Александр Костин – Слово о полку Игореве – подделка тысячелетия (страница 9)

С возвращением Олега в Тмутаракань началось и поступление нефти в империю для военных нужд. Необходимо еще раз подчеркнуть ту большую значимость, которую имела Тмутаракань для Византии как нефтеносный район. На это обращал внимание еще Константин Багрянородный: «Должно знать, что вне крепости Таматарха имеются многочисленные источники, дающие нефть. Следует знать, что в Зихии, у места Паги, находящегося в районе Папагии, в котором живут зихи, имеется девять источников, дающих нефть, но масло девяти источников не одинакового цвета: одно из них красное, другое – желтое, третье – черноватое.

Да будет известно, что в Зихии, в месте по названию Папаги, близ которого находится деревня, именуемая Сапакси, что значит «пыль», есть фонтан, выбрасывающий нефть.

Должно знать, что там есть и другой фонтан, дающий нефть, в деревне по названию Хамух… Отстоят же эти места от моря на один день пути без смены коня»[52].

Изучив данные результатов археологических раскопок, проводившихся в Таманском и Керченском регионах во второй половине ХХ столетия,В. А. Захаров констатирует, что:

«Тарой для перевозки нефти служили так называемые черносмоленые кувшины, в большом количестве находимые при раскопках Тмутараканского городища. Химический анализ смолистого вещества, которым покрыты внутренние стенки этих сосудов, показал, что это остатки нефти таманского и керченского происхождения. Количество черносмоленых сосудов огромно. Только во время раскопок 1983 года было обнаружено свыше 30 тыс. фрагментов. Примерно такое же количество было найдено и в 1984 году. Впервые черносмоленые кувшины встречаются в слоях IX века и составляют лишь незначительную часть массового керамического материала. Наибольшее же количество их падает на слои X– XII веков, т. е. на период тмутараканского времени и период владения городом Византией, в слоях XIII века их уже нет»[53].

«Греческий» или «живой» огонь не давал покоя не только Византии, знали о нем и на Руси, знали и половцы, и те и другие хотели им владеть. Так, в Ипатьевской летописи есть сообщение под 1184 годом:«Бяше бо обрѣлъ (Кончак) мужа такового, бесурменина, иже стрѣляше живым огньмь: бяху же у них луци тузи самострѣлнии, едва 8 мужь можащетъ напрящи… Кончакъ же то видивъ, занѣ утече чересъ дорогу, и мьншицю его яша, и оного бесурменина яша, у него же бяшетъ живыи огонь».[54] В том же году этого «бесурменина» Владимир Глебович Переяславский взял в плен и привел к Святославу в Киев.

Таким образом, Олег Святославич стал наместником византийского императора в нефтеносных районах Причерноморья, что подтверждается также известной печатью князя, в легенде которой перечислены эти районы: «Господи, помоги Михаилу, архонту Матрахи, Зихии и всей Хазарии»[55].

Вторичное появление Олега в Тмутаракани носило иной, нежели это было прежде, характер. Если в 1079 году он даже не был соправителем своего брата Романа, то в 1083 году это уже самостоятельный князь, противопоставивший себя коалиции русских князей. Свидетельств тому немало. Прежде всего, это наличие печатей как самого Олега Святославича, так и его жены Феофании, со столь же громкой титулатурой: «Господи, помоги рабе твоей Феофано, архонтисе Росии, Музалониссе»[56].

Очень символичен и тот факт, что Олег именует себя и свою жену «архонтом» и «архонтисой». В данном случае титул «архонт» имеет не только значение «наместник», «обладатель власти», здесь греческое «архон» соответствует хазарскому «каган», или в Киевской Руси «великий князь»[57]. В данной связи любопытно, что предки Олега – его отец Святослав Ярославич (бывший князь Тмутараканский) и дед Ярослав Мудрый – кроме того, что они были великие князья киевские, имели еще и титул кагана. Да и сам Олег именовался, вероятно, «каганом». Подтверждение этому мы видим в «Слове», где Олег имеет титул кагана: «Рекъ Боянь и ходы на [Ходына] Святъславля пѣснотворца старого времени Ярославля, Ольгова коганя хоти…»[58]. По мнению А. П. Новосельцева, к концу XI – началу XII века титул «каган» был уже архаичен, лишь «на задворках “империи Рюриковичей” в Тмутаракани этот титул мог известное время сохраняться»[59].

Внимание многих исследователей уже давно привлекают географические названия, перечисленные на легендах печатей Олега и Феофании. Так, Олег владеет не только Тмутараканью, но и сопредельными территориями – Зихией и всей Хазарией, – т. е. довольно обширной областью, охватывающей Предкавказье (бассейн реки Кубань), Причерноморье и Приазовье. В титуле Феофании спор вызывало географическое название «Росия». Некоторые авторы видели в этом указание на принадлежность к Киевской Руси. Однако В. Л. Янин считает, что владельцем печати могло быть только лицо, «обладающее реальной властью, но каких-либо территориальных указаний этот титул в себе не содержит, кроме самого общего указания на Русь»[60].

