Александр Лунев – Лисья вишня (страница 10)
Он замер.
– Только здесь, – сказала она. – И здесь темно.
Томоэ шагнула вперёд. Села у ног Лины, положила морду на её сапог.
Лина опустила руку. Коснулась рыжей макушки.
– Красивая у тебя лиса, – сказала она тихо.
– У тебя тоже, – ответил Александр.
Лина подняла глаза.
– Что?
– Ничего.
Он отвернулся. Начал собирать травы обратно в мешок. Медленно. Очень медленно.
– Аптекари любят свежее, – сказал он в пол. – Но утром тоже возьмут. Я завтра занесу.
Она молчала.
– И за уши получу расчёт. Серебро есть, проживание оплачено. Я теперь богатый.
Молчание.
– Лина.
– М?
– Ты как?
Она смотрела на свечу. Огонь дёргался, тени плясали по стенам.
– Устала, – сказала она. – Просто устала.
Александр кивнул.
Он не знал, что говорить в такие моменты. Никогда не знал. Раньше он просто уходил – потому что уйти проще, чем остаться и не найти нужных слов.
Но сейчас у его ног сидела лиса.
И она не уходила.
– Я принесу тебе завтра яблоко, – сказал Александр. – С южной стороны. Там сладкие.
Лина не ответила.
Но рука её всё ещё лежала на рыжей макушке.
***
– Ладно, – сказал Александр. – Пожалуй, пойду я.
Он поднялся со стула. Ножки скрипнули по половицам.
– Сегодня смог заработать на корм лисе. А то думаю, она одними кузнечиками сыта не будет.
Томоэ, услышав слово «корм», подняла уши. Услышав слово «кузнечики» – опустила.
– Знаешь, – сказал Александр, глядя куда-то в сторону погасшей свечи. – Я бы хотел купить себе небольшой домик.
Лина молчала. Смотрела на него.
– С вишнёвым садом, – добавил он. Быстро. Смущённо. Будто признавался в чём-то постыдном.
– Представляешь? Просыпаешься утром – а за окном вишни. Ветки в комнату лезут, если окно не закрыть. И запах… я не знаю, как объяснить. Приятный. Тягучий.
Он почесал затылок.
– И вишни много. Компоты там, варенье. Можно продавать. Я же травник, я разберусь.
Лина моргнула.
– А ещё можно сушить на зиму, – сказал Александр. – И пироги печь. Я не умею, но научусь. Невелика наука.
Томоэ слушала. Хвост перестал двигаться.
– Но с такой работой, – он усмехнулся, коротко и без веселья, – я накоплю лишь к следующей жизни.
Помолчал.
– Так что мне нужно найти то, где платят достаточно.
Он посмотрел на Лину.
Она смотрела в стол.
– Ну ладно, – сказал Александр. – Я пойду. Пока.
– Пока, – ответила Лина.
Он шагнул к лестнице.
Томоэ не сразу пошла за ним. Она стояла у ног Лины, смотрела на неё снизу вверх, будто ждала чего-то.
– Иди, – тихо сказала Лина. – Он без тебя потеряется.
Лиса моргнула. И побежала следом.
Ступеньки скрипели привычно. Второй этаж встретил темнотой, запахом старого дерева и чужого сна.
Александр толкнул дверь. Вошёл.
Комната была такой же, как утром. Узкая кровать. Стул у окна. Стол, на котором ничего нет.
Он сел на кровать. Сапоги снимать не стал.
Томоэ запрыгнула на стул. Свернулась клубком. Посмотрела на него.
– Что? – спросил Александр.
Она молчала.
– Домик с вишнями, – сказал он. – Смешно да?
Томоэ наклонила голову.
– Я знаю, – сказал он. – Не смешно. Грустно.
Он лёг. Уставился в потолок.
– У меня никогда не было своего дома. Даже в детстве. Мы снимали угол у мельника. Там тоже вишня росла. У соседей. Я лазил через забор.
Тишина.
– Мама ругалась. Говорила, что воруют только бездари. А я не воровал. Я просто хотел попробовать.