Александр Колпакиди – Че, любовь к тебе сильнее смерти! Писатели и поэты разных стран о Че Геваре (страница 46)

Во время визита в СССР Гинзберг пытался делать поэтические эксперименты вместе с Андреем Вознесенским; литературные стили этих двух поэтов в определенной степени похожи – оба они в своих произведениях отдавали дань довольно необычной для того времени поэтической игре со звучанием слов и смыслами. (Вспомним хотя бы знаменитое «Чайка – плавки бога» Вознесенского – из поэтического цикла, где автор пытался совместить поэзию с живописью)

Со страницы Юропиан Трибьюн[5] смотрит юноша с открытыми глазами, со светящимся от улыбки нежным безбородым лицом лежа на спине и глядя вверх

Спокойно как будто невидимая женщина ласкает губами его тело

Вмещающее труп безмятежного юнца, проницательного аргентинского врача, вспыльчивого кубинского майора с трубкой во рту, скрупулезно ведущего дневник несмотря на одолевающих его амазонских москитов

Спи на холме, унылый Гаванский Трон пал

Твоя шея сексуальнее, чем поникшие морщинистые шеи Джонсона Де Голля, Косыгина или изуродованная пулей шея Джона Кеннеди

Более умные глаза смотрят со страницы газетного некролога, чем работающие в режиме реального времени камеры Конгресса, передающие сигналы на экраны телевизоров, прямо на очки Макнамары, Даллеса в прошлой жизни…

Женщины в шляпах-котелках, сидящие на грязных окраинах на высоте

11 000 футов в небесах

с головной болью в Ла-Пасе

продающие фиолетовый картофель, выращенный на крышах хижин в гористом Пуно

восхитились бы твоим порывом и поцеловали бы твой лик нового Христа

Они бы выставили белые клыки военных масок с красными глазами-луковицами для устрашения солдат-призраков, простреливших тебе легкие

Невероятно! Юноша избежал смерти под ножом хирурга или в пасти крокодила

Чтобы ужаснуться масштабам военных складов Алькоа[6], бесконечно заседать с бандитами в Советах Директоров Юнайтед Фрут[7]

Столкнуться с мутными доверенными лицами Чикагского Университета

Победил юристов-призраков

Усы Ачесона из фирмы Джон Фостер Даллес Салливан и Кромвель[8],

жесткую шляпу Трумэна

Чтобы сойти с ума и прятаться в джунглях на муле и наводить винтовку на солдат ОАГ[9] из-за эгоцентричных любезностей Раска, железной руки решительных представителей Пентагона и тупых интеллектуалов широкого спектра от журналистов Тайм[10] до агентов ЦРУ

Один мальчишка против всего фондового рынка, заслуживший овации Уолл-стрит

с тех пор, как Норрис написал «Яму»[11],

в ужасе от халявных долларов, сыплющихся с Балкона Зевак,

разбросанных смеющимися младшими братьями,

Против введения налогов против опутывания всего мира телеграфной

сетью против инфракрасных датчиков помешанных на деньгах ученых,

которых поддерживают капиталисты, исповедующие телепатию,

против миллионов студентов колледжа, смотрящих канал Вичита Фэмили Дэн ТВ[12].

Сияющее лицо сведено с ума выстрелом из винтовки, в одиночку восстав против СМИ.

Венеция, ноябрь 1967 года

Элегия Че Гевары

Европейское племя. Лицо на фото. Глаза открыты, молодой женственный безбородый ребенок, Сияющий мальчик. Лежит на спине, улыбается и смотрит на небо. Спокойно, словно дамские губы целовали невидимые части тела. Стареющий Безмятежный ангельский труп, Проницательный аргентинский доктор, раздражительный кубинский майор с трубкой и преданно ведущий реестр комаров Амазонии учёный. Сон на холме, унылый гаванский диктатор отрёкся. Твоя шея прекрасней стареющих шей Джонсона, Де Голля, Косыгина Или пробитая пулей шея Джона Кеннеди. Глаза умнее заглянули в газеты до смерти О чем беспокоятся живые комарики в подлом Конгрессе, Передающие глупость и желчь на экран телевизора. Тень, стеклянноглазый Макнамара, Даллес в старой жизни… Женщины в котелках сидят на грязной окраине на высоте 11 000 футов на небесах С головной болью в ЛаПасе Они продавали черный картофель, принесенный из хижин с земляными крышами в горном Пуно. Я обожал бы тебя и поцеловал бы твой Лик, новый Христос. Они поднимут белые клыки на красной боевой маске, Чтобы напугать солдат-призраков, которые пронзили ваши легкие. Невероятный! Один мальчик отвернулся, видя, как ты лечишь глаз его друга в пампасах. На складах ALCOA собралось множество убийц-членов совета директоров United Fruit. Попечители Чикагского университета по производству смога. Призраки-адвокаты вернулись к мёртвому Джону Фостеру Даллесу. Юридическая фирма «Салливан и Кромвель», Усы Ачесона, костлявая шляпа Трумэна. Сойти с ума и спрятаться в джунглях на муле с винтовкой в руках, защищаясь от мерзких любезностей, металлического звона оружия Аж до стен Пентагона И тупых интеллектуалов их разных помоек, От «Таймс» до ЦРУ. Один мальчик против фондового рынка, и вся Уолл-стрит вскрикнула с тех пор, как Норны написали «Яму», Боясь, что с «Балкона наблюдателя» сыпятся халявные доллары, разбрасываемые смеющимися младшими братьями.