Александр Лихолетов – В погоне за дивноглазыми (страница 13)
Ужас пронзил всё мое тело. Губы двигались сами собой, слова, неведомые мне прежде, сотрясали воздух. На лице плавно возникала блаженная улыбка. Со мной происходило нечто странное. Трое ворон, сидевших на полу, взялись за руки и запели ту самую песню. Я подходил всё ближе. Сначала я думал, что иду к ней, но внезапно понял, что иду к окну. Лёгким движением она отодвинула штору, и я увидел темноту ночи, глубокую и бесконечную. Трое поспешно поднялись и, опережая меня, по очереди взобрались на подоконник и выпрыгнули. Я с ужасом осознал, что буду следующим. Девушка посмотрела на меня. Что-то явно шло не так.
– Присоединяйся ко мне, Карл. Позволь ночи заключить тебя в объятия.
– Я… пожалуй… воздержусь… – прохрипел я.
– Увидим.
Она взмахнула рукой, и я полез на подоконник. В лицо мне хлестнул ураганный ветер. Спиной я ощутил лёгкое прикосновение. В следующее мгновение я полетел вниз – и непременно разделил бы судьбу Попугая, если бы не окно. Именно окно первого этажа, открытое в целях проветривания, спасло мне жизнь. Мёртвой хваткой я вцепился в ставню и, заскочив в комнату, рухнул на пол. Лишь мгновение потребовалось мне, чтобы подняться, и вот я уже снова был у окна.
– На первом свидании никаких объятий, вы же дама, – усмехнулся я и поправил маску, – помните о приличии.
Улыбнувшись собственным словам, я посмотрел вниз. Никого. Вот и прекрасно, мне не хотелось думать о троице в чёрном. Отряхнув фрак, я направился в зал. Пёстрая толпа была поистине неутомима. Я поискал среди танцующих Габи, но ни её, ни Хартвига я не заметил. Это насторожило меня. Обычно, если я знал, в каком человек костюме, я мог без труда найти его. Впрочем, всю сегодняшнюю ночь я проявлял себя плохим сыщиком.
Искать зеленоглазую было бесполезно. Прорвавшись сквозь пёструю толпу, я опять двинулся на второй этаж. Стоило полагать, она не будет вытворять подобные трюки на глазах такого количества людей. Не теряя ни секунды, я двинулся в восточное крыло. Именно там закончилась моя недавняя прогулка. В той комнате, естественно, никого не было. Кто бы она ни была, дважды в одном месте она не появлялась. Это было бы слишком просто.
Внезапно на плечо мне опустилась рука. Шпага рванулась из ножен. Один короткий миг, и перепуганный слуга замер с клинком у горла.
– Прошу прощения, – пролепетал он.
Я мотнул головой и поспешил убрать оружие.
– Нет, что вы, это я виноват. Должно быть, выпил лишнего. Вы чего-то хотели?
– Если позволите, барон хотел бы видеть вас.
– Да-да, – пробормотал я, – я и сам не так давно его искал.
– В таком случае следуйте за мной.
И я двинулся за ним. Сперва мы спустились на первый этаж и, идя вдоль стен, чтобы не затеряться в танцующей толпе, направились в прежде незнакомую мне часть дома. Петляя по извилистым коридорам, мы добрались до входа в подвал. Неприятное предчувствие заворочалось внутри меня.
– Уверен, что барон здесь?
– Барон в винном погребе.
– Но разве винный погреб здесь?
– Это особый винный погреб.
Я положил руку на эфес шпаги и указал на дверь. Слуга отпер её, и я последовал за ним во мрак. Тусклый свет факелов не рассеивал тьму, а скорее сгущал её в углах и выемках. При желании там мог кто-то прятаться, и я даже подозревал кто. Тем не менее я продолжал идти за ним, каждую секунду ожидая нападения, которого, кстати, не произошло. Вместо этого мы вышли в просторный зал, до потолка заставленный разнообразными бочками.
На одной из них восседал барон Хартвиг собственной персоной. Должно быть, по количеству выпитого он уже превзошёл всех прочих гостей, вместе взятых. В любом случае манеры аристократа растворились в винных парах, и теперь он ничем не отличался от пьяного каменщика, разве что выражался более витиевато.
– Достопочтенный Карл! Чёрный, как ночь! Достопочтенная Ночь! Чёрная, как Карл! – сказал он и расхохотался.
В другом конце комнаты стояла зеленоглазая девушка. Она, казалось, совершенно не замечала барона, лишь пристально смотрела на меня. В отсутствие света её маска потускнела, а звёздочки на платье перестали мерцать. Впрочем, это не мешало её глазам блистать, как двум драгоценным камням. Холодным и острым.
– Карл, – усмехнулась она, – ты опять нашёл меня. И опять не без моей помощи. Как не стыдно.
– Видно, сегодня не мой день, – пожал плечами я.
– Не твоя ночь, а могла стать твоей, если бы ты так не цеплялся за бесполезную жизнь.
– Извини, чтобы пожертвовать ради тебя жизнью, я слишком плохо тебя знаю. К тому же я был бы не первым и далеко не единственным.
– Ты, бесспорно, прав, – улыбнулась она.
– А я, бесспорно, пьян, – заявил барон.
– Как мило, – зеленоглазая посмотрела на него.
– Невероятно мило!
Кряхтя, барон поднялся на бочке во весь рост и, вскинув руки, громко заговорил: