Александр Куприн – Сатирикон и сатриконцы (страница 20)
К сожалению, мы даже этого не можем предложить.
«Сострите что-нибудь в почтов. ящик». просите вы.
Можно и сострить.
Все присланное никуда не годится. Правда, смешно?
«Может быть, — предполагаете вы, — редакция преподнесет мне в ответ шиш с маслом (?)…»
Не зная способа приготовления этого странного кушанья и предполагая в вас избалованного, тонкого гурмана, редакция думает, что скромный «Сатирикон» для ваших вещей не подходит.
«Ужасное чудовище полз и полз дальше», — пишете вы среди рассказа.
Так как вы написало этот рассказ безграмотно, то редактор ему уничтожила.
Минск. —
Ваше предложение насчет присылки имеющихся у вас 123 стихотворений нам не подойдет. Мало. Нам около полуторы тысячи нужно. Пишите пока остальные, а там видно будет.
Самуил ставит вопрос прямо:
«Может быть, моя голова и руки пригодятся к (?) вашему журналу?»
Ответ можем дать только по получении. Высылайте в спирту.
Хотя вы бессовестно и льстите мне, заканчивая каждую строфу стихотворения возгласом: «Ave Цезарь!» — но я, по своей скромности уклоняясь от этого титула, все-таки стихи нахожу слабыми.
Ваш «стих», как вы пишете, вчера получили. На нас вчера нашел скверный стих!
Откуда вы взяли, что «порох стреляет»? Какой это вам Шварц сказал?
Так вы говорите, что это ваши стихи?
Можно вам ответить так:
Может быть, это нескладно. Но это верно.
Ввиду того, что странное выражение «бык те заешь» доказывает полное ваше незнакомство с зоологией, — рассказ не будет напечатан.
Нужно же выдумать такой оборот: «…он сделал мне твердый знак» (?!)
Отчего ему бы заодно не прописать вам за русский язык и ижицы.
Кованый стиль: «Чистя апельсин, она поглядывала на полковника и с удовольствием кусала его острыми зубками».
— Вы ели когда-нибудь полковников? — спросят Павла Г.
— Нет, — ответит Павел Г., — но героини моих рассказов частенько питались ими..
Наш долг сообщить вам, что адажио не есть фамилия композитора и тумба отнюдь не музыкальный инструмент.
«Все знакомые, — пишет Муссик, — находят Муссика очень остроумным».
А Муссик острит так: «Почему говорят «заслонка», а не «заверблюдка»?»
По-нашему, этот вопрос может интересовать только обойденного верблюда, но никак не человекоподобного Муссика…
Товарищ Муссика по несчастию. Эн-Эс пишет:
«Если и будет отказ, то сообщите его без издевательств — в двух самых обыкновенных необидных словах!..»
Исполняем желание Эн-Эса:
— Сквер. Но.
Что это такое: «Бонмот о шляпе»? Где вы встречали такое слово «бонмот»? Если это по-французски, то нужно было сказать так: «бонмот о шапеаукс’е». Эх, П.К. Л., П.К. Л!!!..
«К вам в «Сатирикон», — пишет Рип-п, — и соваться страшно…»
Отчего же? Суйтесь.
А Бульба острит так:
«Если он сам Кук, то жена у него Кукушка, а дети — Кукиши…»
За такой виц редакция, в виде гонорара, согласна подарить автору одного из детей Кука.