Александр Коренюгин – Ненужные люди (страница 3)

Ей дали бумажку с адресом роддома, в котором он родился, и Виктория занялась сыскным делом.

Разговорить получилось старшую акушерку. Конечно, не просто так, все откровенные разговоры с должностными лицами чего-то стоят. Начало разговора не сулило больших откровений, Виктории пришлось вынуть из сумочки внушительной толщины конверт. Тогда-то и разговор наладился.

Акушерка хорошо помнила эти роды. Рожала абсолютно пьяная женщина. Сопровождал ее пьяный вояж в роддом такой же пьяный мужичок. Родила она на удивление быстро и к тому же абсолютно здоровенького мальчика. Администрация роддома по случаю пьяного происшествия пригласила социальные службы. «Мол, так и так, куда нам выписывать ребенка? В семью, но ее похоже нет. Мамаша даже в роддоме по случаю рождения очередного ребенка умудрялась напиваться до беспамятства. Навещал ее всегда пьяный сожитель, в качестве подарка по случаю рождения ребенка приносил бутылку спиртосодержащего напитка и пару подгнивших яблок, вероятно, приобретенных где-то в мусорном контейнере. Если отдать ей ребенка, то, где гарантия, что она его не бросит к этим же яблокам, в тот же мусорный контейнер?»

Гарантий не было, поэтому социальные службы приняли решение о лишении обоих родителей родительских прав на новорожденного малыша. Мальчика временно оставили в роддоме, откормили, подрастили, провели медицинское обследование, а через полгода на дальнейшее воспитание передали в детский дом. Да, детский дом, это не лучший вариант, но и семья алкоголиков тоже не альтернатива. В анкете малыша не упоминаются родители-алкоголики, так это слукавили работники социальных служб. Привыкли к малышу, баловали и хотели ему самого наилучшего. Например, достойных родителей. А кто захочет брать в семью ребенка алкоголиков. Иностранцы? Нет! Они скорее примут на воспитание ребенка-инвалида, нежели бракованное дитя, как они считают, зачатое в пьяном угаре.

– А Вы сами, что думаете о наследственности мальчика? Он мог унаследовать от биологических родителей их больной генокод? Есть вероятность того, что со временем этот ребенок превратится в генетического урода, неспособного к воспроизводству здоровых продолжателей его рода? – спросила Виктория.

– Не знаю, не знаю! – засомневалась акушерка, – У нас всякие женщины рожали, и склонные к алкоголизму тоже, но мне не приходилось изучать наследственность их детей. Поэтому без комментариев. Так будет правильно. Решение за Вами.

– В том-то и дело, что я панически боюсь ошибиться и взять на воспитание будущего алкоголика.

– Конечно, было бы правильнее найти ребенка, оставшегося сиротой по случаю гибели здоровых и правильных родителей, в результате, скажем, аварии или какой-то другой трагической катастрофы, – выдала совет акушерка.

– Да, это было бы правильно, – согласилась Виктория, – но где найти такого? Я посетила в нашей стране почти все детские дома, но подходящего нам ребенка нашла только в последнем детском доме. Это Витя. И вот, пожалуйста, удар – родители алкоголики. Даете мне адрес проживания родителей Вити. Попробую их навестить и присмотреться к их семье. Меня интересуют их дети. Я знаю, там многодетная семья. Попробую поговорить с учителями в школе и соседями. Что родители пьют и по сегодняшний день, я уверена. Но не это мой главный интерес. Как ведут себя дети? Есть ли деградация или все нормально? Потом и решение по усыновлению Вити буду принимать.

– Вы мудрый человек, подождите немного, сейчас найду адрес этой семьи. Сейчас, сейчас, постараюсь Вас не задерживать, – заторопилась акушерка.

В школе братьев и сестер Вити знали хорошо, их характеристики не относились к разряду самых лучших, но и худшими их назвать было нельзя. Обычные недосмотренные, неухоженные, не избалованные родительским вниманием дети, троечники, почти двоечники, шалуны, драчуны и пока неудачники. Неизвестно, как сложится их дальнейшая жизнь, но пока даже соседям эти дети были не в тягость. Услужливая ребятня – мусор для старушки вынести или сходить в магазин за хлебом, солью или спичками, всегда пожалуйста, причем с удовольствием. Соседи относились к ним доброжелательно, наряжали в недоноски от своих детей, кормили, дарили игрушки и конфеты. Иногда мыли и оставляли в своей квартире на ночь. Это уж когда родители совсем непристойно себя вели и дебоширили. В общем обычные несчастные дети, неухоженные, но без заметных деградаций и патологий – умные и смышленые.

