Александр Лопухин – Жизнь за океаном (страница 46)
В громадном количестве с чикагских боен сырое мясо отправляется в Нью-Йорк и восточные штаты. С этою целью существуют особые мясные поезда с специальными для мяса приспособлениями, охлаждающими аппарами, так что мясо и разные молочные продукты прибывают из Чикаго в Нью-Йорк в совершенно свежем состоянии, какие бы ни свирепствовали жары. Из Нью-Йорка мясо спроваживается в Англию на судах с охлаждающими аппаратами, и в Ливерпуле оно выгружается такими же свежим, каким оно было на месте приготовления, в Чикаго. В Англии уже нет таких приспособлений и мясо часто портится на пути от Ливерпуля до Лондона. Но это уже вина не американцев. «Не доводить же нам свою опеку над мясом до самого рта наших милых кузенов», отвечают американцы на упреки англичан, что в Лондоне мясо получается уже не столь свежим, как в Ливерпуле.
На западных равнинах стада держатся больше для мяса. На восточных фермах, напротив, для молочного производства. Но молочное производство не особенно славится в Америке. Притом почему-то в последние годы оно сделалось особенно не доходным и многие фермы сократили его до скромных размеров. Еще недавно восточные штаты были главными производителями масла и сыра. Нью-Йоркский штат в этом отношении шел впереди всех. Но теперь начинает перебивать в этом отношении запад, и он снабжает весь восток громадным количеством сыра и масла. Что касается качества этих продуктов, то многого нельзя сказать о нем. В последнее время делались усилия усовершенствовать производство масла, и, по-видимому, достигнуты некоторые результаты, но и теперь оно далеко не может равняться с европейским. Теперь замечается, впрочем, у американцев стремление вообще для и молочного производства пользоваться научно-хозяйственными указаниями. Более удачи американцы имеют в приготовлении сыра, и производство его до прошлого года, когда последовало падение цен, было очень выгодно. Но вообще, если о масле надо сказать, что оно у американцев плохо, то о сыре можно сказать, что он довольно хорош, хотя опять не первого сорта и не может идти в уровень с европейским. В некоторых штатах делались попытки ввести производство различных сортов европейских сыров, но эти попытки еще не разрослись до таких размеров, чтобы о их результатах можно было сказать что-нибудь определенное и положительное. Американский сыр удивительно однообразен – одной и той же формы, одного и того же цвета и качества. Американцы мало употребляют его. Из производимого количества в 300.000.000 фунтов более 40 процентов идет за границу. Масла производится около 1.000.000.000 фунтов, и оно почти все поглощается самими янки, за границу идет не более двух процентов.
Коневодством Америка не славится. Лошади на фермах существуют только в количестве, потребном для обыденного хозяйства. Они легки, быстры и употребляются для всякой цели. Лошадь пашет и свозит хлеб до станции железной дороги, везет хозяина на базар в город и его семейство по воскресеньям в церковь. Упряжка, впрочем, обыкновенно состоит из пары лошадей, как у наших немцев. Пары же лошадей обыкновенно достаточно для плуга. Обыкновенная цена хорошей фермерской лошади от 100 до 150 долларов, а молодые жеребчики от 200 до 250 долларов.
Овцеводство в Америке также незначительно. Это видно уже из того, что количество овец немного превосходит количество рогатого скота. Большие стада овец содержатся на юго-западе единственно из-за шерсти. Не только количество доставляемого ими мяса незначительно, но и самое качество его не высокого достоинства, и притом стоимость перевозки таких маленьких животных так велика, что почти не окупается этою стороной промысла. И в отношении шерстяного производства нет оснований предполагать, чтобы Америка в течение нескольких лет могла развить его до больших размеров и приступить к вызову шерсти. В настоящее время она сама ввозит большое количество шерсти из Англии и ее колоний.
