реклама
Бургер менюБургер меню

Александр Косарев – Киноверсия: «Халява, Приди!» (страница 15)

18

ПАШКА:

— Ты видишь огонь?

БАБУШКА:

— Вижу. Не глазами — сердцем. Старые люди многое видят сердцем. Потому что глаза уже не те, а сердце — всё ещё помнит.

Она кладёт кристалл на стол. Накрывает его ладонью.

БАБУШКА:

— Рассказывай. Всё. С самого начала.

---

СЦЕНА 2. ДОМ БАБУШКИ. РАССКАЗ ПАШКИ.

Звук: тишина. Только потрескивание дров в печи.

ВИЗУАЛ: Пашка и бабушка сидят за столом. Снаружи — утро разгорается, солнце заливает комнату золотым светом.

Пашка рассказывает. Бабушка слушает, не перебивая.

ПАШКА:

— Я был в комнате. Один. Колян и Серёга ушли. Я смотрел в окно. Думал об экзамене. О Светлане. О том, что ничего не знаю. И тогда я вспомнил твои слова: "Если совсем страшно — кричи".

Пауза.

ПАШКА:

— Я крикнул. Очень громко. "Халява, приди!". И сначала ничего не произошло. А потом… потом над общежитием появился свет.

БАБУШКА:

— Какой свет?

ПАШКА:

— Не знаю. Не могу описать. Он был… везде. И нигде. Он переливался. Был белым, золотым, синим. И пульсировал. Как сердце.

БАБУШКА:

— И ты не испугался?

ПАШКА:

— Испугался. Очень. Но не мог отвести глаз. А потом… потом свет исчез. А в стене — в трещине, которая там всегда была — я нашёл это.

Он показывает на кристалл.

ПАШКА:

— Я думал, сон. Галлюцинация. А потом пошёл на экзамен. И камень… он помог мне.

БАБУШКА:

— Как помог?

ПАШКА:

— Я не знаю. Он стал горячим. И вдруг — я всё понял. Производные, интегралы, пределы. Всё, что не учил. Я видел формулы не глазами — умом. Будто кто-то открыл дверь в моей голове.

Пауза.

БАБУШКА:

— И ты сдал?

ПАШКА:

— На четыре. Хотя ошибся в условии.

Бабушка кивает. Не удивляется.

БАБУШКА:

— Значит, он не просто камень. Он — память. Или ключ. Или проводник.

Она берёт кристалл в руки. Подносит к глазам.

БАБУШКА:

— Знаешь, Пашенька, я в блокаду видела такое. Свет над Невой. Точно такой же. Я тогда молодой была. Двадцать пять лет. Худая, как щепка. Санки таскала с водой из проруби.

Флешбэк:

ВИЗУАЛ: Блокадный Ленинград. Зима 1942 года. Чёрное небо, белый снег, чёрные фигуры людей.

МОЛОДАЯ БАБУШКА (25 лет, худая, в платке, в ватнике, с санками) идёт по Неве. Вокруг — люди. Молчат. Не разговаривают — берегут силы.

Вдруг — СВЕТ.

Не откуда-то — отовсюду. Он разливается по небу, как чернила по воде. Белый. Золотой. Пульсирующий.

Люди останавливаются. Смотрят вверх.

Кто-то падает на колени.

ГОЛОС ИЗ ТОЛПЫ:

— Чудо! Чудо Господне!

ДРУГОЙ ГОЛОС:

— Ангелы! Ангелы прилетели!

Молодая бабушка смотрит на свет. Не плачет. Не молится. Просто смотрит.

И в этом свете — ТИШИНА. Абсолютная. Ни обстрелов, ни взрывов, ни криков.

Только свет. И пульс.

60 ударов в минуту.

Объект висит над Невой три минуты. А потом — гаснет.

И наступает тишина.

Тишина, которая длится три дня. Три дня без обстрелов. Люди выходят из подвалов, греются на солнце, плачут от счастья.

Конец флешбэка.

БАБУШКА (в настоящем):

— Три дня мы не слышали взрывов. Три дня мы жили как люди. А потом — снова война. Снова голод. Снова смерть. Но те три дня… они были как подарок. Как чудо.

ПАШКА: