Александр Кожевников – Проект «Созидатель» (страница 8)

– Я виделся с Елизаром. Он ждет тебя, Алекс, – начал Драган, когда мы поравнялись. – Нора в Глубинной роще выпала из потока потому, что его теперь там нет.

– Довольно занимательно, но об этом потом, – Воислав уже предвкушал заслуженный отдых.

Наша группа разбрелась по укреплению. Я остался с Драганом.

– Мне довелось вас подождать, но за это время я выяснил причину проблемы с Норой. Поток, который соединял выход со входом, был изогнут. Энергия выплеснулась в Бестропном лесу, что привело к погодной оказии. Выход теперь же на другом берегу. Но тот, кто повернул поток, а его повернули намеренно, может быть опасен для нас, – Драган оживленно делился со мной сведениями. Он действительно радовался нашей встрече и хотел продолжить, но я его перебил:

– Я полностью уверен, что к этому приложил руку Истислав.

– Знавец? – ошарашенный Драган остановился и уставился на меня.

– Да, и его детишки. Он создает големов и натравливает на нас. Его стоит опасаться.

– Об этом тебе стоит упомянуть в разговоре с Елизаром.

Я только кивнул в ответ.

Мы подошли к навесу, где расположился этот повелитель зверей. На лежаке тихо спал его питомец. Тут я снова вспомнил о своем малыше:

– Фырка поглотил один из големов, – с тяжелым выдохом вырвались эти слова.

Я дрогнул. За спиной моего собеседника стал появляться прямо из-под земли голем с застывшими кусками грязи в грудине. В них был отчетливо виден след от вонзенного ранее клинка. Мой рывок, с выхваченным стальным острием, был безрезультатным.

В одно мгновение Драган сделал разворот, став лицом к лицу с противником. Мирно спавший дракончик при появлении каменного воина только повел носом в его сторону и в два движения прыгнул на него. На лету размеры зверя увеличились в несколько раз. Вся туша пернатого дракона, вдвое большего, чем попавший в его когти враг, снесла и повалила поглотителя глубинчика. Змей занес лапу для удара, но остановился и, прижав добычу всем телом к земле, посмотрел на хозяина. Я рванул вперед и занес клинок, чтобы вонзить лезвие в каменную голову…

– Прекрати! – огласился на округу крик.

Я глянул на Драгана, но тот смотрел в сторону. Медленно мой взгляд скользнул в сторону. Там стоял встревоженный мужчина, который явно спешил предотвратить катастрофу.

На крик сбежался весь лагерь. Ратники мигом окружили пару зверских созданий, но подходить не решались. Остановивший меня незнакомец зашагал в мою сторону. Я озабоченно сглотнул и спрятал оружие в ножны. Он прошел мимо меня, резко схватил рукой голову незваного гостя, чуть было не проткнутую, и она пыхнула слабым белым свечением. Драган уже подошел к своему любимцу. Тот спрыгнул с глыбы и по древку, резво уменьшаясь, влез на посох.

– Что ты здесь делаешь? – к нам подошел Воислав, обращаясь к незнакомцу.

– Разве ты не видишь? – приятный грудной голос медленно, с насмешкой, ответил ему, – Все идет как надо.

– Но как же Нефорос?

– Кираиды ушли в Обитель силы, а их собратья готовы напасть.

– Война?

– Теперь уже явная. Нам нужны Норы.

– Ратибор двинул на Ветреную гладь, – вклинился Драган.

– Хорошо. Воислав, Драган! Я отправляюсь в город. Позже приведите голема к Чаше храма! Сердцевину же я заберу сейчас.

– Ты как всегда прав, Елизар, – Воислав одобрительно кивнул, и они втроем удалились.

Я присел от того, что тело начинало трясти, хотя четко осознавал – причин для беспокойства нет. Пускай от моего будущего собеседника и струилась энергия, но ее суть мне казалась мерзостной и противной.

Так в чем же дело? Когда его крик остановил мой клинок, мне захотелось уничтожить источник звука. От него исходила угроза. В частности, угроза мне и моему миру. Эти размышления подстегивали важность вопросов, на которые Елизару предстоит ответить. Спрашивать я буду яро и смело. Но в чем же опасность?

Задумавшись, я сидел, вцепившись взглядом в лежащего на земле каменного противника. Вскоре в мое поле зрения проник Драган. Он медленно подошел ко мне, положил руку на плечо и произнес:

– Тебе пора в город. Иди в храм!

– А где Елизар?

– Уже там. Мы же отправимся за секретами Ветреной глади, – немного помолчав, мой помощник протянул кольцо. – Держи, Ратибор велел вручить его тебе. Оно сильное.

– Спасибо за помощь!

В ответ Драган кивнул:

– Пустое, – и помог мне подняться.

К воротам мы шли молча. Так же, не произнося ни слова, мы попрощались, похлопав друг друга по плечу.

