В обществе глухонемых и заика считается краснобаем.
Для того чтобы не сделать ни одного ложного шага, надо все время топтаться на месте.
Оскорбить действием может всякий, оскорбить в трех действиях — только драматург.
С тех пор как свиньи узнали про Фрейда, они всякое свинство объясняют комплексом.
Чтоб доверие было прочным, обман должен быть длительным.
Летние аксиомы
В каждом булыжнике дремлют искры, надо только уметь их высечь.
Экономный человек загорает не просто, а про черный день.
Сливаться с природой удобнее всего в дождь.
Выходя из себя, не забудьте вернуться.
Если бы Диоген вовремя женился, он бы не дошел до бочки.
Японские танки
Вольное подражание
Кузнечик скачет в зеленой траве.
Проплывает облачко в голубой синеве.
Белая хризантема цветет в саду…
— Я сегодня вечером к тебе приду.
В небе померкнул закатный свет,
С вишен осыпался вишневый цвет.
Безлиствен и гол вишневый ствол… —
Ты сегодня вечером ко мне не пришел.
Надень твое шелковое кимоно,
И кинься в море,
И упади на морское дно,
И лежи на просторе.
А я буду на морском берегу
Плакать слезами.
Потому что я такой не смогу
Найти в Йокагаме.
Дай мне палочку, которой едят рис,
И я проткну себе живот.
Если только палочка не сломается!
И удуши меня тугим платком.
Чтоб я стал синий, как синька,
И даже еще синей.
И прикажи дать триста ударов
Тростью из бамбука.
Пока я не вспухну!
И когда я проткнусь насквозь,
И задохнусь навсегда,
И вспухну навеки.
Попробуй тогда сказать.
Что я тебя не люблю.
Послесловие
Жили. Были. Ели. Пили.
Воду в ступе толокли.
Вкруг да около ходили.
Мимо главного прошли.
Московские празднества
Снова отдых от труда.
Праздник счастья мирового.
Снова в мире ерунда,
А трамвая никакого.
Снова факелы чадят,
Реет флагов бумазея.
Снова маршалы стоят
На ступеньках мавзолея.
Разве выразишь пером
Этот пафос с дисциплиной.
Этот русский чернозем.
Пополам с марксистской глиной?
Лишь от радости всплакнешь.
Сладкий миг переживая,
И пешком себе пойдешь
За отсутствием трамвая.
«Возвращается ветер…»
