Александр Колпакиди – Прометей № 5. Смерть Ленина (страница 24)
Именно в Никольском храме произошло и другое, не менее важное событие: первый сын Инессы появился на свет 10 сентября 1894 года, и вскорости молодая мать пошла в церковь, чтобы заказать благодарственный молебен. Однако в дверях ее остановил батюшка: «Тебе сюда нельзя. Ты после родов. Придешь, когда очистишься». Инесса задохнулась от возмущения. Больше она никогда не переступит порог храма. И только потом Инесса признается друзьям, что Бог видимо наказал ее за гордыню, отняв самого дорого человека – ее возлюбленного. Им был младший брат Александра, Владимир Арманд. Он умер в Швейцарии от обострившегося туберкулеза в 1909 году.
Ельдигино: школа имени Инессы Арманд
С именем Инессы связаны страницы истории села Ельдигино, которое ныне входит в состав Пушкинского городского округа.
Здесь Инесса вместе с семьей проживала на рубеже ХIХ – ХХ веков и попечительствовала в школе для крестьянских детей. В современной Ельдигинской средней общеобразовательной школе, которой в 1966 году было присвоено имя Инессы Арманд, организован небольшой краеведческий уголок.
Большая часть нынешней экспозиции ранее размещалась в здании бывшей усадьбы Армандов, где в советские годы и находилась Ельдигинская школа – как раз на тот момент, когда ей было присвоено имя Инессы.
В апреле 1966 года в связи с 90‑летием со дня рождения видного деятеля Коммунистической партии и международного революционного движения отдел народного образования Мособлоно поддержал решение Исполкома Пушкинского горсовета с просьбой о присвоении Ельдигинской средней школе имени Инессы Федоровны Арманд. Решение было принято Исполкомом Мособлсовета 16 июня 1966 года (оригинал документа хранится в Центральном государственном архиве Московской области).
В сентябре 1966 года в Ельдигинской школе было организовано торжественное мероприятие, на котором побывали преподаватели со всего района, приезжала и дочь Инессы, Варвара Александровна. Сегодня фотографии того памятного дня можно увидеть на одном из стендов школьного музея Ельдигинской школы. Тогда же на здании была установлена мемориальная доска, а во дворе школы появился памятник Инессе (скульптор О. Коржинская). Сейчас гипсовый бюст находится внутри здания, на втором этаже.
«Ельдигинская школа выгодно отличается от некоторых других тем, что здесь не забывают своего прошлого», – заметил в своей публикации учитель Алексей Михайлов, который работал в Ельдигинской школе в начале 2000‑х и занимался вопросами изучения истории этого места.
Алексей писал, что в дореволюционное время школы имели разных учредителей: были школы городские, земские, частные, фабричные, церковно-приходские, школы министерства Народного Просвещения. По его мнению, существующая ныне Ельдигинская школа берет свое начало от земской школы, открытой еще в 1878 году. На всем протяжении своего существования учреждение располагалось в разных зданиях села, на средства мужу Инессы, Александра Евгеньевича Арманда, было построено пятое по счету здание школы, обучение детей в котором началось к концу 1898/99‑го учебного года.
Позднее школа занимала и здание бывшей усадьбы Армандов, и даже здание нынешней администрации поселения – уже в наши дни этот дом был сильно перестроен и дополнен еще одним этажом.
Как вспоминает сотрудник школы Светлана Терлецкая, которая сама училась здесь в 1970 году, обучение было организовано в нескольких корпусах: в бывшей усадьбе Арманд находились младшие классы и кабинет биологии, а в ныне перестроенном здании администрации села занимались ученики более старшего возраста. Причем здание администрации и соседний дом (так называемый «домик учителей») были построены еще до революции, в 1912–1915 гг.
Об этом и многом другом можно узнать в современной Ельдигинской школе. Небольшая, но емкая экспозиция школьного музея содержит сведения по истории этого края, материалы по семейному древу Армандов, на отделом стенде приведены отрывки из литературных произведений, песен и стихов об Инессе, здесь же представлен и макет теплохода «Инесса Арманд», который курсировал в районе Одессы вплоть до 1998 года.
