Александр Конторович – Страж. 3 книги (страница 67)
И если первым пока можно пренебречь, то вот вторым…
Сломать ещё и этот меч — уже может не выйти.
И никаких преимуществ у тяжелого топора уже не будет. А сдаётся мне, что его владелец поставил именно на это…
Ну, фиг их там знает, по какому поводу тут бодалово, однако, барон мне пока симпатичнее. Не то, чтобы я был готов с ним в обнимку приплясывать, но, по крайней мере, он себя как-то понятнее ведёт. Я бы даже сказал — достойнее.
— Сходитесь! — поднимает руку герольд.
Эспин, нехорошо оскалившись, поднимает оружие и одним прыжком оказывается на площадке. А вот его оппонент не спешит…
Так уж вышло, что после допроса я остался стоять на том же самом месте — то есть, почти в первом ряду. И всё вижу очень даже неплохо. Вип-ложа, так сказать… рядом с герольдом и всей "судейской" бригадой.
— Мас Батле осторожен, — говорит кто-то из них. — Он явно не был готов к тому, что противник сможет сменить оружие.
Ага, так мои догадки не так-то уж и далеки от истины? Интересно…
Выпад!
Сверкнул клинок!
Отбив — и тотчас же ответный удар.
После нескольких схваток стало очевидно — оппонент барона явно стремится к тому, чтобы ещё раз испортить оружие противника. Или ещё как-то его обезоружить. Мощные удары тяжелым топором вынуждают Эспина их парировать или закрываться мечом, уводя оружие врага в сторону. И похоже, что оппонент именно эту тактику и отрепетировал.
Но — он бьёт слишком часто!
Да, успел передохнуть, всё так… но надолго ли его хватит?
Авотфиг… частое дыхание… уже один удар противника почти зевнул…
— Он его закруживает!
Всё верно — барон так и вьётся вокруг топороносца.
— В этом нет нарушения, — качает головой герольд. — Да, обычно так не поступают — но это не запрещено.
Странно, Эспин чего-то выжидает… чего? Бить — и раньше было можно. Во всяком случае, я бы именно так и поступил.
Выпад!
Лязг металла, искры — меч выдерживает.
А ведь барон-то в атаку перешёл!
Удары сверху, сбоку — и даже снизу! Непрост мужик! Может!
Замах — удар — лязг — вскрик — и рукоять топора укорочена почти вдвое. Вот чего он добивался!
Одной рукой этой фиговиной не помашешь — тяжело!
Да и подранил он противника…
Бой превратился…ну, в какие-то салочки он превратился. Эспин постоянно гоняет оппонента по площадке, то и дело нанося ему мелкие и не слишком опасные раны. Но и они противнику обходятся не просто так. Он уже ослабел, потерял много крови. Топор уже почти и не поднимается выше плеч.
— Может быть, остановить схватку? — поворачивается маг к герольду. — Барон явно выигрывает!
— Мас Батле пока не признал своего поражения, — пожимает тот плечами. — По правилам — он ещё может сражаться.
— Но ведь Эспин его убьёт!
— Он уже давно мог это сделать. Но ведь не убил же до сих пор?
Лязг!
Топор вылетает из рук владельца и падает на песок прямо у ног "судейской" бригады. А меч уже приставлен к горлу Маса Батле.
— Признаешь ли ты своё поражение? — интересуется барон.
— Да… Ты выиграл…
— Берешь ли свои слова назад?
— Х-х-х-р…
Эспин чуть шевельнул рукой — и по шее противника сползла струйка крови.
Дернулся маг — но герольд кладёт руку ему на плечо.
— Он вправе этого требовать.
— Да… — хрипит топоровладелец. — Я беру свои слова назад.
— Повтори! И — громко!
— Я был неправ, высказывая необоснованные подозрения в адрес почтенной Инмы Ману.
— И? — вкрадчиво интересуется Эспин, не ослабляя, однако, нажима. Там уже не струйка по шее сползает…
— Она — честная и порядочная женщина!
— Готов ли ты загладить причинённый ущерб?
— Да! И всеми доступными способами!
— Я удовлетворен! — отводит оружие в сторону барон. — Поединок окончен — обидчик признал свою неправоту!
— Да, — кивает герольд. — Я подтверждаю, что всё, что здесь произошло — исполнено в соответствии с правилами и обычаями судного поединка! Если тут есть кто-либо, готовый оспорить мои слова — пусть выйдет вперёд!
"Выходи-ка, Билли, чтоб тебя убили…" — на средневековый лад.
Слышал ли местный народ эту старую английскую песенку или нет — но никто вперёд так и не сунулся.
— Поединок окончен! — поднимает руку оратор. — Опустить флаги!
Всё, насколько я понимаю, теперь уже ничего из сказанного оспорить нельзя.
— А ты интересный человек! — барон протягивает мне флягу. — Глотни — этому вину почти пятьдесят лет!
Сразу же после завершения поединка, меня отыскал один из оруженосцев победителя. Почтительно поклонился и попросил проследовать за ним.
Лагерь встретил меня предотъездной суматохой. Снимали и сворачивали шатры, седлали верховых лошадей и запрягали сильно похожих на наших першеронов коняшек в тяжелую вычурную карету.
— Садись! — указывает мне рукой барон.
Ему самому моют и расчёсывают голову, так что вставать он не может.
Не чинюсь и опускаюсь на табурет.
Вернув мне меч после боя, Эспин сходу предложил в придачу кошелёк с монетами. И был несказанно поражён моим отказом.
Теперь, видать, кой-чего прикинул… и настроился уже совсем на другой разговор.
— Не хочешь брать от меня денег?
— Я не настолько бедный человек.
— Но почему? От чистого сердца предлагаю же!