Александр Лебедев – Записки администратора. Книга I: В поисках иглы (страница 6)

Однако когда получил первые образцы, то резко изменил свое мнение. Это были не игрушки и не сувениры. Это была ярмарка уродцев. Набор фигурок, напоминающих драконов, гусей, бегемотиков, причем пьяных. Коллекцию неудачных образцов я принес в цех, и мои девчонки долго заливались смехом. Пришлось потратить усилия и средства, чтобы найти мастера. Когда я получил игрушку, удовлетворяющую моим нескромным потребностям, прошло больше трех месяцев. Все было готово, однако мелькнувшие на горизонте у Ленки везунчики бесследно пропали. Разумеется, можно было послать игрушку тем, кого мы уже вычислили, мол, так-то и так-то, примите в подарок от магазина, где вы полгода назад делали покупку, и, кстати, эта игрушка приносит удачу. Как-то не изящно это выходило, как будто эксперимент не чистый. Мне хотелось подсечь везунчика на живца. Чтобы ему везло начиная с момента, когда он взял в руки нашу игрушку, и в подтверждение этого все заказанные им изделия подошли, и отличного качества, и посылка не потерялась, и очереди на почте не было.

Не помню, говорил или нет, но когда я долго не вижу Ленку, она начинает мне казаться немкой. Если разговариваю с кем-то по телефону, то невольно представляю, как мой собеседник выглядит. Когда я общаюсь с моим администратором, то не представляю ее в халате и бигуди, что, возможно, и правда. Ленка кажется мне фрау, в высоких кожаных сапогах и черной форме времен второй мировой. Причем в одной руке она держит трубку, а во второй – жокейский хлыст, которым постукивает по носку начищенного сапога.

– Выстави ждунов на продажу, – говорит Ленка и поправляет на себе скрипучую портупею. Так я это слышу.

– Ты совсем, что ли, сбрендила? – возмущаюсь я. – Как ты себе это представляешь? Купите у нас игрушку, и она принесет вам удачу?

– Торгуют же Матроной московской, ничего. К тому же тебе не обязательно объявлять об этом, – рассуждает Ленка.

– А если Ждуна купит гандурас?

– Такого не произойдет, – говорит Ленка. – Они же удачу приносят, а не наоборот.

Нет, порой в общении с Ленкой мне бывает тяжело. Но я старше и опытнее, а еще люблю читать исторические и военные романы, просто беллетристику, и вот что вычитал в одной книге.

Раньше кока-колу продавали в горячем виде, на разлив. То есть кола была сиропом, который добавляли в чай, пока не догадались бросить в него кусочки льда. Но вот однажды один юный предприниматель пришел к хозяину компании и попросил разрешения продавать напиток в бутылке.

Владельца так позабавила эта идея, что он отдал права на продажу бутилированной колы, полагая, что напиток всегда будет продаваться на разлив. История показала, как же он был неправ.

Я стараюсь толерантно относиться к чужим идеям, какими бы неожиданными они ни казались. Причин тому две.

Во-первых, любой проект легче доработать, нежели придумать с нуля. И прежде чем отказываться от идеи, нужно посмотреть, нельзя ли извлечь из нее пользу. А во-вторых, в случае неудачи всегда есть возможность свалить ответственность. Это очень полезно, когда «Дон Корлеоне» лезет с советами.

Рассудив, что ничего не теряю, я действительно выставил Ждунов на сайте, причем по хорошей цене. Разумеется, это не означало, что мы прекращаем поиски везунчиков.

И я внимательно следил за заказами, ожидая первых покупателей.

Глава 3

Говорят, что человек обрастает вещами. Даже в тюрьме. Он приобретает нужное и ненужное имущество, которое таскает за собой или хранит. Статистические исследования подтверждают это, я им доверяю. Но вместе с имуществом человек обрастает информацией, людьми, связями и знакомствами. Если вы участник АйТи-бизнеса, то ваши связи и знакомства очень скоро переваливают за ваши физические возможности. То есть вы знаете человека, знаете, что ведете с этим человеком дела, но не помните, как он выглядит или как с ним познакомились. Я слежу, чтобы в моей записной книжке на вкладке «Партнеры» было не более двух страниц. Время от времени я сбрасываю имена в папку «Партнеры 2». Как правило, там люди, с которыми я не общаюсь более года. Еще слежу, чтобы у меня в друзьях не накапливалось более полусотни человек. Помнить столько народу еще можно, но дружить можно только с двумя-тремя – мне кажется, это очевидно.

Я не помню, как попал в физическое сообщество Тольятти и откуда знаю Игоря Власенко. Скорее всего, он был в друзьях у моих друзей, затем предложил дружбу мне. Могу сказать одно, я не добавил бы его к себе, если бы у нас не было совместных знакомых.

