Александр Курзанцев – Генерал темной властелины (страница 20)

— Итак, откуда же они сюда прибежали?

Глава 9

Анна ко мне так и не пришла. Ни в этот, ни на следующий день. Видимо, Софья смогла донести до неё всю ошибочность их позиций в отношении меня. И поручицы до конца своего отпуска отстали, впрочем, то и дело со странным выражением на лице на меня поглядывая.

Сестре, похоже, тоже стало известно о нашем разговоре. И в день отъезда, когда их баулы уже стояли у выхода, она постучалась ко мне в комнату.

Новые стёкла, как мать и обещала, были практически мгновенно изготовлены, и я, проведя всего две ночи в гостевых покоях, вновь обитался у себя.

— Входите, — произнёс, поднимая голову от бумаг.

С лёгким скрипом — надо бы сказать, чтобы смазали петли — дверь открылась, и в комнату зашла сестра.

— А, Вика, привет! — кивнул я. — Что, собираетесь?

Она была уже в форме, не хватало только фуражки на голове и белых перчаток.

— Да, всё, братишка, пора ехать.

Она чуть улыбнулась, а я поднялся, выходя из-за стола, подошёл и крепко её обнял. Было видно, что она за меня переживает, хотя, казалось бы, это мне надо было больше переживать за неё, ведь это она едет на границу зоны, откуда постоянно лезут различные иномирные твари, а не я.

Отстранившись и придержав меня за плечи, сестра вгляделась пристально, а затем произнесла:

— Ты береги себя.

На что я, чуть прищурившись, сам в ответ сказал:

— Это ты береги себя и не лезь там на рожон. — Тут мой тон стал серьёзным, и, взяв её за руки, строго сказал, — Я не шучу. Ты только что получила ранг. Это может вскружить голову. Но тебе до искусного владения ещё очень далеко. Вспомни наш поединок. И внимательно смотри, в команду к какой командире попадёшь.

— Да нормально всё будет, — попыталась отмахнуться от меня Вика.

Но я только покачал головой и ещё крепче сжал её ладони.

— Нет, смотри обязательно. И в первую очередь не на ранг, а на опыт. Пусть это будет колдунья, как ты, но если она водит группы не один год и прошла зону вдоль и поперёк, то всё хорошо, учись у неё, слушай её. Но если попадётся какая-нибудь молодая и амбициозная, пусть даже в ранге заклинательницы, будь максимально осторожна. Ей непременно захочется отличиться и быстренько заработать ордена и звания.

— Почему? — удивилась Вика.

— Потому что старая и опытная никогда не заведёт вас туда, откуда вы не выберетесь, потому что она чётко знает свои силы и возможности группы. А вот эта вот, молодая и чересчур верящая в свои силы, обязательно попрётся туда, откуда возврата уже не будет. Сама сгинет и вас за собой утащит. Поэтому старайся всегда иметь в голове запасной вариант. Даже если придётся бежать. Запомни: для меня твоя жизнь важнее любой другой. Ты моя сестра.

— Слава, — вспыхнула та, — бегство — это позор. Моя честь выше моей жизни.

Последней фразой она явно процитировала кого-то, и я только неприязненно сморщился.

— Давай ты эти бредни про честь выкинешь куда-нибудь, а? — ответил с толикой грубости, — запомни: нет чести в бесславной гибели, когда твой враг торжествует. Имеет смысл только победа. И чествуют победителей, а не проигравших. Поэтому старайся действовать по простому принципу «не можешь победить сейчас, отступи, стань сильнее и тогда вернись, и победи».

— Ох, и откуда в тебе только это, — попыталась улыбнуться Вика, мотнула головой. — Слава, ну что ты жути нагоняешь? Всё будет нормально. Не переживай.

— Будет, — покивал я, — будет. Главное, помни, что я сказал.

— Ах ты, — она потрепала меня по голове. — Великая воительница.

— Воитель тогда уж, — хмуро бросил в ответ.

Мы вышли в коридор, а затем спустились вниз. Я поздоровался со стоящими в холле поручицами. Затем дождались маман, что тоже решила выдать лёгкое напутствие девушкам. К слову, примерно в том же ключе, что и я сестре. Княгиня тоже не любила геройствовать, предпочитая не лезть на рожон. Тут мы с ней были полностью солидарны.

Прощание не затянулось, машина с шофёрой стояла под парами у входа, и вскоре мы с крыльца уже наблюдали, как нагруженный баулами и людьми паромобиль отъезжает от поместья.

Везти было тоже не слишком далеко, требовалось доставить всех троих на железнодорожный вокзал, откуда поездом они двое суток будут добираться уже до Иркутска.

Дирижаблем было бы, конечно, быстрее. Свой воздушный порт у Томска тоже имелся. Но младшим официрам государство оплачивало проезд до места отдыха и обратно только поездом. Вот уже от звания майоры и выше — там да, каюта на дирижабле с полным пансионом была бы обеспечена. Впрочем, как и бесплатные похороны за счёт государства, но не будем о грустном.