«Беру я этого Витю, – приняла решение Виктория, – Ничего криминального в поведении братьев и сестер Вити я не обнаружила. Как могут, так и выживают, возможно вырастут в достойных людей. Мало ли что в детстве происходило. Встанут на ноги и сами своей жизнью будут распоряжаться. Наше государство таким детям всегда помощь оказывает. А у Вити будем мы с Эдуардом. Обустроим ребенка, любить будем, заниматься с ним. Я его поведу в творческие кружки, найму репетиторов, потом высшее военное образование, со специализацией сам определится или Эдик поможет. Обязательно получит генеральские погоны, так я хочу и планировала моя мама. У нас все получится! Наша любовь и забота помогут малышу, он вырастет достойным человеком. А генокод? Генокод он получит от меня, все будет хорошо!»

Забирали Витю из детского дома Виктория и Эдуард вдвоем. Приехали на машине, надели на ребенка новые вещи и привезли его в свою новую квартиру. В пути ребенок вел себя тихо и скромно, таращил на Викторию удивленные глаза, но уже в самом начале новой жизни называл ее мама, а Эдуарда – папа. Правда, вскоре обнаружилось, что ребенок шалун, непоседа и не чувствует границы дозволенного. Виктория просила его складывать игрушки в предназначенный для этих целей ящик, он с ее доводами якобы соглашался, но игрушки продолжал разбрасывать по всей квартире. Точно так же игнорировались просьбы Виктории не бегать по квартире и разговаривать тихим, спокойным голосом. Нет, шум, ор и топот бегущих ног разносился по всему дому. Даже соседи были вынуждены просить новых жильцов не производить так много шума с раннего утра и до позднего вечера. Нет, Витя никак не реагировал ни на мамины просьбы, ни на папины угрозы применить к нему некие меры наказания. Родители определили его в самый престижный детский сад. Полагали, что среди своих сверстников их сынок маленько притихнет и приобретет смирение.

Но этого не произошло. Витя очень быстро понял, что его родители успешные, влиятельные люди и по этой причине ему все позволено, никто не посмеет его наказывать. В его присутствии воспитательницы детского сада как-то обсуждали социальный статус его родителей. Громким шепотом одна воспитательница поучала коллегу:

– Ты с этим мальчиком поаккуратнее, постарайся не обращать внимания на его шалости. Не дай Бог ребенок нажалуется отцу или матери, тогда нам всем, вплоть до заведующей, придется прогибаться и просить прощения. Ты, наверное, не знаешь, что папаша этого шалуна прокурор областного значения, а мамаша-прокурорша натура властная и решительная, такую оплеуху отвесит, что ты запомнишь навсегда. Ты поняла меня?

– Да, да, да, – согласно в ответ закивала головой коллега, – я уж и так тише воды, ниже травы. Пусть ребенок резвится, мне-то какое дело? Я, признаться откровенно, сама его побаиваюсь. Требовательный, капризный грубиян. Границ он не знает, от него лучше держаться на расстоянии. Пусть они сами разбираются эти прокуроры, прокурорши и их разбалованные дети.

– Ты права, права! – одобрила воспитательница свою коллегу, – пусть сами. Я вот думаю, подрастет этот волчонок и отвесит здоровенную оплеуху своим родителям-прокурорам. Обязательно это произойдет. Но пусть сами, пусть сами.

На самом деле поведение сына в первую очередь волновало отца:

– Он же не видит границ между дозволенным и запрещенным. Ты балуешь его, в результате растет шпана. Обрати внимание, Виктория, на его поведение! Наказывай его, вплоть до ремня и гороха под колени. Иначе, горя мы с ним хлебнем, обязательно хлебнем. Ты понимаешь меня, Вика?

– Не будь ты занудой, Эдя, – Виктория ласково погладила его руку, – Строгость в воспитании ребенка не всегда правильное решение. Наш сынок обязательно станет генералом. А военные командиры должны уметь самостоятельно принимать самые сложные решения. Смелость и решительность в их характере должны главенствовать. Мы его правильно воспитываем. Да, он не знает слово «нельзя» и потому из неудобных ситуаций выход находит самостоятельно.

– Хорошо, – согласился с женой Эдуард, – ты мать, тебе виднее. Но ты помни, что пока он еще мал, то методы воспитания можно ужесточить. Главное пацаненка не упустить. Когда он поймет, что он главный в семье и ему все можно, тогда уж точно все будет так, как он захочет и что-то изменить в его характере и привычках уже не получится. Ты со мной согласна?

– Да. Но он обязательно по жизни займет свое место среди достойных людей.

Детсадовское время быстро пролетело. Да, мальчик, шалил и хамил, но эти шалости от родителей тщательно скрывали воспитатели и их вышестоящее руководство. С момента его определения в детское учреждение взрослый коллектив сотрудников принял негласное решение оставить воспитание мальчика его родителям.