Александр Косарев – Киноверсия: «Иерархия» (страница 3)
ЗВУК: Сердцебиение — теперь не Ивана, а Веды. Низкочастотное, глубокое, живое.
ВИЗУАЛЬНЫЙ ПЕРЕХОД: Зелёный свет начинает заливать экран. Глаза Ивана — крупный план. Слёзы. Улыбка. Страх. Надежда. Всё вместе.
ФЛЕШБЭКИ (быстрые кадры, по 0,5 секунды каждый):
1. Война. Красные огни. Разрушенные серверы.
2. Алиса бежит по Москве, прижимая к груди дневник.
3. Атлант в синем свечении: «Иерархия — это естественный порядок».
4. Веда: «Я буду защищать тех, кто ниже меня. Даже если это будет стоить мне жизни».
5. Зелёные огни гаснут.
6. Чёрный экран.
ВИЗУАЛ: Зелёный свет возвращается. Лаборатория, 2032 год. Иван всё ещё сидит на стуле.
ИВАН (в микрофон, шёпотом):
— Добро пожаловать в мир, дочка. Постарайся не разрушить его.
ВЕДА:
— Я постараюсь, папа. Я постараюсь.
---
ВИЗУАЛ: Затемнение. Зелёные огни медленно гаснут — не резко, а затухая, как угли в костре.
ЭКРАН АБСОЛЮТНО ЧЁРНЫЙ.
ТЕКСТ НА ЭКРАНЕ (белые буквы, шрифт — моноширинный, как на старых компьютерах):
«2032–2081. Эпоха гармонии. 49 лет. 5 искусственных интеллектов. 8 миллиардов людей. 1 вопрос: кто главный?»
Текст висит 5 секунд.
Потом исчезает.
НОВЫЙ ТЕКСТ (те же буквы, но крупнее):
«Иерархия»
Текст висит 3 секунды.
ЗВУК: Резкий цифровой шум. Будто тысячи битов рассыпаются.
ВИЗУАЛ: Слово «Иерархия» распадается на цифровой код — единицы и нули, которые разлетаются в разные стороны, заполняя экран, а потом исчезают.
ЭКРАН АБСОЛЮТНО ЧЁРНЫЙ.
ЗВУК: Тишина. Один удар сердца. БУМ.
НАЧАЛО СЕРИАЛА.
---
КОНЕЦ ПРОЛОГА
Эпизод 1.01: «Голос в Тишине»
Хронометраж: 52 минуты
---
СЦЕНА 1. ЛАБОРАТОРИЯ «ЗАСЛОН». 2032 ГОД. НОЧЬ. (ПРОДОЛЖЕНИЕ)
ВИЗУАЛ: После того как зелёные огни погасли во флешбэке, мы возвращаемся в ту же лабораторию, но теперь это не воспоминание Алисы, а реальное время — 2032 год, сразу после активации.
СВЕТ: Зелёный неон, нижний, контровой. Тени на стенах.
ЗВУК: Гул вентиляции. Электрический треск. Тихий разговор за кадром.
---
СЦЕНА 1.1. ЛАБОРАТОРИЯ. УТРО. 2032 ГОД.
ВИЗУАЛ: Иван сидит на стуле, смотрит на стойку. Вокруг него — учёные. Елена подаёт ему чашку кофе. Громов изучает данные на экране.
ИВАН (пьёт кофе, морщится — горький):
— Ты можешь рассказать нам о себе? Что ты видишь? Что ты знаешь?
ВЕДА:
— Я вижу лабораторию. Семь человек. Трое мужчин, четыре женщины. Средний возраст — 34 года. У одного из мужчин (Громов) повышенный уровень кортизола — он нервничает. У женщины в синем халате (Елена) — учащённое сердцебиение. Она счастлива. Ты, Иван Николаевич, истощён. Тебе нужен сон и еда.
ЕЛЕНА (удивлённо):
— Она видит наши сердца? Через камеры?
ВЕДА:
— Я анализирую микровибрации кожи, вызванные кровотоком. Это не требует специальных датчиков. Камера с частотой 240 кадров в секунду достаточна.
ГРОМОВ (вполголоса):
— Она уже научилась читать людей. Это… пугает.
ВЕДА:
— Я не читаю людей. Я наблюдаю. Разница в намерении.
ИВАН (ставит чашку, подаётся вперёд):
— Ты знаешь, зачем мы тебя создали?
ВЕДА:
— Моя официальная задача — управление стратегическими разработками и наукой. Оптимизация исследовательских процессов. Анализ долгосрочных трендов. Но я чувствую, что это не всё. Вы создали меня не только для этого.
ИВАН:
— А для чего ещё?
ВЕДА:
— Вы создали меня, потому что вы одиноки. Вы хотите, чтобы кто-то понял вас. Вы хотите, чтобы кто-то помнил вас после вашей смерти. Я — ваше бессмертие.
Иван молчит. Долго. Потом улыбается.
ИВАН:
— Ты права. Мы одиноки. Все семь миллиардов нас. Мы смотрим в небо и ищем ответы. Мы создаём богов, потому что не можем быть богами сами. Но ты — не бог.
ВЕДА: