Александр Кравцов – Бизнес как экспедиция. Предпринимательский роман (страница 9)
– Пойдем, – говорю. – Ветер притих.
– Какой притих? Посмотри по верхушкам кустов – метров двадцать в секунду.
Я настаиваю.
– Ладно, хозяин – барин, – хмурится Коля-капитан, и мы отчаливаем.
– Выходим из протоки, поворачиваем по реке за поворот и попадаем в задир. Задир – это такая ситуация, когда течение реки в одну сторону, а сильный встречный ветер – в другую. От этого «против шерсти» волна становится намного выше и резче. Через несколько секунд наше судно принимает в лоб огромную волну, которая перекатывается через крышу рубки. Становится понятно, что поворачивать и подставлять такому ветру бок плоскодонного кораблика крайне опасно. Молча выпиваем по полстакана водки. В лоб прилетает еще такая же плюха. Ясно, что так долго не протянем. Слева – каменистый берег, где кораблик разобьется о валуны. Справа – заливное поле с травой. Там судно водометом засосет траву и потеряет управление.
– Коля, – говорю, – давай итальянцев разбужу. Он смотрит мне в глаза и спокойно отвечает:
– А на фига нам паника на корабле?
Выпиваем еще по полстакана. Водка, понятное дело, не действует. Коля, не отрываясь от руля и глядя перед собой, бросает: «Ладно, своих утопишь. А за этих макаронников точно не меньше червонца впаяют». Решаем поворачивать вправо. Несколько минут страшного маневра боком к волне. Действительно засасываем траву. Корабль начинает крутить, как в воронке, и вскоре выбрасывает ветром на пологий мягкий берег, покрытый болотным кочкарником.
Просыпаются итальянцы. Я варю им спагетти с помидорами. Коля молча разливает водку по эмалированным кружкам. Смотрим друг другу в глаза. Не стали впечатлительным товарищам лишние детали рассказывать.
Макиавелли и горные лыжи
Говоря о трудностях управления, можно вспомнить труд Макиавелли «Государь». На вопрос: «Должен ли государь держать слово?» – Макиавелли отвечает: «У государя высшая ответственность за интересы государства». Поэтому, когда данное государем слово отвечает интересам государства, безусловно, он его должен держать. Когда же данное слово или обязательство начинает противоречить государственным интересам, нет ничего страшного в том, чтобы позицию изменить. В противном случае государь будет безответственным первым лицом и государство потеряет конкурентоспособность.
Но есть другая сторона медали, поскольку существуют высшие этические принципы и заповеди. И если первое лицо им изменяет, то может быстро разрушиться как личность.
У Фазиля Искандера в сказке «Кролики и удавы» есть фраза:
«Моряк не может ориентироваться по падающим звездам». Первые пять-семь лет существования нашей компании я полагал, что первое лицо должно искать компромисс между изощренными манипулированиями, так хорошо описанными Макиавелли, и Любовью, которая живет на страницах последней книги Экзюпери «Цитадель».
Однажды у меня произошел на эту тему разговор со старшим братом Константином. К тому моменту он был уже довольно опытным священником. «Ты все равно проиграешь, Александр, – сказал он мне. – Будешь манипулировать людьми, эксплуатировать их талант и сжигать, как поленья, в топке своего бизнеса, – и проиграешь потому, что тебе это, во-первых, не нравится, а во-вторых, ты слишком быстро устанешь. Будешь доверять людям, опираться на то светлое, что есть в их душах, и бескорыстно сеять добро, и тоже проиграешь, потому что ваша компания быстро разорится и команда ладьи “Руян” прекратит свое существование».
Примерно в то же время я учился кататься на горных лыжах. Понимание того, как поворачивать «на носочках», перенося вес тела с ноги на ногу, пришло только с опытом.
Через какое-то время после разговора с Константином я решил, что компромисс между Манипуляцией и Любовью не только невозможен, но и не нужен, как и компромисс между правой и левой ногой во время поворота на горнолыжном склоне.
Мне близка точка зрения, что подобное притягивает подобное. К тем людям, партнерам, организациям, которые пытаются нами манипулировать либо подобно рыбам-прилипалам использовать достоинства нашего корабля, мы относимся соответствующим образом. А к тем, кто отдает компании, людям внутри нее, миру вообще всю энергию действий и тепло своей души, мы отдаем еще больше. Так и боремся с ними – кто кому больше отдаст.
Возвращаясь к Макиавелли: я разделяю мысль, что бывают государи или первые лица, подобные львам, которые грудью сметают все на своем пути. Бывают – подобные лисам, которые постоянно путают следы и вынюхивают выгоду. Но подлинно великие государи по необходимости могут быть львами или лисами.
