Александр Королёв – Memor.ai (страница 5)
В какой-то момент в те времена у моего одноклассника-мажора Антона Михеева, у которого были богатые родители и примерная семья, появилась казавшаяся тогда нереальной игра «Guitar Hero: World Tour». И не просто игра, а игра с набором Band Kit – это означало, что можно было играть не только на гитаре, но и на барабанах и даже петь.
Как-то раз в раздевалке мы с Михеичем договорились собрать свою банду, чтобы играть вместе в эту игру. Мы с ним были гитаристами, а барабанщиком к нам присоединился наш общий друг Марк Степанов. В течение нескольких месяцев пару дней в неделю после школы мы заваливались к Антохе на «репетиции». Марк часто лажал, потому что был неказистым барабанщиком без чувства ритма, и нам приходилось его спасать, набирая дополнительные очки, чтобы пиксельная публика была нами довольна. Мы никогда не держали зла на Марка, потому что ему досталась самая тяжелая роль: никто из нас тогда не обладал ни чувством ритма, ни способностью совладать со всеми своими конечностями.
В какой-то момент мне выпал редчайший шанс, который маячит на горизонте лишь раз в жизни, переплюнуть Антона Михеева: появилась новая игра «DJ Hero». Я растряс родителей на бабки, и заказал через Ozon эту замечательную новинку. Теперь для исполнения надо было не дергать по струне, зажимая аккорды, а крутить виниловый диск и ползунки, прокачивая ту же самую пиксельную публику шикарным рэпаком и хип-хапом.
В один из дней мама позвонила мне на перемене и радостно доложила: новая игра приехала. Я был безмерно рад и сразу же пригласил Антона Михеева пойти ко мне после школы затестить новую игрушку. Он согласился. Ха-ха, вот сейчас-то я и утру ему нос и заставлю его завидовать… Но не тут-то было. Когда мы пришли домой и стали все подключать, диджейский пульт-контроллер отказывался работать. Просто не включался, и все.
Оказалось, что мне пришел бракованный экземпляр. Нос Антохе я так и не утер, а игру мы с мамой обменяли на новую на станции «Динамо» на одном из складов Ozon’а. Однако все было не так плохо. Запустив игру дома в одиночестве, я испытал волну детской эйфории – настолько сие произведение искусства было прекрасным. На одном из уровней «сюжетки» мне предложили исполнить песню Eminem – My Name Is. Это был тот самый момент, когда я впервые в жизни осознанно услышал Эма. Хоть я ничего и не понимал по-английски, его дерзкий и игривый голос заставил меня проникнуться. Я тут же скачал этот трек с торрентов себе на плеер – у меня тогда был iPod Nano 6 – маленький квадратик – и стал слушать его на репите каждый день. Со временем мой треклист пополнился и другими песнями Эма, создав почву для нашего соприкосновения с Энтони, который был заядлым любителем рэпа как восточного, так и западного побережья. Уже после знакомства с Энтони Эм стал для меня первым исполнителем, которого я стал слушать целыми альбомами. Именно тогда ко мне пришло понимание, что музыкант пишет целостную картину из небольших фрагментов, и сюжет, как иголка с ниткой, пронизывает все эти фрагменты. Со временем я почти перестал слушать музыку отдельными треками – скорее только только в целях ознакомления – и перешел на прослушивание в формате альбомов, поэтому сейчас моя личная коллекция музыки состоит из целых альбомов.
С Энтони мы бок о бок прошли через огонь и воду во время и после школы, тем самым утвердив нашу дружбу во веки веков. Мы с детства были отморозками и постоянно по-черному шутили. Сначала мы смеялись над тем, что у меня умер батя, а потом, когда Энтони учился в восьмом классе, умер батя у него, и мы стали смеяться над этим. Летом после моего первого курса института мы с Тони, его сестрой Агатой и бабушкой Фаиной Борисовной поехали в Турцию. В одно утро нас разбудил неистовый стук в дверь – Агашка вбежала в комнату и сказала, что бабушка упала и сломала ногу. Мы все с криками «ну пиздееееец» побежали в сторону пляжа. Оказалось, что на скольком камне Фаина Борисовна подскользнулась и во время падения разбила о землю свою хрупкую коленную чашечку, которая раздробилась на 3 крупных части и мелкие осколки. Чашечку в местной больнице собрали, бабушку на коляске довезли до Москвы и получили новый повод для черных шуток – про бабку Энтони Наварро.