Я шел мимо рядов сараев, разглядывая подарок, а выйдя на дорогу, надел его. Теперь на указательном пальце моей правой руки красовалась гладкая прямоугольная серебряная печатка. Во мне проснулась решимость, и я зашагал к высоким стенам, виднеющимся на горизонте.

А солнце перевалило за полдень и медленно тянулось к закату. Небеса потеряли все до единого лоскута облака. Становилось душно. Слабое марево начало окутывать силуэт городских стен, превращая массив в призрачный мираж страждущего путника, успокаивающий мираж.

Больше людей стало встречаться мне на дороге. Я шел и старался отдалиться от них, но мое внимание так и цеплялось за каждого встречного. Им же это удавалось невероятно просто. У каждого свои дела, заботы и обязанности, а уставший путник их нисколько не интересовал.

Воздух сгущался, и дышать становилось с каждым вдохом сложнее. Глаза начинали слипаться. Огромной массой оковы морфея давили на меня. Снова воля начинала бороться с накатывающими образами, а сознание жаждало расслабиться, отдавшись давящей силе. «И снова этот бред…» – промелькнуло в остатках силящегося удержаться за реальность разума. По телу скользнуло спокойствие, и я расслабился.

Темная стена, освещенная тусклым светом…

Затхлый воздух и сырость…

Мягкое пушистое ложе и невыносимый жар…

Невнятные глухие разговоры и громкий равномерный звон…

Голова словно рассыпалась на осколки, а тело горело и жаждало свежего воздуха. В бреду стал стягивать с себя одежду, превознемагая слабость. Когда мне все-таки это удалось, я скатился с ложа и распластался по холодному влажному полу. Так и уснул.

Разбудил меня звон металла. Моя грудь наполнилась до отказа воздухом, и я громко выдохнул. Зевая, потянулся и открыл глаза. Маленький паренек складывал разбросанные по комнате клинки, топоры и кинжалы, не обращая на меня внимания. Я осмотрел просторную комнату. Большая шкура на полу, разбросанная моя одежда и большая стойка для оружия. В стенах небольшие ниши, в которых горела парочка свечей. Медленно одевшись, я поднялся и выглянул в соседнее помещение. Это был обширный кузнечный зал с жарким горном в центре. Рядом стояли три наковальни, а у левой стены находилась большая бадья с водой, соединенная с просторной емкостью. Пока я разглядывал зал, мальчишка завершил свою возню и прошмыгнул мимо меня, предварительно толкнув. Паренек резво обогнул горн и шустро вскочил по лестнице вверх. Я последовал за ним. Наверху был узкий коридор, ведущий к тяжелым кованым дверям. Никаких входов в другие комнаты здесь не оказалось. Я пошел к двери и толкнул ее – она не поддалась, потянул – тот же эффект. Это меня не удивило, ведь мой медальон лихорадочно колебался.

Я спустился обратно к горну. Обойдя вокруг него, мне на глаза попались небольшие кусочки – остатки от стальных заготовок. Лежали они беспорядочно, только три штуки были сложены вместе. Я присел и осмотрел их. Снова эмблема моего отряда, но тут недоставало нескольких деталей, да и внутренний рисунок несколько отличался от привычного мне. Еще одна загадка.

Я поднялся и пошел к стойке с оружием в соседней комнате. То, что я искал, нашлось сразу. Около дюжины обломленных клинков выстроились один за одним. Потрогав один, стало ясно: они пригодны для сражений. Значит, обломленные концы лезвий послужили лишь для отработки нанесения рисунков на них. Но почему эти начертания являются эмблемой ППО? Я сам начинаю путаться в этой своре ребусов и догадок.

Сидя на своем недавнем ложе, я окончательно решил: «Основная цель – узнать, как моя персона связана со здешними событиями». При чем тут я? Оказался непонятно где непонятно зачем. И пока каждый стремился мне помочь. На сон не очень похоже, поэтому мне нравится эта чудесная мозаика.

Я еще немного поразмыслил и пофантазировал на эту тему, пока не услышал тяжелые шаги наверху. Они размеренно приближались к лазу в этот подвал. Выйдя навстречу хозяину кузни, я оторопел. Могучий грохот грузных сапог принадлежал красивой девушке. И пусть ее мощная одежда и скрывала хрупкость стана, но глаза были полны безмятежности. Только чуть позже, рассмотрев изящные черты лица, я заметил в ее руках огромный молот. Такая игрушка, на вид, даже Воиславу показалась бы неподъемной. Эта же особа, похожая на лисицу, скорее из-за ухмылки, чем из-за огромного пушистого воротника, легко носила его одной рукой. За эти несколько мгновений, пока мои глаза изучали ее, она лишь скользнула по мне взглядом и подошла к ящику, стоящему под железным столом у стены. После некоторых поисков на свет было извлечено кольцо – то, которое мне дал Драган. Я глянул на свою руку. На пальце, который был выбран для подарка, красовался черный опоясывающий след.

– Спасибо, что его сняла, – мною смело было нарушено молчание.

– Это мальчонка хотел стащить, но только он его стянул – ты облегченно выдохнул и успокоился.