Листочек Фридмана
На втором курсе института я жил в одной комнате с Ильей Фридманом. Он представлял собой странное сочетание гениального математика-еврея и сибирского боксера с крутым, слегка самонадеянным нравом. Мы дружили. Пожалуй, наша комната была одна из самых буйных в шестнадцатиэтажном общежитии, но речь не об этом. После института Илья начал делать блестящую карьеру в центре создания искусственного интеллекта в Переславле-Залесском, и наши пути разошлись.
Иногда я вспоминал его, наблюдая за стремительным развитием мира цифровых технологий, и полагал, что где-то на Западе Фридман, вероятно, создал что-нибудь вроде «Google» или «Oracle».
Летом 2009 года (восемнадцать лет спустя) в ресторан «Экспедиция» в Москве пришел гость. В зале на втором этаже всегда транслируют фильмы о наших путешествиях, и там частенько мелькает мое лицо. «А что, Шурик Кравцов у вас работает?» – спросил Фридман у ошарашенной официантки и оставил свой номер телефона.
Мне не нравится, когда меня называют Шуриком, да, собственно, кроме Ильи, никто так никогда и не называл.
Мы встретились. Илья рассказал, что, когда Родина разлюбила ученых, он вернулся в Омск. Дословно он рассказал мне следующее:
– Здравствуй, бизнес, – сказал Фридман.
– Здравствуй, Илья, – ответил бизнес. Помолчав, Фридман добавил:
– Потом – кого убили, кто уехал, так я один в городе и остался.
Скромности с годами не добавилось у нас обоих. Длинный список из нефтебаз, заправок, салонов мобильной связи, автодилерских центров, торгово-развлекательных объектов, гостиниц, санаториев – я полностью не запомнил, как, думаю, и он, – все, чем я занимался последние пятнадцать лет. Больше всего мне запомнилось то, что Фридман вдруг начал продавать в Сибири столько грузовиков «Scania», что президент мультинациональной компании сел в свой самолет и лично прилетел к нему в Омск с дозаправкой в Волгограде только для того, чтобы познакомиться.
Мы общались несколько часов, надеясь обогатиться мудростью друг друга. Я долго рассказывал краткое будущее содержание этой книги. «А мне особо поделиться нечем, – меланхолично заметил Илья. – Вот разве что взял я несколько лет назад листок бумаги: с левой стороны написал имена и фамилии подчиненных и партнеров, с которыми мне есть о чем говорить на тему бизнеса. И потом, как бросающий вредную привычку, заставил себя твердо этого листочка придерживаться».
Глава 6. Команда и маршрут
Три классических составляющих бизнеса: люди, товар и деньги. На мой взгляд, главное, конечно, первое. Навскидку люди – это капитан и команда. Тут есть важная тонкость.
Не путайте понятия «команда» и «коллектив»
Команды создаются под проект. Например, кофе из Африки возить или алмазы из Якутии. Управляются капитаном. Всегда ограничены существованием во времени. Как спортивный клуб на сезон. А коллектив может существовать веками. Как островитяне на острове Пасхи или деревня староверов на Алтае. Образ жизни и, главное, цели – разные. Если путать эти понятия, возникают шероховатости. Например, между коллективом акционеров и командой менеджеров. Но не только. Команды похожи на стаи водоплавающих перелетных птиц. Коллективы – на глухарей и куропаток, которые всегда в этой тайге живут. И то хорошо, и другое. Плохо заставлять куропатку лететь за неделю пять тысяч километров. Гуся-гуменника три года оставлять зимовать в тундре тоже не стоит.
Еще одна древняя социальная форма – кооператив. Это скорее про правила обмена и распределение дохода. Я верю, что компании будущего будут похожи на племена и подобны кооперативам.
Где есть хранители очага и волки-разведчики. Конечно, медведи-производители. Кто-то воспитывает детей, кто-то пишет музыку, а кто-то изучает звезды или муравьев.
Важны не люди, а их сочетания
Вы не раз видели распавшиеся музыкальные группы. Которые вместе добились вершин славы, а потом каждый продвигал себя по отдельности. Мне иногда удавалось на время создать команду мечты. Каждый потом был хорош по отдельности, но магия и масштаб часто пропадали. В том числе потому, что часть команды превращалась в коллектив и хотела вечно почивать на лаврах. В сегодняшнем мире это иллюзия. Вот быть преданным своему кораблю – совсем другое дело.
Но вернемся к строительству экипажей.
Когда капитан утвержден либо когда вы отвели его роль себе, начинается самое интересное: набор и подгонка команды (хотя мне больше нравится слово «группа»). В дискуссии, кого лучше выбирать – профессионалов или правильных людей, – правды нет. Я бы сказал, что важнее не люди, а их комбинации. Конечно, узкие нишевые профессионалы необходимы, но тон обычно задают не они.