Однажды перед нами с Энтони предстала возможность увидеть нашего кумира вживую. В один из февральских дней я листал ленту ВКонтакте и увидел пост от сообщества «Festival Tours» о поездке на концерт, мать его, Эминема. Festival Tours – это девушка-энтузиастка по имени Аня, которая больше десятка раз в год собирает так называемые Fan Bus’ы – фанатские автобусы для поездок на концерты в дальние края, в основном за рубеж. Годом ранее я ездил в фан басе на концерт Blink-182 в Стокгольме. Точнее, не ездил на их концерт, а собирался поехать. Все мы собирались, весь фан бас. И когда билеты уже были куплены, и все было организовано, за 2 недели до выезда Блинки заявили, что в рамках своего летнего тура не успевают заехать на три концерта в скандинавской части Европы из-за накладок в расписании. После этой новости у нас была депрессия. На замену Блинкам поставили Sum-41, и я, как и большинство, решили не отменять поездку, потому что это в любом случае новые знакомства, впечатления и эмоции. Так оно и оказалось: мы на славу повеселились, и самое главное – я выяснил, что фан басы – это круто. Поэтому сейчас, увидев новость о такой же поездке на концерт Эма, в тот же город – столицу Швеции Стокгольм – я не раздумывая позвонил Тони:
– Бро, нам нужно встретиться сегодня вечером, у меня есть новость.
– Что за новость? – спросил он.
– При встрече.
– Заинтриговал!
– В 7 часов около твоего подъезда.
– Договорились.
Мы, как обычно, отправились в Метрак, и, сидя за столом с бургерами из «Франклин’с» в руках, я решил поведать Тони свои мысли:
– Бро, это будет последнее лето, когда ты в Москве. Дальше, когда ты уедешь, уже непонятно, будет ли у нас когда-нибудь шанс так же проводить время, как мы это делали все последнии годы…
– Я знаю…
– Поэтому, мне кажется, у меня есть идея, как нам увековечить это лето.
– Я весь внимание, – с трепетом сказал Энтони.
– Брат, мы едем на Эминема.
Несколько секунд молчания.
– Что? – с недоумением спросил он.
– Мы едем на концерт Эминема, – повторил я.
– Это как?
Я достал телефон, открыл тот пост, который увидел утром, и показал Энтони. Он все внимательно прочитал: про маршрут, точку назначения, условия поездки, даты, цены и прочее.
– Я не знаю, что сказать. Чувак, это может стать одной из наших самых запоминающихся поездок в жизни, – сказал он.
– Это будет легендарно.
В следующие несколько месяцев мне предстояло заработать денег на эту поездку. В тот февральский месяц я уже почти не учился в институте: посещал только те лекции, которые мне были интересны – по компьютерной графике, философии и социологии. Меня всегда забавляло, что учился я в техническом ВУЗе, но любимыми предметами были все равно гуманитарные – то ли по инерции еще со школы, то ли потому, что учителя были намного лучше. В техническом институте за полтора года обучения меня больше всего порадовала учительница русского языка и учитель истории России, который во время своих лекций из головы, без подглядываний, выдавал всю историю нашей страны со времен князя Рюрика до новейшей истории со всеми датами и фактами. Настоящий профессионал.
