Александр Любимов – Эксельсиор. Книга 1. Дебют (страница 12)

– Сбросить мину!

Люк в нижней части днища открылся прямо на ходу, держатели отошли в стороны, мина заскользила по направляющим, и в этот самый момент энергоимпульс пробил нашу машину насквозь, повредив двигатель. Ходовые манипуляторы подломились, тяжелая боевая машина на полном ходу опрокинулась и врезалась в почву. Фиксаторы креплений предохранительных ремней не выдержали, я вылетел из кресла и от сильнейшего удара головой о переборку потерял сознание. К счастью, способность соображать вернулась довольно быстро, и я смог подняться на ноги. Быстро оценил наличие повреждений – болевые ощущения в пределах нормы, тяжелых травм и переломов вроде бы нет, получается, защитная экипировка не подвела. Внутри корпуса невообразимый хаос из разбросанных повсюду частей разбитых приборов, спутанных кабелей и разорванных трубопроводов. Водитель погиб, энергоимпульсом его разорвало почти пополам, через большую пробоину в боковой части корпуса слышны стремительно удалявшиеся от нас звуки всё ещё продолжавшегося боя. Это остатки нашей группы продолжали выполнять мой строгий приказ не останавливаться, ни при каких обстоятельствах и продолжать движение. Даже сквозь фильтры корректирующей воздушную смесь маски проникала вонь от оплавившейся проводки и резкий запах вытекавших из разбитых трубопроводов горячих технических жидкостей. В первую очередь надо проверить, что там сейчас с миной. Слева зашевелился стрелок, живой выходит, это радует, расшвыривая разные обломки, он ползет ко мне.

– Ранен?

– Вроде нет, похоже все в порядке, только у меня вот рука, кажется она вывихнута.

Осмотрел его руку, сняв поврежденную защитную накладку. Точно, тут небольшой вывих плеча явно присутствует. Вправил, резко дернув руку за кисть на себя, зафиксировал плечевой сустав тугой повязкой, вколол обезболивающее. Пока и так сойдет.

– Механика видел?

– Внизу был. Он, наверное, и сейчас где-то там торчит. Пилот мертв!

– Знаю! Что с миной, в курсе?

– Взрыватели точно были активированы, только она похоже не успела сойти с направляющих и покинуть стапель.

Значит, она сейчас где-то внизу, лежит, придавленная корпусом, и нам необходимо срочно что-то с этим делать. В нас больше не стреляют, а это означает, что нашу машину и экипаж считают уничтоженными. Остальная рота уходит, уводя преследователей за собой. Очень надеюсь, что хоть кто-то из них доберется до своих. Мы со стрелком принялись разбирать обломки, пытаясь добраться до мины. Переборки разбиты и скручены и в некоторых местах там совершенно не пройти. Можно попробовать разрезать их ручным лазером, но боюсь, купы заметят подозрительную активность в разбитой машине и тогда уже добьют нас окончательно, а нам обязательно надо разобраться с миной. Она обязательно должна сделать свое дело, иначе получится, что мои парни погибли понапрасну.

– Надо найти механика, если он жив, то поможет.

Растаскиваем разбитые внутренности машины, освобождаем люк, ведущий на нижний ярус, и наконец, добираемся до рабочего места механика. А вот и он сам, даже из кресла не вылетел, висит на фиксирующих ремнях вниз головой, похоже отключился. Снимаем шлем, лицо у него пунцово-красное, кровь прилила к голове, срезаем ремни, осматриваем тело на предмет наличия там ран или повреждений, понимаем, что все в порядке. Вкалываю ему стимулятор, через несколько минут он должен очнуться. Пока механик приходит в себя, советуемся со стрелком как нам добраться до мины. Через корпус не пройти, значит, придется выходить наружу и добираться до нее вокруг корпуса. Внезапно, почва под нами резко подпрыгивает, взрывная волна с шумом опрокидывает на бок корпус разбитого БР. Обломки сыплются отовсюду, увеличивая и без того страшный беспорядок внутри машины, а через пробоину в корпусе теперь виднеется далекое небо над нашими головами. Вместе с этим есть и радостная новость – мина, наконец-то соскочила с искореженных направляющих и лежит сейчас, упираясь одним концом в грунт и к ней теперь можно подобраться через открытый люк сброса. Что вызвало это, очень удачное для нас сотрясение почвы, догадаться несложно – «зародыш» приземлился неподалеку от нашего местоположения. Похоже, получив дополнительное подкрепление, купы отбросили наших на достаточное расстояние от точки активации и решили, что теперь можно беспрепятственно начинать процедуру «зарождения» нового Купола.

Теперь нам остается решить две задачи – убедиться, что процедура активизации взрывателей запущена и мина обязательно взорвется в нужное время, да постараться убраться подальше отсюда, до того момента, когда это произойдет. Стрелок полез проверять взрыватели, а я стал настойчиво приводить механика в чувство. К моменту, когда стрелок вернулся, тот уже вполне мог соображать и даже принялся с усердием помогать мне готовиться к отходу. Топать нам придется на своих двоих, так что личное оружие и все, что могло пригодиться в пути, мы тщательно собирали и складывали в заплечные контейнеры. Выражение лица стрелка мне не понравилось сразу же, как только он забрался обратно внутрь корпуса.

