Александр Левенбук – Еврейские анекдоты навсегда (страница 39)

— Пойдем говнем.

Рабинович просит визу в США.

В ОВИРе спрашивают:

— А зачем вам туда?

— У меня там дядя. Он глуховат и не может работать, а я бы ему помог.

— Так пусть приезжает сюда.

— Вы неправильно меня поняли. Я сказал: глуховат, а не глуповат.

Моня стоит перед призывной комиссией и заявляет, что хочет служить в военно-морском флоте. Председатель комиссии спрашивает:

— А плавать вы умеете?

— Плавать? А разве у вас нет кораблей?

Хаим приходит домой и видит, что его жена сидит обнаженная перед зеркалом.

— Фира, ты что, рехнулась? Что ты на себя смотришь?

— А мне сегодня сказал врач, что у меня грудь 25-летней девушки.

— Да? А про твою пятидесятилетнюю задницу он ничего не говорил?

— Ничего. Мы про тебя слова не сказали.

На пляже:

— Сема, пойдем искупаемся!

— Зачем? Плавать я не умею, а писать еше не хочу.

Ксендз и раввин едут в одном купе. Закусывают. Ксендз говорит:

— Может, все-таки попробуете кусочек ветчинки?

— Спасибо, непременно попробую. На вашей свадьбе.

Два еврея на пляже.

— Ну и пузо, дружочек, ты отрастил!

— Вот все говорят, пузо, пузо! А разве это пузо?

— А что же это?

— Это комок нервов!

Умирает старый еврей. Родственники стоят возле постели. Он говорит:

— Родные мои, я хочу сделать завещание. Берите бумагу и пишите:

Сонечке, моей жене, которая со мной столько мучилась, — двадцать тысяч рублей. Семику, моему младшенькому, у него еще вся жизнь впереди — пятнадцать тысяч. Фанечке, моей дорогой дочурке...

— Папа, что же вы замолчали?

— Я думаю.

— Что вы думаете?

— Я думаю, где мне взять такую кучу денег.

— Рассказать вам анекдот периода рыночной экономики?

— Рассказать.

— Давайте десять рублей.

В тюремной камере:

— Рабинович, вы женаты?

— Нет, я предпочитаю свободу.

Еврей-грабитель:

— Ради Бога, извините, вы не видели здесь где-нибудь милиционера?

— Нет, не видел.

— Спасибо. Тогда снимайте пальто.

12 

Когда мы были молодыми, все эстрадные артисты Москвы работали в организации, которая называлась «Мосэстрада». Был там один артист — негр Вейланд Род. Он выступал с лекциями о тяжелой и бесправной доле негров в Америке. В те годы это было прибыльным делом. Но в «Мосэстра-де» выплачивали зарплату иногда с задержками.

И вот однажды, когда зарплату задержали, приходит этот темный лектор к главному бухгалтеру по фамилии Рабинович и говорит:

— Заплатите мои деньги! Или у вас тоже притесняют негров?

А Рабинович отвечает:

— Сколько вы должны полудить?

— Пять тысяч.

— А я получаю двести рублей, так кто из нас двоих — негр?

Пришла к раввину супружеская пара:

— Скажите, ребе, мы хотим развестись, но у нас всего один ребенок. Кому из нас его отдать?

— Вот что я вам скажу, — говорит ребе. — Заведите еше одного, а уж потом разводитесь.

Супруги идут к дверям, вдруг муж оборачивается:

— Ребе, а если будет двойня?

Жена тихо:

— Иди уже, иди, шпециалист!

Приходит старый еврей в поликлинику и спрашивает в регистратуре:

— Простите, к кому мне обратиться? Рубль все время падает и падает. Я уже просто с ума схожу!

Ему отвечают:

— Ну, если сходите с ума, то к психиатру, а если все время падает — к сексологу.

— Что такое чудо-юдо?

— Еврейское дитя, принятое в Институт международных отношений.

Встречаются два еврея: