Александр Кронос – Реверсант: Хаос и надежда (страница 32)

Трубку подняли немедленно. Но, вместо одного из ведущих, я услышал уставший женский голос.

— Чем вы бы хотели поделиться в прямом эфире?

Я разочарованно вздохнул. Везде обман.

— Вы ошиблись в количестве геном-коктейлей, которые принял Пугало. И называете его старым именем.

Теперь в голосе сотрудницы радио появилась лёгкая заинтересованность.

— Пугало? Разве Людвига так называли?

Усмехнувшись, я тронул машину с места.

— Времена меняются. Вы ещё скажите, что не в курсе новых прозвищ Дамы Теней и Алазары Сартис.

Мгновение она помолчала. Но потом любопытство взяло верх.

— Каких?

В ответ на мои слова о том, что теперь их зовут Тучкой и Снежинкой, женщина сдержанно рассмеялась. А потом заявила, что сейчас переключит на студию.

Спустя секунду, я наконец услышал одного из ведущих.

— С нами второй дозвонившийся. Заявивший, что располагает информацией о произошедшем с Людвигом. Можете представиться?

Я затормозил на очередном светофоре. Как же раздражает так часто останавливаться. В Новом Версале мне казалось, что пешеходных переходов с избытком, но оказавшись в Бордо, я понял, что заблуждался.

— Марк Леран. Глава независимого континентального профсоюза полиции.

Секунду я помолчал, позволяя им осознать величие момента. Потом продолжил.

— Человек, которого вы зовёте Людвигом, получил два Красных геном-коктейля. И новое прозвище — теперь он официально зовётся Пугалом.

Из телефона послышался тихий смешок.

— Смелое заявление. Можете поделиться источником информации?

Я хмыкнул.

— Источник разговаривает с вами прямо сейчас. Это я воткнул в него два шприца. Вышло не слишком симметрично, за что я приношу свои искренние извинения ценителям прекрасного. Но так уж получилось.

Раньше я считал, что разумным будет скрываться. Максимально маскируясь и не выдавая своего местоположения. Теперь же подумал о том, что сестра может слушать эту самую станцию. Либо передачу может услышать кто-то из тех, с кем она контактирует. Было бы неплохо дать ей знать, что я ещё жив и ищу её.

К тому же — чем они смогут напугать меня после Пуатье? Кто вообще сможет заставить меня бояться после такого?

— Можете сказать при каких обстоятельствах это произошло?

Я рассмеялся.

— Попробуйте спросить его самого. Возможно, Пугало поделится своей историей. Как знать, вдруг вы купите права на его историю и напишете книгу.

Скорее всего, тот собирался спросить что-то ещё, но я уже прервал звонок. После чего притормозил около уличного киоска, где купил новую сим-карту. Сразу же вытащив из телефона старую. Пустить круги по воде — тоже своего рода стратегия. Но совсем откровенно подставляться мне не хотелось.

Оставшийся путь до университета я проделал быстро. Пару раз нарушив правила дорожного движения и прибыв чуть раньше запланированного времени. Временная темпоральная точка теперь была привязана к моменту, когда я покинул отель — в четвёртый раз любоваться рожами пограничников мне совсем не улыбалось. Если что — повторить путь будет не так сложно.

Какое-то время постоял около входа, наблюдая за потоком вливающихся внутрь людей. Все они проходили по пропускам. Прикладывая их к сканерам и потом минуя турникеты. Охрана тоже имелась. Двое мужчин в лёгкой форме около тех самых турникетов и еще пятеро в полной экипировке подальше.

Но даже первые двое почти никакого внимания на проходящих людей не обращали. Могу их понять — когда мимо тебя постоянно течёт такая толпа, желания присматриваться к лицам не возникает.

Поэтому я поступил максимально просто. Увидев пропуск, ленточка которого торчала из кармана мужчины лет сорока, остановил время и вытащил его. Успев вернуться на то же самое место, с которого начал движение.

Всё что оставалось потом — с гордо поднятой головой пройти через турникеты и влиться в общий поток.

Судя по расписанию на сайте университета, лекция Франциска должна была пройти в аудитории под номером двести шестнадцать, расположенной на втором этаже. Поиском которой я немедленно озаботился.

Повернув за угол, едва не врезался в женщину, которая окатила меня волной холода. Недовольно поморщившись, отступила назад. Поправив папку с бумагами, которую несла в руках, вопросительно приподняла брови.

— Где ваш пропуск? В стенах университета вы обязаны носить его на шее.

Посмотрев на неё, я попробовал включить своё природное обаяние. Которое Тибо вечно называл несуществующим.

— Я преподаю совсем недавно. Ещё не привык ко всем вашим правилам. Прошу извинить.

Женщина, которой на вид было около сорока, слегка прищурилась.

— Вы Марк?

Ничего себе. Быстро же у них распространяется слава.

— Он самый.

Она неожиданно улыбнулась.

— Вы уж простите, я почему-то думала, вы старше.

Секунду помолчав, добавила.

— Перед первым занятием все немного нервничают, ничего страшного тут нет. Идите за мной — покажу вашу аудиторию.

Работница университета развернулась ко мне спиной. А я тихо вздохнул. Видишь Тибо, ты был неправ. Моё природное обаяние ещё как существует. И сейчас оно сработало слишком хорошо.

Глава XIII

Забавно, но женщина действительно привела меня в аудиторию. Настоящий лекционный зал, наполненный студентами. После чего удалилась, буквально всучив мне свою визитную карту и попросив обращаться к ней напрямую, если возникнут вопросы. Не понимаю — у них настолько жестоко карают за связи со студентами, что она вынуждена наседать на молодых преподавателей?

Хотя, плюс тут тоже был — моим пропуском, который, видимо, служил ещё и чем-то вроде идентификационного удостоверения, женщина не поинтересовалась.

Когда она ушла, снаружи в коридоре послышалась трель звонка. А я остался один на один с аудиторией. Парой сотен студентов, которые вовсю на меня пялились.

Не знаю, как назывался курс, который должен был вести этот самый Марк, но тема первой лекции была обозначена на доске. «Правила работы в агрессивной среде.» Надеюсь, она осталась не от предыдущего преподавателя. Иначе будет весьма неловко.

Встав за кафедру, я обвёл взглядом зал. Раз уж всё сложилось именно так, придётся как-то выпутываться. И подловить Франциска уже после занятия.

— Кто-то может назвать мне первое и базовое правило для работы в агрессивной среде?

Я постарался изобразить на лице то самое выражение, которое часто видел у преподавателей на полицейских курсах. Смесь пренебрежения с превосходством, плюс лёгкий оттенок раздражения.

Как ни странно, вверх сразу же взметнулось несколько рук. Мне оставалось лишь указать на одного из студентов, который сразу же заговорил.

— Убедиться, что ты морально к этому готов.

Я отрицательно покачал головой и ткнул пальцем в следующего.

— Обеспечить себе группу поддержки и коридор для эвакуации.

Где они такое видели? Какая ещё группа поддержки? Тот факт, что под агрессивной средой понимался именно человеческий социум, меня радовал. Но вот инфантилизм учащихся немного удивлял.

Пренебрежительно поджав губы, я передал эстафету третьему. В этот раз выбрав девушку.

— Быть готовым применить силу.

Вдохнув, я снова качнул головой.

— Близко, но не совсем то.

На секунду замолчав, всё же поделился с ними сокровенным знанием.

— Нужно обеспечить себе инструмент давления. Чтобы все считали тебя ещё более агрессивным и двинутым, чем они сами.