С января месяца я активно приступил к поискам своей первой работы и в скором времени надеялся ее найти. На тот момент я уже год занимался на онлайн-курсах по программированию, осваивая профессию Android-разработчика. Пришел я к этому после того, как на студенческих каникулах после первого семестра в институте вдруг поймал себя на размышлениях: а что я собственно получил за эти полгода, проведенные в ВУЗе? Когда ответом на мой вопрос после нескольких дней размышлений и анализа стало «ничего», я сначала не поверил, потом еще раз все проанализировал и понял, что надо бежать. Тогда после возвращения из нашей каникулярной поездки в Сочи с мамой и братом я зарегистрировался на платформе онлайн-курсов и приступил к освоению первой понравившейся профессии, выбрав, фактически, наобум. Мне повезло, и профессия очень даже увлекла и понравилась. Еще со школы я почему-то знал, что хочу быть программистом; в ВУЗе, куда я поступил как раз, вроде как, на программиста, технологии, к сожалению, оказались слишком старыми и неприменимыми в реальном мире. И вот спустя год самостоятельного обучения предо мной стала маячить реальная возможность начать получать деньги за свой труд. Я начал записываться на собеседования на вакансию Junior Android Developer и спустя месяц поисков в середине февраля мне удалось устроиться в какую-то небольшую фирму, занимавшуюся непонятно чем. Там я проработал, занимаясь тем самым «непонятно чем» следующие шесть месяцев, успешно заработав нужную сумму на заветную поездку. В конце июня у меня был мой первый отпуск, выделенный как раз под эту поездку.
В 8 часов теплого июньского вечера мы с Энтони с небольшими сумками стояли у себя в районе на остановке в ожидании троллейбуса до метро. За несколько дней до отъезда мать Тони оформила на меня доверенность на своего сына, это нужно было, потому что ему было 17 лет, а самостоятельно путешествовать можно только с 18-и. Путь нам предстоял весьма интересный. Фан бас стартовал из Санкт-Петербурга – оттуда близко до границы с Финляндией. До Питера мы добрались на ночном поезде в купе. Прибыв ранним утром, мы побрели в единственный круглосуточный макдак, работавший в 5 утра, неподалеку от вокзала, чтобы затариться МакЗавтраком в поездку. Я купил себе 6 или 7 бургеров, чтобы их хватило на пару-тройку дней питания, зная, что русскому человеку тяжеловато позволить себе еду за еврики. Фан бас ждал нас в районе 6 утра на Площади Восстания. Мы уселись, со всеми познакомились – хотя с кем-то я уже был знаком из прошлой поездки: оказалось, я не один такой, кто слушает и рэп, и поп-панк. Наш автобус тронулся, и мы с улыбками на лице начали ощущать предвкушение. На первом этапе нас ожидало 5 часов езды до границы с Финляндией, и мы решили немного доспать нехватившие часы. Проснулись мы, когда уже подъезжали к границе. Контроль пришлось проходить отдельно от автобуса, поэтому всех попросили выйти. Долго нас мурыжить не стали, поэтому уже где-то через 30 минут, мы сидели в автобусе и направлялись на паром в Хельсинки. Из нескольких городов Финляндии ходят паромы до других стран Европы. Меня до сих пор удивляет, что их называют паромами. Когда в поездке в предыдущем году было сказано, что мы на пароме поплывем до Швеции, я думал, что это будет маленький кораблик по типу тех, что курсируют по Москве-реке. Когда же в порту, пройдя по коридорам, я увидел перед собой одиннадцатиэтажный круизный лайнер, я спросил, где здесь паром. Оказалось, что это и был наш паром. Паром с несколькими казино, магазинами, ресторанами, сотнями номерами-каютами и широченными палубами. Сейчас нам с Энтони предстояла поездка на таком же «пароме». Я не хотел заранее рассказывать, что это за корабль, чтобы он увидел все сам. Когда мы прибыли в порт, я был обрадован его реакцией: «паром» ему явно понравился. На корабле мы провели около суток. Во время поездки с верхней палубы мы наблюдали сначала за морскими пейзажами, потом, приблизившись к Швеции, стали красоваться видами малонаселенных земель с редкими домиками. Вечером мы обошли все этажи лайнера, чувствуя себя полноправными участниками этой богатой жизни, хоть в казино мы и не играли. Ночевали мы в уютных четырехместных каютах, которые были похожи по строению на купе в поезде, но с б