Александр Круглов – Два века кондотьеров (страница 9)

Рейды были излюбленной тактикой кондотьеров. Отряд лёгкой кавалерии, иногда усиленный тяжёлыми всадниками, внезапно вторгался на вражескую территорию, разорял деревни, захватывал скот, жёг посевы, брал пленников для выкупа и так же быстро исчезал, прежде чем противник успевал собрать силы для отпора. Такие рейды наносили экономический ущерб, подрывали моральный дух населения, вынуждали противника распылять войска для защиты множества пунктов. Джон Хоквуд был мастером таких операций: его «Белая Компания» прославилась дерзкими рейдами, в которых он разорял целые районы, не вступая в крупные сражения. Осады были ещё одной из распространённых форм боевых действий. Италия XIV–XV веков была страной городов и крепостей. Каждый значительный город был окружён мощными стенами, усиленными башнями и рвами. Замки синьоров, стратегические крепости на границах коммун представляли собой грозные препятствия. Захват таких укреплений требовал времени, терпения, инженерных навыков и, всё чаще, артиллерии. Осада могла длиться месяцами, превращаясь в изнурительное состязание между осаждающими и осаждёнными. Осаждающие окружали город, перерезали пути снабжения, строили контрвалационную линию (укрепления, обращённые к городу) и циркумвалационную линию (укрепления, обращённые наружу, защищавшие от попыток деблокировать осаду извне). Затем начиналось методичное разрушение укреплений. Осадная техника включала требушеты и баллисты – метательные машины, бросавшие камни весом до 100-200 килограммов, способные пробивать бреши в стенах или разрушать здания внутри города, сея панику среди жителей. Использовались передвижные башни (torre mobile) – деревянные конструкции на колёсах, достигавшие высоты стен или превосходившие их, с которых штурмующие могли обстреливать защитников и перебираться на стены по перекидным мостикам. Подкопы (mina) были излюбленным методом: под прикрытием деревянных галерей (gatto или vinea) сапёры рыли тоннели под стенами, подпирая своды деревянными балками. Затем балки поджигали, свод обрушивался, и стена проседала или рушилась, открывая брешь для штурма.

С конца XIV века всё большую роль начала играть артиллерия – бомбарды и пушки, способные разрушать стены быстрее, чем традиционные методы. Ранние бомбарды были огромными и неповоротливыми, их приходилось собирать на месте из нескольких частей, стрельба была медленной (один-два выстрела в день), а эффективность – сомнительной. Тем не менее, психологический эффект грохота и способность рушить стены, считавшиеся непреступными, делали артиллерию ценным оружием. К середине XV века артиллерия усовершенствовалась. Появились бронзовые орудия, более лёгкие и надёжные, способные вести достаточно интенсивный огонь. Осада Константинополя турками в 1453 году, где огромные бомбарды пробили бреши в древних стенах, произвела сильное впечатление на итальянцев. Государства начали инвестировать в артиллерию, нанимать пушкарей (bombardieri), строить литейные мастерские. Венеция создала знаменитый Арсенал, где отливались орудия для флота и сухопутных войск. Милан при Висконти и Сфорца обладал одним из лучших артиллерийских парков Европы.

Осаждённые тоже не сидели сложа руки. Они проводили свои контрмеры, прорывая собственные тоннели для перехвата вражеских подкопов, вступая в подземные схватки в темноте. Они совершали вылазки (sortita), внезапно атакуя осадные сооружения противника, поджигая башни и требушеты, убивая сапёров. Они обстреливали осаждающих из арбалетов, аркебуз и пушек, установленных на стенах. Иногда осаждённые выдерживали невероятно долгие осады, если у них были запасы провианта и надежда на помощь извне.

Осады городов и замков были гораздо более частым явлением, чем полевые сражения. Тактика осады включала как традиционные методы (подкопы, использование осадных машин), так и всё более активное применение артиллерии, особенно во второй половине XV века. Взятие города штурмом было кровавым и опасным делом, которого старались избегать. Гораздо чаще исход осады решался путём переговоров и капитуляции. Условия сдачи могли быть разными: от уплаты городом выкупа (riscatto) за отказ от штурма и грабежа до сдачи на милость победителя (a discrezione). Наиболее распространённым условием была капитуляция, гарантировавшая жизнь жителям, но отдававшая всё их движимое имущество на разграбление победителям (sacco). Организованный грабёж обычно длился определенное время (от нескольких часов до нескольких дней), после чего командование вводило в город свои части для восстановления порядка. Если же город был взят штурмом, то он отдавался солдатам на полное разграбление, и уровень насилия был значительно выше, хотя даже в таких случаях тотальное истребление населения было крайне редким – мёртвые города не представляли ценности.

