Александр Колючий – Водный барон. Том 2 (страница 4)
— Вы не атаковали грузовой струг первым. Вы атаковали лодку моего отца. Первой. Таранили её, перевернули, топили людей в воде.
Я посмотрел Гракчу прямо в глаза.
— Это было не ограбление. Это было убийство. Целенаправленное. Вамне нужен был товар — вы хотели уничтожить соперника.
Тишина стояла мёртвая.
Гракч смотрел на меня, его лицо стало серым.
— Откуда ты знаешь? — выдохнул он хрипло. — Откуда ты знаешь всё это? Никто... никто не должен был выжить...
— Но один выжил. Мальчишка, которого река выплюнула на берег. Я. Мирон Заречный.
Гракч отступил на шаг, нож выпал из его руки, звякнул о пол.
— Ты... ты сын Заречного... Но ты утонул...
— Я вернулся, — ответил я просто. — И теперь я здесь. Перед тобой. И ты расскажешь мне всё.
Второй мужчина посмотрел на Гракча.
— Гракч, не слушай его! Он хочет запутать тебя!
Гракч покачал головой, опустился на лавку, схватился за голову.
— Нет... он знает... он действительно знает...
Он посмотрел на меня снизу вверх.
— Что ты хочешь?
Я присел напротив него, мой голос стал тише, но не менее твёрдым:
— Правду. Кто заказал нападение на флотилию Заречных?
Гракч молчал долго, затем вздохнул.
— Савва Авинов. Он пришёл к нам за год до того. Предложил работу. Хорошую плату. Сказал, что есть соперник, которого нужно убрать с реки.
Он поднял голову.
— Твоему отцу принадлежал северный участок реки. Возил товар из столицы в Слободу и обратно. Хорошо возил, честно, люди ему доверяли. Авиновы хотели этот участок себе. Хотели все прибрать к рукам.
Я сжал кулаки.
Монополия. Всё ради монополии. Мой отец был конкурентом, и его убили.
— Продолжай, — сказал я глухо.
Гракч кивнул.
— Мы сделали, что нам сказали. Напали. Потопили лодки. Взяли товар. Савва заплатил нам сто рублей серебром. Сказал, что если кто узнает — он нас не знает, мы действовали сами.
— Типичная схема. Нанять кого-то, сделать грязную работу, потом отречься.
Я кивнул.
— А сейчас? Вы всё ещё работаете на Авиновых?
Гракч вздохнул.
— Да. Касьян, сын Саввы, умнее отца. Он наладил порядок. Мы грабим суда — те, что идут мимо Слободы, не заходя к Авиновым. Берём товар, приносим сюда, прячем. Потом люди Касьяна забирают товар, везут на их причал.
Он посмотрел на меня.
— Там у них нижний амбар. Весь этот амбар — наш склад. Там переупаковывают товар, счищают клейма, меняют маркировку. Потом продают как свой.
Я напрягся.
— Клейма? Какие клейма?
— Княжеские. Большая часть товара, который мы берём, идёт от княжеских торговцев. Соль, пушнина, ткани. Всё с клеймами князя. Если бы княжеский воевода узнал, что Авиновы торгуют краденым княжеским товаром...
Он провёл пальцем по горлу.
— Повесили бы всех. Без суда.
Я откинулся на спинку лавки, обдумывая.
Княжеский товар. Это улика. Это то, что может уничтожить Авиновых полностью. Не через Волостной двор, который они контролируют, а через князя, через центральную власть.
Я посмотрел на Гракча.
— Где этот товар сейчас?
Гракч пожал плечами.
— В амбаре, на причале Авиновых. Там всегда есть товар, партии приходят и уходят каждую неделю.
Он задумался.
— Хотя... сегодня ночью как раз должна быть большая отгрузка. Касьян велел нам принести три тюка пушнины, отборной, с княжескими клеймами. Сказал, что покупатель едет из столицы, заплатит хорошо.
Я выпрямился.
— Сегодня ночью? Когда именно?
Гракч посмотрел в окно, где солнце уже поднялось высоко.
— После полуночи. Обычно они грузят телеги в темноте, чтобы никто не видел. Вывозят товар на дальний тракт, там передают покупателям.
Я встал.
Сегодня ночью. Это мой шанс. Если я поймаю их с краденым княжеским товаром, я смогу вызвать воеводу. Доказать преступление. Уничтожить Авиновых.
Но времени мало. До ночи — часов десять, не больше.
Я посмотрел на Гракча.
— Ты пойдёшь со мной. Ты свидетель. Ты расскажешь всё воеводе, когда он приедет.
Гракч побледнел.
— Я? Ты хочешь, чтобы я сдал Авиновых? Они убьют меня!
Я покачал головой.
— Не убьют, если воевода арестует их первым. А он арестует, если ты дашь показания.
Я склонился ближе.
— Выбирай, Гракч. Либо ты идёшь со мной и получаешь шанс на помилование от князя за сотрудничество. Либо я иду к воеводе один, рассказываю всё, что ты мне сказал, и воевода приходит сюда. Арестовывает тебя. И вешает без суда за ушкуйничество.
Гракч смотрел на меня долго, затем опустил голову.
— Проклятье... Ты загнал меня в угол, мальчишка...
Он вздохнул.