнуло тело пса Федьки и со всего размаху ударилось о стену дома. Послышался хруст костей и жалобный визг пса. Потом его мёртвое тело залетело в дом и упало возле окна.

– Выходи! – крикнул, рыча, Вельзевул.

– Федька – прошептал Василий и грустно посмотрел на бездыханное тело своего четвероногого друга.

Ведунья повернулась к ребятам и сказала, как можно твёрже и увереннее:

– Мальчики, кто-то должен их задержать, если я уйду с вами, то они нас найдут. А защита, что я ночью восстанавливала после ритуала, долго не сможет их сдерживать…

– Ты же понимаешь, чем это закончится? – перебил тётку Василий, всё ещё надеясь, что она уйдёт с ними.

Ведунья подошла к нему, положила руки на плечи и, глядя в глаза, сказала мягким материнским голосом:

– Вася, сынок, у каждого своя судьба. И, видимо, моя заключается в этом – помочь вам спастись и наставить на путь истинный. Я отжила своё, да и муж мой уже давно ждёт меня.