– В общем, у меня две новости: мина уцелела и готова к взрыву – это хорошая новость, а плохая в том, что блок стимуляции реакции сдох окончательно, а без него никакого взрыва не будет.

– Но там же есть несколько дублирующих взрывателей, хоть один-то должен был остаться исправным.

– В том то и дело, что взрыватели не пострадали и вполне могут сработать, только для запуска реакции нужен блок стимулятора, а он больше не работоспособен. Думаю, это произошло, когда энергоразряд попал в БР. Мина находилась неподалеку от места попадания энергоимпульса, её корпус воздействие разряда выдержал, а вот блок стимулятора полностью вышел из строя. Мина – достаточно сложное устройство, это ж не просто контейнер с обычной взрывчаткой, и без стимулятора реакция не начнется, а как это исправить, я не знаю.

Времени, чтобы благополучно уйти, у нас оставалось совсем немного, чуть меньше часа, пока «зародыш» не запустит своё энергополе и не закроет нас внутри растущего Купола навсегда.

– Давайте быстрее думать, чем можно заменить стимулятор, что еще может запустить реакцию в заряде мины кроме него.

– Слушай, командир, я вот что думаю, ведь по сущности стимулятор – это своеобразный керн-заряд в миниатюре, он производит небольшой взрыв, создавая малое керн-поле, которое запускает реакцию уже и в основном заряде. Значит нам нужно, что-то, что может произвести керн-взрыв малой мощности, достаточной для инициализации запуска реакции в заряде мины, но и не такой сильный, чтобы разнести все вокруг в пыль.

– Микрореакторы переносных лазеров?

– Нет, не получится. Даже если собрать все, что у нас есть, суммарной мощности всё равно будет недостаточно.

Жаль, что командирская машина не оборудована бортовым вооружением.

– Стоп, парни, а реактор питания двигателя подойдет?

Это подал голос механик водитель. И, похоже, что он дал нам шанс.

– Стрелок, это возможно?

– В общем-то, наверно может получиться, конечно, только теоретически и без гарантии, но попробовать можно.

Реактор находится в нижней части машины, и в том положении как сейчас, мина лежит как раз рядом с ним. Только как взорвать реактор?

– Механик, ты же знаешь, чтобы его взорвать, даже прямого попадания снаряда недостаточно. При любых конструктивных повреждениях он тут же отключится и немедленно заглушится, но при этом точно не взорвется.

– Значит, надо сделать так, что бы он не отключался, а продолжал наращивать температуру ядра до критической. А для этого нужно только придумать, как отключить предохранительный блок. Справитесь с этим делом парни? Времени-то у нас мало.

Не знаю, каким образом и за такое короткое время у них получилось то, что считалось в принципе сделать невозможно. Сколько средств и усилий ученых и техников было потрачено на то, чтобы сделать реакторы БР полностью автономными, не вскрываемыми и безопасными для использования! И всё эти чудеса научной мысли сумели преодолеть двое обычных парней, причем за несколько десятков минут. Тут, естественно, никак нельзя сбрасывать со счетов то, что они находились в тот момент в смертельной опасности, а это обстоятельство обычно очень неплохо стимулирует работу человеческого мозга.

– Готово! Уходим командир!

Стрелок и механик, подхватив контейнеры и личное оружие, подготовленные заранее, перебежками, а местами и ползком, двинулись вместе со мной к ближайшей куче камней. Примерно в полукилометре от нас усердно трудился «зародыш». Корпус его уже на половину погрузился в песчаную почву. Над верхней его частью разливалось голубоватое сияние, от которого в окружающее пространство периодически проскакивали разноцветные энергетические струи. Вокруг «зародыша» переливалось волнами защитное поле, пока ещё как видно, довольно слабое, так как позволяло увидеть, все, что происходит там внутри. Уверен, что «зародыш» внутри поля уже и сейчас практически неуязвим, даже при неполной мощности защитной оболочки. Впрочем, для проверки её на прочность у нас нет ни средств, ни времени, нам сейчас надо срочно уносить ноги, только нужно бы определиться в какую сторону. В общем-то, выбор у нас в настоящее время совсем небольшой. Впереди – «зародыш», который работает не покладая…., чего у него там вместо рук? По бокам красуются Купола с их системой визуального наблюдения, там повсюду отряды шатающихся повсюду «медуз» с энергоизлучателями, и с учетом того, что пыльная завеса после нашего марш броска уже практически осела, незаметно проскочить там нам вряд ли удастся. Получается единственный способ выбраться – попытаться вернуться назад, двигаясь в том же направлении, откуда мы и прибыли сюда, и это будет наиболее разумным решением. Получается, это единственно возможный путь для нас, и наиболее реальный, пусть и совсем небольшой шанс добраться до базы. Рассиживаться нам здесь долго не стоит, «зародыш» не останавливаясь делает свое дело, край защитного поля неумолимо движется в нашу сторону, при этом прозрачность его с каждой минутой все больше уменьшается, а значит, мощность защитной оболочки стремительно возрастает.