Александр Конторович – Черный проводник (страница 7)

Инструктор не спеша выкрутил взрыватель из тела «яйца», обдул его и протянул экзаменуемому.

– Гляди! Вот эту гаечку надо было открутить, тогда этот штифтик с колечком выдернутся, и мина встанет на боевой взвод.

Лицо Кашина перекосилось, и он от досады хлопнул себя по лбу рукой.

– Ну, дурак, – сорвалось у него губ.

– Товарищ… дед, а можно вопрос? – подал голос Виктор.

– Конечно!

– А зачем вы мину снизу прощупывали? Ведь у гранаты донного взрывателя быть не может.

– Донника у гранаты нет, это так, но под гранатой мог находиться сюрприз разгрузочного типа.

– А разве у вас в ранце есть такой?

– Ну, во-первых, из того, что лежит у меня в ранце, можно собрать и черта лысого, а во-вторых, никогда не надо считать, что ты работаешь с бутафорией. Когда-нибудь тебя это может подвести.

Говоря это, дед вкрутил в «яйцо» штатный немецкий гранатный запал, потом открутил зеленую крышечку. Высвободив веревочку, дернул за нее и громко заорал: «Ложись!»

Все повалились на землю, а метрах в тридцати позади них раздался резкий разрыв гранаты.

Все не торопясь поднимались с ошарашенными лицами, но больше всех ошалел Кашин.

– Так все они были … боевые?

– Ну да, – спокойно отозвался инструктор, забыв добавить, что капсюли-детонаторы во взрывателях, которые он дает курсантам, пустые, а для спектакля с «яйцом» он всегда носит в нагрудном кармане френча боевой запал. Он, не торопясь, подошел ко второй только ему приметной точке и аккуратно вытащил из земли стандартный подрывной заряд массой двести граммов, оснащенный «усатым» SMiZ 35.

– А все-таки, что можно собрать из вашего ранца для разгрузки? – напомнил о своем существовании Виктор.

– Можно я отвечу? – неожиданно для себя вызвалась Марина.

– Ну, давай, – одобрительно отозвался дед.

– Для разгрузки можно использовать гранату Ф-1. У нее взрыватель это делать позволяет. Вытащить кольцо и придавить предохранительную лапку каким-нибудь предметом. Как только его уберут, лапка отлетит, и граната бабахнет.

– Откуда это? – заинтересованно приподнял бровь инструктор.

– Мне мой прежний учитель рассказывал. У них, бывало, подобным образом враги тела убитых минировали.

– Хм! Интересный у тебя инструктор был. Второй раз ты мне про него любопытные вещи рассказываешь… И что еще он тебе показывал?

– А у вас такая граната есть? И стакан.

– Ну, граната имеется, а стакан в лесу откуда? Хотя вот – есть металлический стаканчик от немецкого бритвенного прибора. Он почти тех же габаритов, что и обычный стакан. Только давай-ка я ее зубов лишу. Так-то оно поспокойнее будет…

Он вывернул запал Ковешникова, аккуратно выкрутил из него детонаторную трубку, заменив ее почти такой же, только алюминиевой.

Построив курсантов полукругом, инструктор кивнул Марине.

– Ну, давай! Показывай!

Оглядевшись по сторонам, она выбрала куст. Наклонила одну из веток к земле и шнурком прикрепила к ней гранату. Потом копнула ножом землю и в получившуюся ямку подошвой сапога затрамбовала стакан. Наклонила ветку к земле таким образом, чтобы граната опустилась в стакан, а сверху положила длинную палку. Приотпустила наклоненную ветвь. Шнурок натянулся, но положенная сверху палка удержала гранату в стакане. Подойдя к обрубку дерева, девушка подкатила его поближе и положила на него кривой сучок. Одним концом засунула его под лежащую поперек стакана палку, а вторым вывела наискось на тропу. Наклонилась к стакану, вставила между его стенкой и рычагом взрывателя щепку. Осторожно вытащила чеку.

– Ну… все.

– Та-а-ак… сказал бедняк… – протянул старый сапер и присел у сооружения. – Любопытно… хотя немного громоздко.

Дед опять задумался.

– Противопехотная мина из охотничьей кулемки, – он усмехнулся, – сучок, стало быть, в сторону отпихнут, он палку эту и столкнет… Так-то!

Стукнул, падая на землю, сучок, откатилась в сторону палка и, не удерживаемая ею более, взлетела над землей граната. Щелкнул капсюль-воспламенитель, и все курсанты автоматически упали на землю.

– От падения тут толку мало, ребятки! Граната в воздухе рванет, метрах в полутора от земли. Разлет осколков отсюда будет – мама не горюй! Хоть лежи, хоть пляши – итог один! Считай, каждый из вас огреб! Интересная придумка…

Сапер подумал, еще раз глянув на сооружение.