Когда же стороны всё-таки сходились в открытом бою, сражение обычно разворачивалось по определённому сценарию. Армии выстраивались в боевой порядок, обычно в три линии: авангард (avanguardia), главные силы (corpo di battaglia) и резерв или арьергард (retroguardia). Каждая линия состояла из эскадронов тяжёлой кавалерии в центре, лёгкой кавалерии на флангах, пехоты для поддержки. Стрелки – арбалетчики и аркебузиры – размещались впереди или на флангах.

Сражение начиналось с перестрелки. Арбалетчики и аркебузиры обеих сторон обменивались выстрелами, стремясь нанести урон противнику и посеять замешательство. Эта фаза могла длиться от нескольких минут до получаса, в зависимости от дистанции и интенсивности огня. Затем стрелки отходили в стороны или за линии тяжёлой кавалерии, освобождая пространство для главной атаки. Далее следовала атака тяжёлой кавалерии. Рыцари в полных доспехах, выстроенные плотным строем, устремлялись вперёд на галопе, копья направлены вперёд, цель – прорвать строй противника, смять его, внести панику. Столкновение тысяч всадников, облачённых в сталь, было зрелищем ужасающим и величественным одновременно. Грохот копыт, лязг доспехов, крики людей, ржание лошадей, треск ломающихся копий – всё сливалось в какофонию боя.

Первая атака редко решала исход. Если противник держал строй, атака захлёбывалась. Всадники, потерявшие копья, переходили к мечам, боевым топорам, молотам. Начиналась рубка – хаотичная схватка, где всё решало индивидуальное мастерство, сила, везение. Пехота поддерживала кавалерию, атакуя фланги противника, добивая спешенных рыцарей, защищая своих всадников от вражеской пехоты. В это время лёгкая кавалерия старалась обойти фланги, ударить в тыл, атаковать обоз.

Исход часто решался не столько числом убитых, сколько пленных. Рыцарь в тяжёлых доспехах, сброшенный с коня, был почти беспомощен. Его окружали пехотинцы, лишали оружия и брали в плен ради выкупа. Собственно, захват благородных пленных был одной из главных целей сражения, так как именно он приносил существенную прибыль. Это порождало обвинения современников и историков в том, что кондотьеры воюют «понарошку», не стремясь убивать друг друга, превращая войну в театральное представление с минимальными жертвами. Однако представление о полном отсутствии кровопролития является сильным преувеличением. Хотя крупные полевые сражения действительно были относительно редки по сравнению с осадной войной и маневрированием, они случались, и часто были весьма ожесточёнными и имели серьёзные последствия. Битвы при Кастаньяро (1387), Маклодио (1427), Караваджо (1448) или Форново (1495) были далеки от бескровности, потери в них исчислялись сотнями, а порой и тысячами человек, особенно среди пехоты и легковооружённых воинов. Тяжёлая кавалерия, защищённая латами, действительно несла меньшие потери в убитых, но значительное число рыцарей попадало в плен.

После разгрома одной из сторон начиналось преследование. Победившая армия обрушивалась на отступающих, рубила бегущих, захватывала пленников, обоз, знамёна. Преследование могло продолжаться несколько миль, пока не наступала темнота или победители не истощали силы. Проигравший терял не только людей, но и всё имущество – войско возвращалось разорённым, деморализованным, часто неспособным продолжать кампанию. Для государства это означало необходимость заключать мир на невыгодных условиях, платить контрибуцию, уступать территории.

Риски ремесла: смерть, предательство, опала

Риски ремесла кондотьера были огромны. Помимо очевидной опасности гибели в бою или от болезни, кондотьер рисковал своим капиталом. Если наниматель не платил жалование вовремя или вовсе отказывался платить, кондотьер нёс убытки, так как обязан был содержать свой отряд из собственных средств или за счёт грабежа, что подрывало его репутацию. Многие контракты предусматривали штрафы за невыполнение обязательств, но взыскать их с могущественного синьора или республики было непросто. Риск предательства со стороны нанимателя был постоянным. Слишком успешный или слишком могущественный кондотьер мог стать угрозой для того, кто его нанял. Государства боялись, что капитан, располагающий огромной армией и преданностью солдат, может обратить оружие против самого нанимателя, захватить власть или шантажировать правительство, требуя невыполнимых условий. История знает множество примеров кондотьеров, арестованных, казнённых или отравленных своими нанимателями.