Александр Кронос – Реверсант: Хаос и надежда (страница 10)

— Улица Китового уса.

Охотник озадаченно хмыкнул. Покачнувшись на месте, громко икнул.

— Был же в «Сером Волке». А теперь непонятно где. Ничего не понимаю.

Пьяно поведя взглядом вокруг, снова икнул и неожиданно поинтересовался.

— Знаешь, что надо делать, если ничего не понятно, кашалот?

Выдохнув, я слегка развёл руками, не отрывая от него взгляда.

— Что?

Тот расплылся в широкой улыбке.

— Брать Бастилию.

Слово было знакомым. Тибо его точно упоминал. То ли какой-то дворец, то ли тюрьма в Париже. Архивисты сами до конца были не уверены.

— Зачем?

Вопрос вырвался сам собой. А Охотник, чуть подумав, пожал плечами.

— Традиция. Пусть нас всех обнулили, но традиции надо блюсти. Так люди говорят.

Я едва не поинтересовался, о каких людях речь, но вовремя отступил в сторону. Тогда как он, ещё пару секунд постояв на месте, добавил.

— Ладно. Удачной тебе охоты, кашалот. Возвращайся живым.

Попрощавшись классической фразой Охотников, которую те озвучивали коллегам, что отправлялись в очередной рейд внутрь Лабиринта, мужчина двинулся дальше. Покачиваясь из стороны в сторону и напевая себе что-то под нос. Судя по слову «обнулили», родился он далеко от Нового Версаля. Скорее всего, где-то далеко на востоке — там Изменение часто именовали Обнулением.

Проводив его взглядом, я устремился дальше по улице. И через несколько минут наконец оказался около нужного места. А спустя ещё две, увидел едущую машину с мерцающими шашечками такси.

Шагнув на дорогу, поднял руку. Дождавшись пока водитель затормозит, сразу же устремился к приоткрытому окну. Успел вовремя — тот как раз положил руку на рацию, собираясь сообщить своему диспетчеру о появившемся полицейском.

— Я здесь в качестве пассажира.

Тот остановил свою руку. Слегка нахмурился.

— А твоя машина? Напарник?

Глядя на него, я пожал плечами.

— Смена давно закончилась. Видишь же — рации нет. Но осталась пара дел. Надо покататься по городу.

Водитель замер, нерешительно смотря на меня.

— Ты же патрульный. Капрал. Какие у тебя могут быть дела?

Я улыбнулся.

— О, ты бы удивился. Но, если расскажу, придётся тебя убить.

Взгляд водителя метнулся к моему нагрудному жетону, силясь рассмотреть номер в темноте. Потом снова вернулся к лицу.

Секунду подумав, тот наконец определился.

— Хорошо. Но я должен сообщить диспетчеру.

Я тяжело вздохнул, и он снова остановил свою правую руку, пальцы которой уже обхватили рацию.

— Плачу по тройному тарифу. Но без диспетчера.

Настороженность в глазах таксиста не просто светилась, а сверкала. Но отказать он не рискнул. Или не захотел — тройной тариф означал, что две трети денег он сможет положить себе в карман, ни с кем при этом не делясь.

Когда я обошёл автомобиль и расположился рядом с ним, тот повернул голову.

— Куда едем, шеф?

Мгновение подумав, я побарабанил пальцами по приборной панели. И решил поддаться мысли, которая только что возникла в голове.

— К Сенату.

Повернув голову, он тихо рассмеялся, показывая, что понял шутку. А когда осознал, что я серьёзен, попытался что-то сказать, в итоге хрипло закашлявшись. Наконец прочистив горло, поинтересовался.

— Прямо в сам Сенат? Или к их дополнительному комплексу?

Посмотрев на него, я усмехнулся.

— В сам Сенат. К парадному входу.

Ещё секунду он сидел, смотря на меня с целой гаммой эмоций на лице. Но больше ничего уточнять не стал — тронул машину с места и мы отправились в путь.

Я же бросил взгляд на часы. Двенадцать минут. Столько ушло у меня, чтобы добраться сюда и отыскать транспорт. Не так много, на первый взгляд. Но только не в том случае, если речь идёт о противнике подобного уровня.

