Александр Колючий – Кукловод. Том 1 (страница 3)
– Пусто, Консерва. Сухой твой трактор.
– Должен быть резервный бак. – Я лихорадочно искал схемы. – Ищи канистры!
– Искала уже. Пусто тут. Одни тряпки масляные.
Она развернулась к выходу.
– Всё. Я свою часть сделки выполнила. Пришла? Пришла. Кнопку нажала? Нажала. Топлива нет – не мои проблемы.
– Стоять! – я повысил голос. – Ты не уйдешь. Ты найдешь солярку.
– Ага, щас. Рожу. Здесь на три километра – лес и руины. Бывай, консерва. Не скучай.
Она шагнула за порог. В дождь.
– Я тебе мозг выжгу!
На мгновение картинка в моем интерфейсе пошла рябью.
Она попыталась меня выкинуть. Просто напрягла волю, пытаясь вытолкнуть мой голос из своей головы, как пробку из бутылки. Я почувствовал этот импульс – слабый, дикий, обреченный на провал. Её дешевый чип нагрелся, сопротивление скакнуло, но мой протокол устоял. Не вышло, Kleine. Но я это запомнил. Ты сопротивляешься.
– Да пошел ты, – она махнула рукой. – Ничего ты не сделаешь.
Она вышла на тропу.
И замерла.
Из кустов, прямо под дождь, вышли двое.
Здоровенные, в клеенчатых плащах. У одного – бита с гвоздями, у второго – цепь.
Катя попятилась. Спиной уперлась в холодную сталь двери.
– Опа, – прохрипел первый (с битой). – А мы тебя ищем, Катенька. Думала, самая хитрая? Должок вернуть не хочешь?
Я смотрю через её глаз.
Она одна. Нож против биты и цепи. Без шансов.
Её сейчас убьют. Или покалечат.
А мне нужно, чтобы она жила. Мне нужны её руки и ноги.
Она скосила глаза. В пустоту.
– Эй, консерва… ты тут? – шепчет она одними губами. Трясется. – У нас проблемы…
Я молчал секунду. Пусть прочувствует момент.
– Тут, – отозвался я равнодушно. – У тебя проблемы, а не у нас. Что делать будешь?
Глава 2
Дождь лупил по их дешевым клеенчатым плащам, стекал мутными струями по бите с гвоздями.
Первый урод, тот, что с битой – лысый, с гнилыми зубами – сделал шаг вперед.
– Ну, Катенька? – Он лениво постучал «инструментом» по ладони. —. Мы ждем! Проценты накапали. Серьезные проценты!
Я сижу у неё в голове. Молчу. Наблюдаю.
Датчики фиксируют всплеск кортизола. У неё паника. Сердце колотится так, что ребра вибрируют.
Она боится боли. Боится смерти.
И её мозг, этот маленький крысиный калькулятор, начинает лихорадочно искать выход.
Я вижу её мысли. Каша. Просто винегрет из страха и картинок. Не словами – образами, вспышками. Как слайд-шоу на быстрой перемотке.
Вот мелькнуло: Долг… Коллекторы… Сейчас будут бить…
Потом резкий скачок: Что отдать? Денег нет… Почки? Нет…
И вдруг – стоп-кадр. Бункер. Генератор… Медь… Живой модуль в банке… Это стоит денег… Много денег…
Ах ты ж тварь! Она меня продает. Прямо сейчас!
Она готова сдать меня на запчасти этим ублюдкам, лишь бы ей не сломали пару ребер.
Катя открыла рот. Губы трясутся, но голос прорезался:
– Ребята, подождите… Денег нет, но… Тут такое дело… В бункере есть…
СТОП.
Я врубил звук на максимум. Прямо в слуховой нерв.
– ЗАТКНИСЬ! – рявкнул я так, что она поперхнулась. – ТЫ ЧЕГО ТВОРИШЬ, МРАЗЬ?!
Катя дернулась, схватилась за голову. Осеклась на полуслове.
Лысый прищурился.
– Чего там есть, Кать? – он подался вперед. – Золото партии? Или просто хлам? Не тяни кота за яйца.
Она снова набирает воздух. Хочет договорить. Слить меня.
– Там генера… – начала она сипло.
Scheiße[1]!
Не понимает по-хорошему. Буду спасать твою задницу, Kleine.
Придется брать управление.
Я не готов.
Резервный аккумулятор – это хилая батарейка для поддержания анабиоза. Она рассчитана на фоновую нагрузку системы в 0,1%. А «Марионетка» и взлом требуют полной мощности вычислительного ядра. Процессор сейчас уйдет в оверлок. Потребление энергии подскочит в тысячи раз. Тридцать дней моего «спящего режима» сгорят за пару минут активного боя. Батарея просто не выдержит такой токоотдачи.
Но выбора нет. Если она расскажет обо мне – они вызовут подмогу, вскроют бункер и пустят меня на органы.
– Протокол «Марионетка»: Активация! – командую я системе. – Перехват моторики!
Я рванул виртуальные рычаги на себя. Система взвыла:
[ALERT]… HIGH_LOAD detected (ТРЕВОГА… ОБНАРУЖЕНА_ПИКОВАЯ_НАГРУЗКА)
// VOLTAGE_DROP: CRITICAL // (ПАДЕНИЕ_НАПРЯЖЕНИЯ: КРИТИЧЕСКОЕ)
SYNC: 12%… UNSTABLE (СИНХРОНИЗАЦИЯ: 12%… НЕСТАБИЛЬНО)
В реале это выглядело жалко.
Протокол столкнулся с защитой её нервной системы. Дешевый китайский порт не был рассчитан на военный софт. Я почувствовал сопротивление – вязкое, как сырая глина. Её нейроны горели от моего вторжения. Я буквально слышал, как трещат её синапсы. Для неё это было, наверное, как сунуть пальцы в розетку.
Вместо того чтобы выхватить нож, её правая рука дернулась, как у паралитика. Указательный и средний пальцы скрючило судорогой. Она сама чуть не прикусила язык, клацнув зубами.
– М-м-м! – промычала она, хватаясь за свое горло.