Жизнь самой Инессы тоже оборвалась весьма рано – она скончалась в 1920 году от холеры, ей было всего 46 лет. В числе других революционеров она похоронена возле стен Кремля. Супруг Инессы, Александр Арманд, и ее возлюбленный, Владимир Арманд, похоронены на территории Пушкинского городского округа – на сельском кладбище в Алешино.
Инесса Федоровна Арманд (Элизабе́т Пешё д’Эрбанви́лль), (26 апреля 1874 года, Париж – 24 сентября 1920 года, Нальчик).
Дочь французского оперного певца Теодора д’Эрбенвилля (сценическое имя – Теодор Стефан) и актрисы-комика, певицы Натали Вильд. Вместе с сестрой она приехала в Россию к своей тёте, которая давала уроки музыки и французского языка в богатой семье текстильных промышленников Арманд.
В 1893 году вышла замуж за Александра Арманда, в браке с ним родила четверых детей.
В 1902 году Инесса ушла от мужа к его младшему брату Владимиру, от которого в 1903 году родила сына. Под влиянием Владимира сблизилась с эсерами.
В 1904 году вступила в РСДРП. За активное участие в революции 1905–1907 годов отправлена в ссылку в Мезень, откуда в 1908 году бежала.
В 1909 году состоялось ее знакомство с В.И. Лениным, стала доверенным лицом будущего вождя. Работала в партийной школе пропагандистов в Лонжюмо, занималась переводами. В 1912 году написала брошюру «О женском вопросе», в которой выступала за свободу от брака.
В 1912 году нелегально приехала в Россию, за подпольную работу снова была арестована, 20 марта 1913 года освобождена под залог.
В 1914 году занималась агитацией среди французских рабочих, призывая их отказаться от работы в пользу стран Антанты.
В апреле 1917 года прибыла в Россию, была председателем Московского губернского совнархоза. В 1919–1920 годах Арманд возглавляла женский отдел ЦК РКП(б). Была организатором и руководителем 1‑й Международной женской коммунистической конференции в 1920 году, принимала участие в борьбе женщин-революционерок с традиционной семьёй.
Умерла в Нальчике от холеры, подхваченной на станции Беслан. Похоронена 12 октября 1920 на Красной площади в Москве, в некрополе у Кремлёвской стены.
Яцынина Ирина Николаевна,
публицист, театральный критик, в 1994–2021 гг. – помощник Художественного руководителя, заведующая архивом театра «Содружество актёров Таганки»
Пряный вкус креольской политики
О генерале Омаре Торрихосе я узнала благодаря Николаю Сергеевичу Леонову. Именно он, разведчик и дипломат, переводчик первых лиц Советского государства, друг Фиделя, Рауля Кастро и Че Гевары, открыл для русского читателя эту личность исполинского масштаба, знаковую фигуру в политике, истории и освободительной борьбе Американского континента.
Однако у Николая Сергеевича были выдающиеся предшественники. О генерале Торрихосе, лидере Панамы, сумевшем в жестком противостоянии победить вездесущих наглых янки и вернуть знаменитый Панамский канал многострадальному народу этой центральноамериканской страны, писали Габриэль Гарсиа Маркес и Грэм Грин, панамский ученый, мыслитель и литератор Хосе де Хесус Мартинес.
Будущий генерал родился 13 февраля 1929 года и учился на отлично, что, наверное, не удивительно для человека, названного в честь великого Омара Хайяма. На формирование его мировоззрения повлияли общение с участниками Гражданской войны в Испании, а также более чем скромный достаток семьи родителей. В 17 лет, убежав из дома и поступив в военную академию, Омар Торрихос выбрал для себя карьеру военного. После антиимпериалистического бескровного госпереворота 1968 года Торрихос фактически становится руководителем Панамы.
Простого перечисления главных вех в судьбе молодого Омара Торрихоса было бы достаточно для того, чтобы признать этого человека неординарным. Однако все упомянутое стало только началом короткого и, как комета в темном небе, яркого жизненного пути национального героя Панамы.
Ненависть к Соединенным Штатам, грубо вмешивающимся во внутренние дела других стран, старающимся подчинить себе экономику и политику формально независимых государств, является общей чертой, характерной для Южной и Центральной Америки. Не стала исключением и Панама. Более того, знаменитый Панамский канал был вожделенным лакомым куском для «Агрессивных Штатов Америки», практически колонизировавших Панаму и получавших баснословные барыши от его эксплуатации.