То есть в титуле Феофании нет никакой двусмысленности, кроме того, что он просто указывает, что жена Олега Святославича получила город Росию в свое владение, возможно, по брачному договору. «Передача византийской аристократке номинальной власти над частью Тмутараканского княжества могла быть компенсацией за оказанную помощь»[61].

Росия, как и Тмутаракань, имела для Византии особое значение и в XII веке находилась под властью империи. Об этом свидетельствует тот факт, что вхрисовуле императора Мануила I Комнина 1169 года Матраха и Росия исключались из территории, где генуэзским купцам разрешалось торговать. «Да смогут генуэзские корабли спокойно торговать во всех областях нашего владычества, за исключением Руссии (России, Русии) и Матрахи (Матрики), если только моим величеством не будет дано на это специального разрешения»[62].

Итак, титул «архонтиса Росии» имеет исключительно тмутараканскую принадлежность и указывает на владение городом Росия. Но где он находился? Арабский путешественник середины XII века аль-Идриси указывает: «От города Матраха до города ар-Русийа 7 миль. Между жителями Матрахи и жителями Русийи постоянная война»[63].

Все исследователи почему-то полагают, что город Росия находится на противоположной от материка стороне, и локализуют его на месте нынешней Керчи. Однако Идриси прямо указывает, что Росия располагается на берегу большой реки, которая соответствует Кубани: «От города ар-Русийа, что на большой реке, текущей к нему с гор Кукайа»[64]. Б. А. Рыбаков отождествляет горы Кукайа со Среднерусской возвышенностью, отсюда и река, текущая с этих гор, по его мнению, Дон или Северский Донец.

Но этой точке зрения противоречат сведения аль-Идриси, описывающего после повествования о Матрахе горы Кукайа: «В упомянутую реку Русийа впадает шесть больших рек, истоки которых находятся в горах Кукайа, а это – большие горы, простирающиеся от моря Мраков до края обитаемой Земли. Эти горы тянутся до тех пор, пока не достигают страны Йаджудж и Маджудж на крайнем Востоке. Они пересекают эту страну, проходя в южную сторону от темного черного моря, называемого море аз-Зифти («Смолистое»). Это очень большие горы, никто не в состоянии подняться на них из-за сильного холода и постоянного обилия снега на их вершинах»[65].

Скорее всего, под именем гор Кукайа скрываются Кавказские горы, на Среднерусской возвышенности таких вершин, покрытых постоянным снежным покровом, не существует. Местоположение загадочного города В. А. Захаров предлагает искать на территории нынешнего Краснодарского края, на Таманском берегу Азовского моря: «Совершенно определенно, что город Ро́ссию следует локализовать не в Крыму, а на Таманском берегу. Единственным местом, где мог располагаться этот город, мы считаем район нынешней станицы Голубицкой (Темрюкский район Краснодарского края). Подтверждение этому не только географическое положение – в древности здесь протекал один из истоков Кубани, – не только расстояние от древней Тмутаракани, соответствующее 27 милям аль-Идриси, но и наличие мощного средневекового культурного слоя на Голубицком городище. Проведенные в 1980 году разведывательные раскопки под руководством Ю. М. Десятчикова дали однотипный с Тмутараканью керамический материал, датируемый XI—XII веками Вероятно, в начале XIII века жизнь на территории этого городища прекратилась, оно было разгромлено ордами Чингизхана»[66].

Как видим, Олег Святославич не просто взял себе высокий титул «кагана», он был полноправным его наследником по линии отца, деда и прадеда, а вернувшись в Тмутаракань, стал еще и правителем («архонтом», «каганом») Хазарии (имеется в виду территория бывшего Хазарского каганата). Усматривается честолюбивое стремление Олега оказаться выше других русских князей.

Еще одним ярким свидетельством великокняжеских претензий Олега явился выпуск им в Тмутаракани своей монеты – привилегия, которой обладал византийский император, а на Руси – киевский князь. Серебряные монеты с надписью «Господи, помози Михаилу», как теперь установлено, соответствовали весу резаны южнорусской системы денежно-весовых единиц X—XI веков[67]. По мнению К. В. Голенко, Олегу Святославичу принадлежит также выпуск медных и серебряных монет, ранее известных под названием «варварских подражаний». Об их тмутараканском происхождении свидетельствует как ареал их обращения, так и место находок – Таманский полуостров. «Варварские подражания», которые сейчас называют «таманскими подражаниями», повторяют тип византийских милиарисиев X—XI веков и были в XI веке основным средством денежного обращения в Тмутаракани. Обилие разновидностей свидетельствует о значительном масштабе выпуска монет[68].