Как уже сказал, у меня около полусотни знакомых в соцсетях, и я помню каждого из них, поэтому сразу узнал лысину Игоря, мелькнувшую на брифинге в технопарке. В технопарк я попал случайно.

Очень давно для себя и своих коллег я написал маленькую программу, через которую мы общались, переписывались, обменивались информацией. Названия у программы не было. Прошло несколько лет, и я заметил, что неделями не вижу своих коллег, общаясь с ними только через эту программу. Это было очень удобно и эффективно, а самое главное, что изюминка программы была не в софте, а в ее интерфейсе. Будто писал ее не программист, а психолог, что не удивительно, потому что делалась программа под определенную задачу. Я взял недельку отпуска, причесал программу, сделал приличные кнопки, окна, поправил интерфейс и получился законченный продукт. Программа получила название «Напомни», так как чаще всего мы говорили «по-албански»:

– В «напомни» мне добавь.

Скажу честно, что никогда не продавал собственный софт, и поэтому впервые стал расспрашивать коллег, как это сделать. Вот тогда мне и поведали о технопарке.

По сути, технопарк в нашем городе – это маленькое Сколково. В его инфраструктуру закачали кучу бюджетных средств, большую часть из которых попилили. Но парк все же построили. И в Тольятти появилась своя площадка, где можно поджаривать яйца лазером или заставлять чудо-манипулятор открывать чипсы. Недорогая аренда для резидентов этой зоны, а также полное оснащение, офисы, компьютеры, интернет и тому подобное. Вот только резидентов не становилось больше, и главное – не было новых идей, а тем более высокотехнологичных.

Мне казалось, что моя программа если не оживит это болото, то как минимум придется кстати, но, увы, я ошибался. Вся помощь в продвижении заключалась в семинарах и брифингах, проводимых среди резидентов. Это были такие застойные междусобойчики, призванные, чтобы одни резиденты отчитывались достижениями перед другими, и все были счастливы. Я участвовал лишь в одном и, признаться, уже затосковал, когда мое внимание привлекли маленькие глазки за тонированными очками. Несложно было узнать Игоря, и, будучи совершенно уверенным в своих действиях, я подсел к нему. Власенко мои действия не понравились. Он напрягся и спросил:

– Что вам нужно?

– Это я, Левин Алексей, – сообщил я, как казалось, очевидное.

– И что, я вас должен помнить? – сказал Власенко неожиданно высоким тоном.

Только теперь я заметил, что, несмотря на объемную тушку, Игорь говорит не басом, а фальцетом. И до меня дошло, кого же он напоминает: человека из девяностых, Егора Гайдара, и манерой говорить, и внешним видом, ну разве что с тонкими губами.

– Разумеется, – сказал я уже не так уверенно, – ты же у меня в друзьях.

– У меня две тысячи подписчиков, и что, мне всех помнить? – спросил Игорь скороговоркой.

Я опешил. Признаться, редко бываю растерян, но Власенко удалось застать меня врасплох, да так, что во рту появился неприятный привкус, будто ешь малину и обнаруживаешь, что ягода с запахом клопа.

– Хотел с тобой посоветоваться об одном научном открытии, – сказал я по инерции.

– Бесплатных консультаций не даю, – ответил Власенко.

– И что, ты не поможешь другу? – уже с издевкой спросил я.

– Как доберусь до компьютера, сразу же удалю вас из друзей, – сообщил Игорь.

– Не трудитесь, – успокоил я, вынимая смартфон, – уже сделано. Будете добавляться снова, напомните, какой вы гандон.

Настала пора опешить Игорю. Он поморгал поросячьими глазками и опасливо сказал:

– Приятно познакомиться.

Я не стал отвечать, вспомнив цитату из Лао Цзы: «Желание сказать последним выдаст глупость». Поднялся и вышел из зала, где очередной резидент начал рассказ о своих успехах.

Произошедшее мне казалось отвратительным, но самым неприятным было то, что Власенко на протяжении года, а может быть и нескольких лет, находился у меня в друзьях, и многие могли это видеть.

Я спустился на первый этаж, зашел в буфет, забрался на высокий табурет возле бара и, вооружившись смартфоном, стал отправлять своим друзьям сообщения. В сообщениях была просьба добавить ссылку на мой сайт.

– Это не сложно, – рассуждал я, – с другой стороны, потребует некоторых усилий. Если среди моих знакомых найдется еще пара высокомерных скотов, нужно будет поскорее от них избавиться.

– Спамите? – прервал меня незнакомый голос.

Я обернулся и увидел очень худого и высокого молодого человека, с любопытством заглядывающего мне за плечо.

– Не ваше дело, – невежливо бросил я.

Молодой человек скорчил гримасу, как бы говоря: «Как знать, как знать», – и равнодушно отвернулся.

Я хотел было продолжить, но тут меня осенила очень простая и очевидная мысль: а ведь сейчас я веду себя в точности, как Власенко.