Александр Конторович – Свинцовые волны (страница 15)
Так что, тут имеется определённая дипломатическая хитрость. На внешнем рейде, между прочим, несколько кораблей стоит – не все пожелали в порт заходить. И мы на их фоне смотримся вполне обыденно…
А вот факт приглашения портовых офицеров к совместному обеду с капитаном – они запомнят. И доложат при возвращении – обязаны будут доложить! Определённые выводы на берегу сделают – и к бабке не ходи!
Особенно, если досмотр ничего такого не выявит…
Разумеется, помимо капитана на обеде обязан присутствовать кто-либо из офицеров корабля – тоже традиция. Кстати, капитан, в присутствии посторонних, не должен оставаться с ними наедине – это нежелательно. Должен быть ещё и кто-то из офицеров!
И им может быть кто угодно, кроме старшего носового офицера. Это, между прочим, категорически запрещено!
Вообще, кстати сказать, совместное нахождение обоих старших офицеров в одном помещении допускается только в исключительных случаях – в процессе предбоевого инструктажа, например. Поскольку возможность одновременного уничтожения всех старших офицеров теми самыми обычаями и традициями сведена к минимуму.
Я так полагаю, что в истории Данта наверняка имелись примеры молниеносной расправы с комсоставом противника на таких вот совместных мероприятиях. Типа теперешнего обеда…
И поэтому второй по старшинству офицер на корабле всегда находится вне досягаемости возможного противника. Дабы в нужный момент оперативно принять на себя командование кораблём.
Надо отдать должное – далеко не все традиции и обычаи вайнов являются косными и устарелыми. Если уж они смогли как-то выстроить мощную военную структуру – и при этом не передрались окончательно вусмерть в отсутствии единого правительства…
Словом, мы не зря тщательно всё это изучаем…
Да и во взаимоотношениях со вчерашними пленниками и рудничными рабами это, особенно на первых порах, немало нам помогло. Ибо немедленное введение той же «демократии» неминуемо привело бы ко всеобщему бардаку. И никакого нападения извне мы не отбили бы, даже при самом благоприятном стечении обстоятельств. Я уж и не говорю о действиях тех же японцев – любую «демократическую» армию они попросту размазали бы тонким слоем по всему острову.
Поэтому – не спешим! И не бежим впереди собственного визга на почве немедленной личной свободы и всеобщего равноправия!
И в нашей истории, если покопаться, полно негативных примеров того, к чему приводит бардак в армии. Уж и не говорю за всё общество в целом!
Поступательно действовать надо! Сообразуясь со всеми внешними угрозами и возможными неприятностями – а их полно!
Вчера был один начальник – сегодня другой. Для нижестоящих ничего, в принципе, не меняется.
И всякие там реформы и «отпускание вожжей» производятся постепенно, с тщательным предварительным разъяснением всего происходящего.
Именно поэтому у нас сейчас идут в батальоны и инженерный корпус вполне себе добровольно и без какого-либо принуждения. Вполне осознавая возможные риски. Но народ теперь ясно понимает – и что именно он защищает, и против чего борется.
Но – всё это лирическое отступление…
А сейчас я сижу за одним столом с офицерами потенциального противника. И поддерживаю вежливое общение, демонстрируя на собственной морде выражение уважения к собеседнику.
Кстати, именно моя персона внезапно привлекла внимание гостей.
А конкретнее – два ножа на поясе.
Традиционный «серебряный лист» и мой старый, дедовский ещё, нож.
Тут лопухов нет, все прекрасно понимают – когда и при каких условиях офицер имеет право ношения сразу двух клинков.
Собеседник вежливо интересуется трофейным ножом. И я – по кивку Хасана – вытаскиваю клинок из ножен и протягиваю его интересующемуся.
Тут тоже есть некоторые нюансы…
Можно подать клинок остриём к собеседнику – признак явного неуважения и пренебрежения его статусом.
Можно протянуть нож плашмя – мол, смотри и отваливай. Нет высказывания неуважения к оппоненту, но и подобострастия не имеется.
