Александр Курзанцев – Генерал темной властелины (страница 23)

В общем, я решил не бросать работу в вопросах повышения своей магической силы, естественно, теперь с условием сохранения возможности оперировать тонкими плетениями.

Встречались мы, как и прежде, на аллеях университетского сада. В этот раз я там оказался первым, придя чуть заранее, ещё раз всё осмотрев, чтобы подстраховаться. Чуйка молчала, и я, стараясь не светиться излишне, чуть сошёл с тропы, дожидаясь девушки.

Кадета появилась минут через пять, торопливо идя по тропинке, и, стоило мне её окликнуть, выходя навстречу, тут же обрадованно заулыбалась.

— Слава! — она схватила меня за руку, возбуждённо произнесла, — Я нашла нам место, где тренироваться!

— О! — я улыбнулся. — Отлично!

Девушка казалась слишком взбудораженной, что могло привлечь нежелательное внимание, поэтому я немедленно добавил:

— Только держи себя в руках. Мы пока ещё не вдвоём.

Она кивнула, постаралась убрать с лица так и лезущую улыбку, провела ладонями по швам, поправляя китель. А я, взяв её под локоток, неторопливо и непринужденно повёл вглубь сада.

— Место хорошее? — поинтересовался негромко.

— Да, — ответила та. — Недостроенное здание пивоварни. Там у владельца случились проблемы с финансами, и оно уже три месяца просто стоит, огороженное забором. Там в одном месте можно аккуратно доски отодвинуть и попасть внутрь. Само здание я посмотрела. Первый этаж почти готов. Правда, ни окон, ни дверей, но стены и потолок уже стоят.

— Неплохо, неплохо, — одобрил я выбор кадеты.

То, что надо для приватных занятий. Главное, не наткнуться там на нищих или беспризорников. Впрочем, стройка стоит только три месяца и в классическую заброшку, привлекающую различных люмпенов, превратиться не успела.

Дойдя до конца аллеи, мы развернулись обратно. Лика уже хотела ещё что-то сказать, порываясь полезть за пазуху за очередным, видимо, конспектом, но я коротким жестом её остановил.

Уж больно мне не понравилась идущая навстречу женщина.

Была она, в общем-то, ничем не примечательна. Неодарённая, средних лет, в невзрачном партикулярном платье. Не красавица, но и не уродина. Такая, каких в городе восемьдесят на сотню. Классическая клерка мещанского сословия со средним достатком. Но что-то меня в ней настораживало.

Она делала вид, что просто прогуливается, но её любопытный взгляд, то и дело стреляющий в нашу сторону, я почувствовал очень хорошо.

Женщина замешкалась, не дойдя до нас десяток шагов, остановилась с краю тропинки, усердно принявшись рыться в имевшемся при ней портфеле. Я снова придержал Лику, чтобы та не вздумала лишнего сказать, а когда мы прошли мимо, отойдя достаточно, чтобы не быть услышанными, буквально ощущая упёршийся мне в спину взгляд, тихо прошептал:

— Так, здесь нам оставаться нельзя, и вообще надо, пожалуй, со встречами в саду закругляться. Поэтому предлагаю сейчас разбегаться, а встретиться завтра уже у этой пивоварни. Где, говоришь, она находится?

Девушка прошептала адрес, и я еле заметно кивнул.

— Всё. Сейчас ты налево, я направо. У пивоварни в это же время. Запомнила эту женщину, мимо которой сейчас прошли?

— Нет, а что? — Лика чуть округлила глаза, дёрнулась было обернуться, но я не дал ей этого сделать.

— Не надо. Потом, как разделимся, словно невзначай, посмотришь.

Видя, что кадета ещё до конца не понимает, чего я так напрягаюсь, объяснил:

— Та дама, о которой я говорю, чересчур любопытна и мне не нравится. Запомни её и, прежде чем завтра прийти на место, постарайся убедиться, что она или кто-то ещё за тобой не следит.

— Следит⁈ — Иванова тут же насупилась. — Но зачем? Думаешь, всё-таки кто-то узнал?

Я только пожал плечами:

— Честно скажу, не уверен, узнал или не узнал. И даже будет слежка или нет. Я просто чувствую, что что-то не то. Может быть, ошибаюсь. Может быть, просто этой даме показалось любопытным, что кадета встречается с гимназистом. Простое любопытство тоже нельзя исключать. Но всё-таки прошу, будь аккуратнее.

— Хорошо. Я поняла, — решительно кивнула она.

После чего мы, дойдя до очередной развилки, мило и показательно попрощались друг с другом и пошли каждый в свою сторону.

Абрамовой проследить за девчонкой особого труда не составило. Это было даже чересчур легко.

Как только закончились занятия в училище, та понеслась, как на крыльях любви, прямиком навстречу со своим гимназистом, не глядя ни по сторонам, ни назад — только вперёд. Журналистка, конечно, не стала совсем внаглую топтать по пятам, следовала в некотором отдалении, готовая, чуть что, сразу свернуть в сторону, чтобы не вызвать подозрений. Но не понадобилось. Кадета, как всякая влюблённая дурочка, не замечала вокруг ровно ничего.

