Александр Лобанов – Регент миров (страница 13)

Из белой дымки вырвался рух и с рёвом, похоже поддерживаемым каким-то умением, настолько он был громогласный, спикировал на альвов, вот только он не атаковал. Пролетев над головами растерянных бойцов он схватил Никона держащегося за кровоточащий бок и буквально выхватил его с поля боя, устремившись в сторону, на ближайшие скалы.

Вода прибывала так быстро, что когда я поднялся, то был уже в ней по голень. Судя по усиливающемуся треску, напор будет лишь увеличиваться.

Опыта было жаль… Очень жаль. Если бы не постоянные бои, то я бы давно ушёл бы в минус, так как «Пассивный опыт» хоть и выводил меня в плюс, но всё же сильно недотягивал до того, чтобы компенсировать ежедневные же его расходы. Но экономить на своём выживании нельзя. Потому, я вложил энергию в свои модифицированные кристаллами сапоги и одним прыжком добрался до карни, следом…

— А где мастер Реон? — нервно осмотрелся я

— Она пропустила удар, — короткий кивок на тело в стороне, что было всё иссечено.

Я выдохнул сквозь плотно сжатые зубы. Но горевать времени не оставалось. На всю округу прозвучал новый треск и в этот раз прямо на глазах стена стала разваливаться, а огромная масса воды устремилась в ущелье.

Я тут же обхватил Жуката за пояс и прыгнул, что было сил, буквально выскальзывая из-под волны, за мгновение до удара. Рывок оказался сложным, моё тело молило о пощаде.

Но перегрузка не превратилась в вечную, через несколько секунд я приземлился на склоне вне досягаемости бушующей стихии. И тут же осел.

— Нельзя рассиживаться, — подскочил ко мне Никон, как оказалось выбравший с рухом ту же возвышенность. — Нужно уходить.

Коротким кивком я дал понять, что услышал. Но перед тем как подняться я огляделся, и увидел то, что меня неприятно удивило. На противоположной стороне ущелья стояли несколько альвов. Выжили! Глава лагеря не смог остановить волну, но вот вытащить своих подчинённых ему сил хватило.

Вот только бой мы продолжить не могли: нас разделяла водная преграда, несущаяся с необузданной скоростью.

— Нам нельзя возвращаться в Протеус, — Жукат поднялся первым. — Нас обнаружили. Теперь они знают наши ауры, запах и силы. На этот раз им не составит труда нас отследить… А потом, выйти на Протеус.

— Или хуже того, на подземные ходы, — поддержал я карни, тоже поднимаясь.

Если нас просчитали раз, то это может повториться. Учитывая же слова карни, то тем более. С каждым последующим обнаружением враг будет всё ближе к Протеусу, а мы допустить этого никак не можем.

Теперь мы сами являемся угрозой месту, которое поклялись защищать.

— Нам нужен отдых и восстановление… нам нужны «Самородки жизни», — Никон раздражённо притопнул. — Это есть только в Протеусе! Мы должны вернуться, чтобы обсудить всё с хранителем!

— Не должны, — не скрывая раздражения возразил я. — Хранитель на нас оставил защиту границ и нечего к нему бегать по каждой проблеме. Ему не до того, — осмотревшись и поняв, что все смотрят на меня я закончил мысль: — Нам нужно уходить своим ходом. По горам.

Альв насупился и тихо, очень внушительно уточнил:

— Ты хочешь бросить Протеус?

— Нет. Мы не сбегаем. Враг должен нас видеть. Мы можем даже устроить ещё пару рейдов…

— Хочешь отвлечь внимание разведчиков с Протеуса на нас? — уточнил рух, наименьше пострадавший в прошедшем сражении.

— Да, на те пару дней, что нужны хранителю, — кивнул я. — Нам требуется вызвать на себя всё внимание. К тому же, Хранитель может прислать нам всё необходимое через своих слуг по ходам.

Повисло задумчивое молчание и я понял, что рух, а также карни поддерживают меня, а единственный кто сомневается — это альв напротив. Но наконец и он кивнул:

— Тогда выдвигаемся. Пока есть возможность нужно выиграть фору.

Глава 8

— Ты выглядишь уставшей, — произнесла Виола положив руку на плечо Мари. — С тобой всё в порядке?

Мари устало потёрла переносицу. Выглядела она и в самом деле неважно: волосы слегка растрёпаны, под глазами намечаются тёмные круги, а в движениях присутствует резкость от постоянного напряжения. Даже сейчас при прикосновении девушка сначала вздрогнула и потянулась к оружию, лишь секунду спустя сумев взять себя в руки и расслабиться.

— Думаю, вы и сами прекрасно знаете, госпожа старейшина, — Мари не стала оборачиваться, продолжив смотреть в окно. — Быть спутницей главы… Это сложно. В моём же случае вдвойне сложно, когда доверенных карни вокруг практически нет, а тебя саму не воспринимают всерьёз.