– Немного громоздко, но придумано толково. Оборонительная граната над землей много чего натворить может. Таким макаром в финскую войну лахтари нам много проблем организовали. Они свои мины и гранаты, почти такие же Ф-1, только французские с запалом Роланда, или наши трофейные на уровень пояса, а то и на уровень плеч поднимали. От снега. Правда, не так хитро. Просто к деревьям привязывали и от чеки проволочку протягивали вниз и поперек тропы. Молодец, курсант! От лица службы – благодарность тебе объявляю! За весь сегодняшний день от меня с искренним почтением! – дед уважительно склонил голову.

– Служу трудовому народу! – автоматически вытянулась она по стойке «смирно».

– Если других дел нет, мы с тобой еще после окончания занятий посидим. Чайку попьем, разговоры разные поразговариваем. Про учителя твоего и прочее…

День за днем, час за часом – и Марина постепенно втянулась в непривычный ритм тренировок. Иногда поутру дежурный спрашивал – а не слышал ли кто-нибудь из курсантов ночью чего-нибудь? Что именно и во сколько? Это мог быть громкий звук, выстрел, звонок – все что угодно. Такие же вопросы задавались и по вечерам, перед ужином. Постепенно мозг уже сам по себе начинал автоматически вычленять среди повседневных звуков что-то необычное. Сначала это вызывало недоумение – что такого необычного в выстрелах и взрывах, когда под боком стрельбище и саперный полигон?

– Да не всякий выстрел вовремя, – ответил им на этот вопрос майор. – На занятиях ничего удивительного в таких звуках нет. А вот во время обеда… или после отбоя – тут уже совсем другая песня. Некому в это время шуметь!

Сегодня, 23 апреля 1942 г. в 04.20 противник сбросил воздушный десант в районе расположения штаба … стрелкового корпуса. Самолеты, осуществлявшие выброску десанта, следовали в общем строю с бомбардировщиками, осуществлявшими воздушный налет на аэродром «Молодечное», и поэтому не были своевременно идентифицированы постами ВНОС[1] как транспортные.

Воспользовавшись халатностью часовых, группа немецко-фашистских диверсантов проникла на территорию штаба, где попыталась осуществить захват оперативных документов и уничтожение командования корпуса. В завязавшейся перестрелке десант понес потери и отступил, не доведя свой умысел до конца. Однако при отступлении парашютистами противника был похищен и уведен в лес начальник оперативного отдела штаба … стрелкового корпуса полковник Венедиктов А.П. Это было выяснено только по окончании боя. В результате проведенной проверки полковник не был обнаружен ни среди живых, ни среди мертвых. Принятыми мерами обнаружить и отбить его не представилось возможным.

Наши потери, по состоянию на 07.35 23 апреля составляют:

Убито шесть средних и восемь старших командиров. Погиб начальник штаба корпуса – генерал-майор Литвинов В.В. Ранено пять старших и три средних командира.

В бою погибли двадцать три бойца из состава роты охраны штаба и роты управления. Тридцать восемь бойцов ранено.

Потери противника составляют:

Один офицер (гауптман) и восемь солдат.

Среди нападавших имеется большое количество раненых, о чем свидетельствуют многочисленные следы крови и остатки перевязочного материала.

– Садись, майор! – полковник Чернов указал на стул.

Гальченко, не ломаясь, присел.

– В общем, так, дорогой ты мой, дела у нас хреновые!

– У нас? – удивленно приподнял бровь собеседник. – С какого это рожна? Вроде бы без происшествий все…

– Ну, не лично у нас, не в школе, я имею в виду. Вчера ночью на штаб корпуса было совершено нападение – немцы десант сбросили. Тихо подобрались, сняли часовых, закидали гранатами караульное помещение. Словом – отработали по-полной. Даже начштаба подстрелили – угораздило же его в этот момент совещание проводить.

– Нехило… мастерски сработали.

– А ты думал?! Там тоже, понимаешь ли, не лопухи – тебе ли не знать? Так что тут вся округа на ушах стоит да землю роет.

– Ну, а наша роль в этой кутерьме какая? Не в гости же вы сюда приехали?

– Дело в том, майор, что немцы не просто так на штаб навалились. Как раз получено было указание о разработке важной операции фронтом. И эти субчики утащили в лес начальника оперативного отдела корпуса.

Майор присвистнул.

– Ничего себе! Извините, Михаил Николаевич.

– Да я точно так же отреагировал, когда об этом узнал! – полковник раздраженно махнул рукой. – Будто у нас своих задач нет!

– Надо понимать, Михаил Николаевич, нас тоже к этим поискам пристегнули?

– Правильно мыслишь…

– И я должен поднять в ружье комендантский взвод, чтобы прочесывать лес?

– Ну, совсем-то уж за дурака меня не считай, Александр Иванович. Не первый год знакомы чай!

– Извините, товарищ полковник.