Спустя каких-то десять минут слежка привела журналистку к университетскому саду, и она тут же довольно произнесла:

— Ага! — сразу сообразив, что это и есть место будущей встречи.

Банальное и даже, на взгляд женщины, отчасти вульгарное. Влюблённые парочки здесь были частыми гостями.

С другой стороны, куда ещё податься недоучившимся юноше и девушке, у которых ни своего жилья, ни денег толком.

Углубившись внутрь сада, следя за мелькающей меж деревьев формой кадеты, она тут же заприметила, как к ней присоединился компаньон. Абрамова, конечно, не совсем поняла, откуда он возник, вот его не было, а вот он уже стоит и мило с Ивановой беседует. Но это было не так важно. Главное, встреча состоялась.

Она ещё раз умилилась, глядя, как он нежно берёт её под ручку, и они, воркуя, влюблённой парочкой прогуливаются по аллее. Однако, в душе у женщины ровным счётом ничего не колыхнулось. Она была давно и прочно связана браком со своей работой и по поводу всякой там любви только саркастически хмыкала. Для удовлетворения своих потребностей ей хватало несколько раз в месяц зайти в дом терпимости к месье Прянишникову, который предоставлял соответствующие услуги. И на этом вся любовь у женщины заканчивалась.

Она планировала не просто понаблюдать за этими двумя. В сумочке у неё лежал компактный фотоаппарат — один из последних, позволявший делать неплохого качества фото, которые она собиралась использовать в качестве доказательств. Правда, желательно было сфотографировать обеих голубок не со спины, а лицом. Вот только стоило к ним приблизиться, как Абрамова мгновенно поняла, что парень её интерес ощутил и насторожился, в отличие от продолжавшей влюблённо на него смотреть кадеты. Острый взгляд юноши пробежался по ней, и женщина внезапно почувствовала лёгкие мурашки на коже. Это было с ней нечасто, но от желания как-то украдкой их здесь пофотать она немедленно отказалась.

Было в этом юноше что-то такое, не по-мужски опасное. Тонкий запах угрозы характерный, скорее, для какой-нибудь серьёзной дамы, военной или чиновницы. Что-то такое, сходу отбивавшее желание с ним шутить.

Теперь журналиста окончательно поняла сиделицу — этот парень был из тех, кто всегда получает то, что хочет. И добивается своего. И если до этого она подозревала, скорее, кадету в охмурении гимназиста, то сейчас, пожалуй, допускала, что жертва тут вовсе не он.

«Ну да ладно», — решила она для себя. — «Какая, в сущности, разница? Явно родители будут не в восторге от такого. Ну и мне за своевременное предупреждение неплохо заплатят».

Тут парочка внезапно начала прощаться, и Абрамова всполошилась. Мало того, что фото не сделала, но и о личности молодого человека ничего не узнала. Когда они разделились, она без раздумий пошла вслед на гимназистом, стараясь, правда, держаться поодаль, чтобы не провоцировать его подозрительность лишний раз. Поэтому, когда он вышел на Соборную площадь, немного выждала, прежде чем выскочить вслед за ним, наивно полагая, что такую заметную фигуру найдёт легко.

Но не тут-то было. Оказавшись на площади, она орлиным взором окинула окрестности и озадаченно замерла. Высокого гимназиста нигде не было видно.

Она рысью пробежалась по площади, не обращая внимание на недоумённо провожающих её взглядами прохожих, но всё было тщетно, парень как в воду канул, оставив её ни с чем.

— Вот поганец, — раздосадовано пробормотала женщина, — ушёл-таки.

Вздохнув, она поправила чуть сбившуюся чёлку и, не торопясь, направилась в сторону Почтамтской. Спешить уже необходимости не было.

Похоже, её всё-таки срисовали. Ну ничего, решила женщина, в следующий раз слежку будет вести уже не она, а парочка мелких жиганок, кое-чем ей должных.

— Никуда вы от меня не денетесь, — пригрозила она тихонько, не заметив буквально в паре метров от себя стоявшего в тени колонны парня, задумчиво проводившего журналистку взглядом.

Про автомобили я тоже не забывал. Конструкцию парамобиля изучили, знаки и правила разобрали, и сегодня должен был быть первый выезд с инструктором в город.

Волнительно, скажу я вам. Даже для меня. В бытность ону я успел перепробовать множество транспортных средств, среди которых были не только лошади, но и создания, больше напоминающие бронированных насекомых. И полетать на драконоподобных ящерах, видоизменённых нашими химерологами вивернах, тоже успел. Но это, в основе своей, были всё равно живые существа, двигавшиеся за счёт мускульной или маго-мускульной силы. А здесь совершенно неживой аппарат, который по прямой дороге можно было разогнать вдвое быстрее, чем лошадь, а некоторые экспериментальные мобили даже втрое, как я слышал.