— Да, смертельно! Посмотри, — и показал ей разбухшие ладони, щедро покрытые мозолями.
— Я там включила воду, — сообщила она. — Только слабый напор…
— Ничего. Подожду…
— А хочешь, я приготовлю ужин?
— Я сам. Вот только искупаюсь… А ты очень устала?
Она не ответила. Она уставилась в окно, где красовались огни города, гирлянды уличных фонарей, потом вздохнула:
— Хорошо!..
— Хорошо, — согласился он. Ему было действительно хорошо. Еще не верилось, что они добрались.
— Знаешь что?
— Нет, — пожал он плечами.
— У меня будет ребенок…
— Точно?!! Это точно?
— Совершенно.
Он вскочил (куда делась усталость), схватил ее грязными руками, поднял и стал кружиться по комнате, яростно крича:
— У нас! У нас! У нас!
Она безудержно смеялась. Он целовал ее, тыча перепачканное лицо в ее щеки, в лоб, в нос…
Она смеялась.
Она смеялась и рыдала.
Вячеслав Андреев
СТИХИ
У СРЕДНЕЙ РОГАТКИ
Возле дома высотного хмуро
В глубь земли зарывается дот
И ощупывает амбразурой
Отдаленные склоны высот.
К небу тянутся теплые кроны,
Забирается ввысь самолет,
Новомодные микрорайоны
На рассвете уходят в полет —
Только
Доты
В зеленых кварталах
В землю врезались тяжестью всей,
И стоят они, как пьедесталы
Настоящих
И будущих дней.
«Я стою на Лиговском проспекте…»
Я стою на Лиговском проспекте,
Щурюсь от рассветного огня,
И, наверно, нет на целом свете
Человека празднее меня.
Вот шагну сейчас, куда — не знаю:
Вправо, влево или напрямик.
В каждом этом случае иная
Жизнь начаться может в тот же миг.
Может быть, на парковой дорожке,
Где светло от пения синиц,
Выплеснется синью осторожной
Взгляд девчоночий из-под ресниц.
И возможно, повернется круто
Все в моей размеренной судьбе…
Может быть, последние минуты
Самому принадлежу себе.
«Отчего-то чудится опять…»
Отчего-то чудится опять,
Что я встречусь нынче, как бывало,
Вновь с тобой, лишь стоит добежать
Побыстрее до конца квартала.
А в глаза бьет солнце с высоты,
Март шумит прибоем воробьиным,
И сейчас вот в переулок ты
Выбежишь из-за ворот старинных.
И на свете ничего не жаль
Подарить за эту вот минуту…
И звенят сосульки об асфальт,
Будто бы на счастье бьют посуду. 