Что ж, одной головной болью стало меньше, как и меньше посторонних глаз. И я вновь решил поэкспериментировать со стрельбой. В этот раз, однако, вместо пистолета взяв одно из ружей в родовом арсенале.

При шатающихся туда-сюда поручицах нормально стрелять было невозможно, и вот теперь я намеревался немного компенсировать бездарно пропущенное время, и сравнить, насколько скорость ружейной пули повлияет на мощность магического взрыва. Ведь за счёт более длинного ствола, та разгонялась почти вдвое быстрей.

Но внезапно вмешался неучтённый фактор.

— Ваше сиятельство! — Алёнова появилась на пороге оружейки ровно в тот момент, когда я выходил оттуда с ружьём на плече и коробкой патронов подмышкой.

— Здравствуй, Светлан! — кивнул я ей.

— Разрешите, помогу, — потянулась она к ружью, но я только хмуро шмыгнул носом и крепче прижал оружие к себе.

— Нет уж, я как-нибудь сам.

— Тогда разрешите, составлю вам компанию.

— Ну что я, стрельбище не найду, что ли? Не потеряюсь, — я улыбнулся, всем видом показывая, что в подобных услугах нет ровно никакой необходимости.

Мне зоркий глаз воеводы был не нужен от слова совсем. Потому что сразу ставил жирный крест на всех моих экспериментах. Я не такой дурак, чтобы химичить с пулями на глазах у материной подруги, правой руки главы рода, которая непременно всё матушке доложит.

Правда, пока княгиня насчёт поединка с сестрой мне разговоры не заводила, и никак своего знания не показывала. Что могло свидетельствовать, что Алёнова из каких-то соображений ей об этом не говорила. Но если не рассказала, то это порождало новые мысли.

С чего вдруг она решила что-то утаить от главы рода? Это тоже было странно и непонятно. В общем, пока суть мотивов и поступков женщины была для меня скрыта.

— И всё-таки я провожу, — твёрдо сказала воевода.

— Ну, как хочешь, — я кивнул и, выйдя на задний двор, двинулся в сторону стрельбища.

Правда, дойдя и расположив оружие с патронами на столе, я вновь посмотрел на Светлану, но та, проследовав за мной почти по пятам, продолжала стоять и смотреть, и не думая уходить.

Ладно, делаем вид, что ничего странного не происходит. Я неторопливо прошёлся до зоны мишеней и установил несколько деревянных чурбачков на подставки. Также, не торопясь, вернулся. Снова нарочно медленно, с особым тщанием проверил работоспособность оружия, несколько раз открыв и закрыв затвор. Проверил, как сидит кристалл, несколько раз щёлкнул курком. Затем, зарядив патрон, вскинул, держа навесу, и, прицелившись, плавно нажал на спуск.

Резкий треск, отдача в плечо, и одна из чурок слетает с постамента.

— Хороший выстрел, — одобрительно кивнула женщина.

Я молча отсалютовал ружьём, зарядил следующий патрон, снова прицелился. Ещё выстрел, ещё одна сбитая чурка. И снова лёгкие хлопки от довольной воеводы.

«Да когда же ты уже свалишь?» — Подумал я, продолжая улыбаться.

Зарядил третий патрон и снова навёл на мишень, успокоился, чтобы проснувшаяся злость не мешала нормально целиться, выдохнул, плавно нажимая на спусковой крючок, и также точно поразил последнюю третью мишень.

Выбросив пустую гильзу, достал шомпол и принялся тщательно прочищать слегка покрывшийся нагаром ствол.

— Вы уже всё? — поинтересовалась Алёнова.

— Не совсем, — ответил я, — пристрелочная серия. Я же всё-таки в основном с револьвера, редко с ружья. Вот. А сейчас уже будет, так сказать, нормальная.

Я вновь прошёл к мишеням, в этот раз ставя на них совсем маленькие спилы, буквально в два пальца толщиной и высотой с ладонь. С пятидесяти метров это уже была действительно серьёзная мишень, требовавшая от стрелка очень хорошей подготовки и крепких рук, чтобы держать оружие на весу, не гуляя стволом из стороны в сторону.

Воевода всё не уходила, и приказать ей покинуть это место я тоже не мог, потому что подчинялась она только моей матери.

Было уже понятно, что сегодня провести испытания не получится. Злость потихоньку ушла, осталась лишь лёгкая досада. Окончательно смирившись, что ничего у меня сегодня не выйдет, я бросил излишне напрягаться и отстрелял в быстром темпе все оставшиеся мишени. Пару раз промахнулся, конечно, но повторного выстрела хватало, чтобы промах ликвидировать.

— Вы великолепный стрелок, с потрясающей меткостью, — похвалила меня воевода, когда я, опустошив коробку с патронами, привычно занялся чистой и протиркой оружия.

Я взглянул на женщину с некоторым сомнением, но нет, она была вполне серьёзна и не прятала за похвалой иронию.

— С игрушкой для простолюдинов, — криво улыбнулся ей в ответ.

— Неважно, — убеждённо ответила та, приблизившись на пару шагов ко мне, — я вижу и уважаю мастерство в любом деле, каким бы оно ни было.