Можно протянуть рукояткой вперёд – признак доверия и высказывание уважения.
А можно и просто на стол положить – сам, мол, бери и рассматривай. Эдакий отстранённый нейтралитет…
Ругаться с собеседником вроде бы и ни к чему – и нож протягивается рукояткой вперёд.
Мой собеседник уважительно рассматривает клинок – такие ножи на Данте неизвестны. Вывод: офицер – не простой служака, был за пределами планеты и принимал участие в рукопашной схватке. Из которой и вышел победителем…
А теперь он служит на обычном корабле…
На обычном?
С таким-то, как у нас говорят, «бэкграундом»?
Ну-ну…
Всё идёт своим чередом, и через некоторое время в дверь осторожно стучат.
На пороге – один из членов досмотровой группы.
Извинившись, старший портовой группы встаёт из-за стола, чтобы выслушать доклад своего подчинённого. И уже через пару минут возвращается обратно.
В трюмах корабля обнаружены пушки!
Точнее – орудийные стволы, предназначенные для замены уже расстрелянных. Со временем там приходят в негодность нарезы, и стволы надобно заменять.
И с точки зрения старшего досмотровой команды всё сразу встаёт на свои места.
Нежелание капитана корабля отдавать в чьи-то руки половину своей воинской команды и часть матросов теперь вполне объяснимо – слишком уж ценный товар лежит в трюмах!
Наличие среди офицеров опытных штурмовиков – теперь тоже вполне естественное дело. А кому же ещё можно доверить командование охраной?
Понятное дело, что капитан и все офицеры головой отвечают за сохранность груза – и это не красочное преувеличение. Здесь подобные стволы производят только в одном месте – на Штормовых островах, и дело это весьма непростое и трудозатратное.
– Прошу меня простить, но я должен доложить об этом капитану порта! Ситуация и в самом деле достаточно серьёзная, но сделать исключение для какого угодно корабля – может только он!
Хасан встаёт и вежливо наклоняет голову.
– Мы будем ждать его решения.
Теперь – дело за капитаном порта.
Да, наш корабль направляется в другой порт – это ясно из документов. Туда, где ремонтные верфи, на которых можно заменить расстрелянные стволы.
Можно представить – с каким нетерпением ждут его прибытия капитаны боевых кораблей!
И если бы не поломка машины – мы бы в этот порт и вовсе не стали бы заходить.
Если подходить формально – ремонт машины займёт не один день. И всё это время боевые корабли будут ждать…
Представляю себе какими эпитетами они наградят капитана порта!
А Хасан-то хорош!
Разыграть такую комбинацию – и при этом глазом не моргнуть!
Вот, умеют же некоторые…
Корабль, следуя указаниям лоцманского катера, медленно втягивается в акваторию порта. Наш путь лежит к стенке ремзавода, где предстоит теперь провести некоторое время в ожидании ремонта.
Но с точки зрения капитана порта всё обстоит правильно, и никаких вопросов к нам не имеется.
Сразу же после швартовки на берег отправляется один из офицеров. Надобно как-то решить вопрос с транспортировкой части стволов на конкретную верфь – там этот груз ожидают с нетерпением!
Здесь надобно сделать некое отступление, а то у всех могут возникнуть вопросы, и появиться вследствие этого некое недопонимание…
Разумеется, наш корабль ничего никуда и не должен был везти. Груз стволов предназначался для совсем другого корабля – того, что был «атакован» неведомыми злодеями на пути назад. Ну, того, на котором смена охраны должна была прибыть…
Но – она не прибыла.
И тогда своей властью – а она была весьма неслабой – старший группы инспекторов и инженеров предложил доставить этот груз капитану другого корабля, который как раз и оказался в гавани Штормовых островов.
Корабль этот, действительно, существовал и ранее должен был привезти некий груз на острова. Он и привёз – и был захвачен бойцами «Стрелы».
Так что, с этой точки зрения всё было правильно.