Таксист всю дорогу молчал, поглядывая на меня со смесью нервозности и опасения. Не совсем понимая, кого именно взял на борт — настоящего капрала из патрульной полиции или замаскированного под него неизвестного.

Сам я тоже говорить не спешил. Прислушивался к собственным ощущениям, чтобы не пропустить возможное появление кого-то из Эволютов. Одновременно набрасывая вариации поведения в Сенате. Решение отправиться туда было спонтанным. Но казалось мне верным. Получатель груза точно знал, что ищет. Неплохо представляя границы возможностей того, кто получил способность.

Противник должен был попытаться просчитать мои действия. И даже если среди его людей нет ни одного Золотого Эволюта с аналитическим профилем, всё равно мог предположить, что у меня получится выяснить, на кого работает водитель-убийца. После чего организовать засаду в офисе Рукастого.

Но просчитать можно только того, кто предсказуем и действует рационально. Чем выше в твоих действиях уровень хаоса, тем сложнее их предугадать.

По пути я попросил водителя притормозить около круглосуточного почтового офиса. И выйти, купив мне конверт, лист бумаги и ручку.

Таксист откровенно нервничал, всё меньше понимая, что происходит. При этом, постоянно бросая косые взгляды в сторону рации. Но использовать её не рискнул.

Я же к концу поездки смог даже немного расслабиться. А когда водитель выходил к почтовому киоску, переложил одну из ручных гранат в карман. Моей силы Предметника хватит, чтобы в случае чего вытащить её чеку без помощи рук. Например, если кто-то из Эволютов парализует меня или переломает все конечности.

На площадь перед величественным зданием Сената машину пропустили без проблем. А вот стоило таксисту затормозить перед широкими ступенями, что уходили наверх, как к нам с двух сторону устремились охранники — стоянка тут была запрещена, да и такси сюда заезжать, как правило, не рисковали.

Увидев выходящего полицейского, они оба замедлились. А когда я уверенно махнул им конвертом и вовсе остановились.

Прежде, чем эти двое вышли из ступора и начали действовать, я устремился вверх по ступеням. Сзади взревел двигатель автомобиля — получивший честную оплату водитель стремился убраться подальше отсюда. Я же быстро взбегал наверх.

Экипированные гвардейцы, что дежурили снаружи, останавливать меня не стали. В отличие от тех, что располагались около рамок, через которые внутрь проходили посетители и младший персонал — служебного пропуска, чтобы промчаться через двери для старших сотрудников и сенаторов, где проверка отсутствовала, у меня не было.

— С какой целью вы прибыли в…

Один из них было начал говорить, но я сразу помахал в воздухе конвертом.

— Срочное сообщение сенатору Лапиду от генерала Декруа. Приказано передать лично в руки.

Я сделал ставку на то, что Лапид ещё находится в здании. Сенатор, которого называли настоящим главой Республики, пытался подражать её основателю. Анри Дюмону. Человеку, который когда-то заложил основы государства и несколько десятилетий стоял у руля, пусть формально и не занимая никаких постов кроме кресла в Сенате. А потом по какой-то причине отошёл от дел, передав власть протеже.

Дюмон любил работать по ночам, часто засиживаясь до пяти-шести часов утра. Лапид, если верить сплетням, уходил раньше. Но всё равно засиживался до глубокой ночи.

Поняв по лицам охранников, что сенатор на месте, я устремился к ближайшей рамке. А когда до неё осталось не больше метра, рявкнул.

— Дело государственной важности. Кто притронется ко мне — труп. Обыскивать строжайше запрещено.

Те переглянулись. Рамка запищала, сверкая красными огнями. Хотя мой пистолет, метательные ножи и висящая на поясе граната были прекрасно видны и без этого. Винтовку я брать не стал. Запасные магазины и заряды к подствольнику тоже оставил в патрульном авто. Это бы уже стало перебором.

На момент мне показалось, что сейчас меня остановят и всё закончиться. Пробиться силой нечего было и думать — среди смены гражданской гвардии было сразу двое Эволютов. Но начальник дежурной смены всё же принял компромиссное решение — спустя несколько метров, меня догнали двое бойцов с винтовками в руках. Один из которых озвучил их задачу.

— Мы проводим вас до офиса сенатора.

Ну да. А если что — набьёте свинцом. Или прикончите иным образом — тот, что сейчас обращался ко мне, был Эволютом.