Из окна открывался вид на лагерь «Последователей Илимия». Вернее на его кочевую версию, ту когда клан решал переместиться с одной стоянки на другую. Сейчас, в вечерний час, лагерь представлял собой небольшой форт: дома-кибитки на колёсах, вместе с телегами и прочим барахлом были выстроены по кругу, став своеобразной последней линией защиты для лагеря. В качестве же первой разумеется выступала магическая защита, следом охранение из воинов.

Хоть на землях карни вряд ли бы нашлись безумцы, что рискнули бы напасть на кочующее племя «свободных». Однако, защита предназначалась не столько от разумных, сколько от диких тварей. О том, что такие могут появиться намекала серая щетина вершин деревьев «Тёмного леса».

Ещё одной линией защиты, но не столько тел, сколько душ служил огромный костёр разожжённый в центре лагеря. Пламя взмывало на десятки метров, дети со смехом бегали в отблесках огня, а взрослые всем селением за исключением часовых, сидели у огня во время общей трапезы.

Тихий гул разговора прерывал лишь редкий смех, да порой из дальнего угла лагеря доносились нервные звуки приручённых животных.

— Ты переживаешь, что сейчас здесь со мной, а не там с ним? — мать Дерека встала за спиной девушки и устремила взгляд на фигуру сына, который сидел среди соклановцев. — Ревнуешь?

Мари молчала почти минуту, прежде чем ответить:

— Да. Ревную… — Мари покосилась на собеседницу, но не увидев осуждения на её лице продолжила: — Когда мы сбежали всё было так просто. Только мы вдвоём. Друзья рядом. Цель впереди. Враги все остальные. Это было прекрасно… и просто.

— Но теперь он принадлежит не только тебе, но и своим подданным… — Виола грустно усмехнулась: — Когда Дерек победил своего отца, то ты получила свободу, а вот он оказался в плену. Такова цена власти, девочка моя.

На это Мари отвечать не стала. Она понимала истинность слов. И знала, что оставлять ситуацию так, как есть она не намерена… Но также она знала, что следующий ход не за ней, а за Дереком. В создавшейся ситуации только он может решить, что станет властителем его сердца: любовь к девушке или власть над народом? Всё решится завтра.

Чего Мари не знала и не могла понять, так это почему Виола с ней столь любезна. У них никогда не были плохие отношения, даже когда Мари только продали в рабство в лагерь. Виоле как будто было просто плевать на очередную девочку для забав. А когда Дерек вернулся, дабы бросить вызов отцу ситуация практически не поменялась. Она стала разменной монетой, не более, по крайней мере до нападения Вары.

С начала Мари считала, что изменения в отношении начались после победы Дерека над отцом, но задумавшись осознала, что это случилось чуть раньше. Мари была не уверена, что причиной стало нападение. Она подозревала, что повлиял разговор Дэна и Виолы, предшествовавший этому.

Спутница нового главы клана Последователей Илимии не знала, что случилось во время того разговора, но после него отношения их начали меняться. Холодная отстранённость старейшины стала медленно превращаться в ненавязчивую, но поддержку и помощь. Совет и участие.

Не много? Да. Но куда больше, чем проявляли остальные карни, что так пока и не сумели смириться с выбором спутницы своего лидера.

И хотя Мари не знала, как реагировать на поддержку матери возлюбленного, но отказываться от добрых слов и совета не собиралась. Но сейчас всё же решила перейти от личных вопросов к более общественным:

— Сегодня должно было закончиться разбирательство дела Вары, — Мари отошла от окна и села за небольшой столик. — Какой приговор вынес совет старейшин?

— Хочешь знать, стоит ли тебе и остальным ждать от неё проблем?

Мари на этот вопрос лишь передёрнула плечами в лёгком раздражении. Вспоминать лишний раз о сопернице, что имела власть над разумом, девушке не хотелось, но вопрос и в самом деле был жизненно важен.

Виола не стала долго тянуть, продолжив:

— Мы объявим это завтра, но ты должна знать: мы изгоним Вару из клана, — Мари не сдержавшись скривилась, а заметив гримасу недовольства староста лишь вздохнула: — Несмотря на все свои поступки она не заслужила смерти. Она сама стала жертвой манипуляции со стороны бывшего главы клана и её разум повреждён. После чтения её памяти — это очевидно любому. Даже её дед не смог это оспорить.

— Её умение власти над разумом… оно опасно, — Мари не скрывала ярости.

— После того, как ваш друг Дэниел лишил её возможности говорить, она больше не представляет угрозы, — парировала староста.

— Она может восстановить способность речи, — девушка была непреклонна. — И тогда…

Мари прикрыла глаза. Ярость лишь миг назад пылавшую в груди смыло волной грусти и печали от потери друга. Девушка пребывала без сознания, когда он ушёл, но Дерек передал их последний разговор. Вот только ясности те слова не добавили.