Более чем овцеводством, Америка может похвалиться своим свиноводством. Свинья – самый счастливый гражданин американской республики, – разумеется из четвероногих. Она пользуется на фермах полной свободой, роется и спит, где ей вздумается. Благодаря такому приволью она в сравнительно ранний возраст достигает значительного веса. Средний живой вес свиньи, убитой зимой, равняется 280 фунтам, летом – 240 английским фунтам. Сбавка 20 процентов с живого веса обыкновенно дает вес свининой туши. Нигде нельзя видеть таких громадных стад свиней, как в кукурузных штатах Америки. Кроме, быть может, индейской территории вы можете видеть тысячи свиней и из них одна другой лучше. Самая обыкновенная порода свиней – беркширская. Свиньи этой породы рано достигают зрелости и отличаются большим количеством чистого мяса пропорционально с салом. Другая наиболее распространенная порода – портландская. Эти свиньи чрезвычайно быстро жиреют и достигают огромного веса. Быстрота, с которою свиньи убиваются и приготовляются для мясного рынка в больших американских бойнях, поразительна. Достаточно сказать, что свинью хватают за заднюю ногу, вздергивают вверх, закалывают, обваривают, очищают, потрошат, обезглавливают, половинят и спроваживают в холодный склад – все это в каких-нибудь 10–15 минут. Свиноводство в Америке, при всей его выгоде, иногда бывает не без ущерба. Американские свиньи подвержены разным болезням, и особенно грозна для них так называемая «свиная холера». Никакое средство против нее недействительно, и самая причина ее появления совершенно непостижима для свиноводов. Она чрезвычайно заразительна, и иногда целые округи наголо очищает от свиней. В некоторых местах она свирепствует над несчастными животными с такою силою, что фермеры на время прекращают самое свиноводство.
Немного можно сказать в похвалу американского птицеводства, кроме индеек, которые вообще довольно хороши и выращиваются без больших затруднений. Но они, впрочем, не достигают веса хороших европейских пород и по своей форме приближаются к диким породам. Куры вообще плохой породы. Если о техасском скоте говорить, что он состоит только из «ног и рогов», то об американских цыплятах надо сказать, что они состоять из «ног и крыльев». В ощипанном виде они при своей светло-желтой коже представляют далеко не аппетитную картину. Они слишком легки и подвижны, и если бы для откормки их не было так много дешевого хлеба, то едва ли бы они были пригодны для порядочного стола. Тем не менее американцы больные цыплятники и в каждый воскресный день цыпленок – непременная принадлежность стола.
Если теперь обобщить изложенное, то нужно сказать, что Америка в отношении естественных богатств далеко не рай, хотя в споре за агрикультурное главенство она имеет значительные выгоды, представляемые новой неистощенной почвой. Особенно важную роль в развитии агрикультурного богатства Соединенных Штатов играют железные дороги. Народ не щадит никаких усилий, чтобы только как можно дальше протянуть эту правую руку цивилизации. В Америке не население идет впереди, а железная дорога за ним, но последняя идет впереди как средство для первого. В ней мало приятных ландшафтов, но есть непрерывная упорная борьба с природой и есть уменье побеждать. Америка богата предприимчивостью, которая не останавливается ни перед чем, и сметливостью, никогда не становящеюся в тупик 24.
«При агрикультурном соперничестве с Америкой, – говорит недавно по одному случаю английский «Times», – нам надо бояться не ее почвы, не климата или обширности земель, а несокрушимой энергии, безграничной самоуверенности и неистощимой изобретательности граждан Соединенных Штатов».
Если уже англичане – с их известною упорною настойчивостью, медленною и молчаливою, но верною деловитостью, придают такой большой вес в агрикультурном соперничестве превосходству нравственного характера американцев; то что же остается нам, русским, при нашей апатии и дряблости, при нашей храбрости на фразе и трусости на деле, при отсутствии здоровой инициативы и господстве традиционной подавленности? Остается, конечно, не падать духом, а учиться у наших друзей и проникаться их примером.
Таннер или постящийся доктор
Постящийся доктор. – Возбужденный им интерес – Мученик славы. – Окончание поста и торжественный обед. – Арбуз вместо аптекарских доз. –Ужас и недоумения. – История поста. – Из прошлой жизни. – Виды на будущее.
В то самое время, как наши заатлантические друзья утопали в хлебном богатстве, среди них нашелся человек, который порешил удивить мир необычайным фактом сорокадневного голодания. Это знаменитый доктор Таннер. Будучи специалистом животной химии, доктор Таннер выработал теорию, по которой человек может жить без пищи и воды гораздо дольше тех пределов, которые обыкновенно полагаются медициной и физиологией. Как истинный американец, он не ограничился словами, а открыто выступил со своей теорией и предлагал какому-нибудь ученому обществу свою личность для опыта сорокадневного поста, прося за это всего только одной тысячи долларов. Как его теория, так и особенно эта тысяча подняла бурю в медицинском мире, и из среды его собратов по оружию нашлись такие, которые не остановились ни перед чем, чтобы только подорвать доверие к постящемуся доктору и провозгласили его теорию большим humbug’ом, как американцы обыкновенно называют обман под благовидным предлогом. Постящийся доктор, конечно, обиделся и порешил пристыдить своих противников – подвергнув себя сорокадневному посту без всякого вознаграждения.