Александр Любищев – Расцвет и упадок цивилизации (сборник) (страница 62)
В эволюции цивилизаций мы тоже можем найти аналоги обоих модусов. Геронтоморфизм – развитие культуры с крайним консерватизмом в отношении прошлого, боязнь всякого ревизионизма. Пример – Китай до XX века: чрезмерное почтение к предкам и требование формальной учености привело к стагнации великой цивилизации. Пример педоморфоза: резкое разрушение связи с прошлым. Это может быть и регрессом: завоевание Новгорода Москвой, но может предшествовать выдающемуся прогрессу: древние эллины весьма небрежно относились не только к враждебной им микенской цивилизации, но даже к той, которая оставалась на аттической почве – сваливали старую архитектуру без попыток ее сохранения. Но последующий прогресс искупил этот вандализм. Как всегда нужно соблюсти нужную меру и уважения к предкам и в стремлении к подлинному новаторству;
в)
Параллелизм процессов в двух различных областях – явление довольно обычное, но ведь следует сказать, что многие закономерности эволюционного процесса чрезвычайно трудно укладываются в рамки господствующей теории, полагающей, что всякая наследственность связана с изменениями хромосомного аппарата и родственных ему экстрахромосомных структур. Поэтому вполне возможно, что ближайший детальный анализ приведет к заключению, что и до человека действовали в эволюции организмов факторы, сходные по своей природе с факторами идеологической наследственности, но этого вопроса мы здесь разбирать не будем. Скажу только, что эволюция многих приспособлений по своему характеру чрезвычайно напоминает эволюцию человеческих изобретений.
19. Перспективы на будущее. Евгеника
Изложенные соображения заставляют нас крайне скептически относиться к тем практическим предложениям, которые выдвигает Р. Фишер для спасения угасающей цивилизации, хотя ясно, что он и сам не очень-то верит в их эффективность. Он не одобряет политику Франции, где матери получают одинаковое пособие на детей, независимо от социального уровня и видит в этом поощрение размножения менее ценных представителей человеческого рода. Возможно, политика Франции оказалась эффективной (хота причин тут много: резкое снижение общей смертности в силу прогресса медицины, значительная иммиграция во Францию иноплеменников и проч.), и эта страна, бывшая в начале XX века, пожалуй, наименее благополучной по приросту населения (долгое время наблюдалось полное отсутствие прироста), сейчас занимает одно из первых мест в Западной Европе по естественному приросту. Никакого отрицательного эффекта такая политика иметь не может, потому что: 1) никакой преимущественной ценности социальная верхушка не имеет и даже полное вымирание ее никакого отрицательного эффекта в смысле понижения интеллектуального уровня страны иметь не может; 2) проект Р. Фишера о выплате пособия сообразно доходам главы семьи не усилит стремления женщин обеспеченных классов иметь больше детей, так как ограничение числа детей у наиболее обеспеченных вызывается отнюдь не экономическими соображениями.
Другими методами «спасения» цивилизации или ускорения прогресса являются различные мероприятия, предлагаемые евгениками, причем можно различать положительную евгенику и отрицательную. Положительная евгеника заключается в сознательной селекции элиты, т. е. некоторых сверхлюдей. В наиболее отчетливой форме она была выражена в изданной, кажется, в тридцатых годах брошюре нашего талантливого генетика А. С. Серебровского «Антропогенетика на службе социализма» (название по памяти). Она сводилась к тому, что большинство «неполноценных» мужчин должно быть подвергнуто стерилизации, а спермой «апробированных» производителей должны осеменяться искусственным путем женщины, живущие в браке со стерилизованными неполноценными мужчинами. Эта брошюра подверглась, конечно, резкому осуждению со стороны марксистских блюстителей дум и довольно яркой стихотворной критике Демьяна Бедного, но независимо от этого можно сказать, что возможность выведения таким образом особо одаренной породы «сверхлюдей» совершенно иллюзорна.
Совокупность талантливых людей любой нации не составляет какую-то особую породу, тем более талантливую, чем она более гомозиготна, а скорее наоборот – совокупность чрезвычайно разнообразных гетерозиготов. Поэтому не вывод породы путем поощрения браков близких по родству людей, а поощрение чрезвычайно смешанных браков – путь к выдвижению большого числа особо талантливых людей, необходимых для прогресса. Само собой разумеется, что это не предполагает запрещения браков в близких степенях родства. Принцип запрещения уже приводит нас к отрицательной евгенике: она не ставит задачей искусственную селекцию сверхлюдей, а, напротив, стремится к предупреждению «вырождения» нации вследствие накопления «дефективных» генов, которые предохраняются от гибели благодаря успехам медицины. Коснемся кратко этих направлений. Рекомендуемые мероприятия: 1) стерилизация отягощенных дефективными генами и рекомендации супругам с вредными генами не иметь детей; 2) запрещение браков в близких степенях родства; 3) запрещение браков между представителями очень различных рас.
1)
Добровольная стерилизация вряд ли может вызвать осуждение, и это мероприятие для ограничения потомства, во всяком случае, более допустимо, чем неограниченная свобода абортов, связанная с уничтожением человеческой жизни, или страшная операция эмбриотомии, которая если не всегда, то в большинстве случаев предупредима операцией кесарева сечения. Допустима добровольная стерилизация одного из супругов (всего легче, конечно, мужа) при рекомендации этого мероприятия в случае очень тяжелых форм наследственных аномалий. Даже принудительная стерилизация особо тяжелых преступников вызывает меньший протест, чем практикуемая до сего времени смертная казнь. И в этом случае стерилизация в своем обосновании вовсе не связана с генетикой: просто дети тяжелых преступников растут в среде, способствующей возникновению преступлений. Само собой разумеется, что принудительная стерилизация политических преступников и «классовых врагов» совершенно недопустима.
2)