и незаметно тают знаки,
что рисовал рассвет на кальке.
И пусть печаль стекает с крыши
на полусжавшиеся листья —
ты от неё сбежишь по-лисьи,
когда закат письмо напишет…
ВОЛОКНА СЕРДЦА
Рвёт сердце на волокна чувство,
что сам себе не дашь проснуться,
когда в душе вдруг станет пусто,
как у голодного на блюдце.
И задержавшееся утро
пульс ожидания обманет,
тайком подкинув каракурта
к платку в расстёгнутом кармане.
Назад отбросит мысли взрывом,
рождённым от непониманья,
что в зеркале давно всё криво,
и на спасение дней мало.
Пусть тонут от досады свечи
в уже ненужном им же воске —
волокна сердца сны залечат,
взобравшись к прошлому на плоскость…
ЗА КУЛИСАМИ
На небе нарисованы кулисы,
за ними сцена, мрамором сверкая, —
ты видишь это всё в глазах Алисы,
попавшей не в то время в Зазеркалье.
Деревья ветви пасмурно качают,
и серость давит, обрывая листья:
никто не ждал, что будет так в начале,
все думали по-медицински чисто.
Волнами вверх подброшенный кораблик
оставлен на задворках у фантазий,
что наступают на свои же грабли,
заставив море обитать в фонтане.
На небе нарисованы кулисы,
за ними солнце фонарём мигает —
ты видишь это всё в глазах Алисы,
но оболочка у неё другая…
«Плавится зелень в объятьях жары…»
Плавится зелень в объятьях жары,
тают стихи с намёком на лень —
месяц без строк для души как нарыв:
ручка лекарством лежит на столе.
Беглые рифмы уже не догнать,
проще для новых бумагу найти
и по утрам наблюдать из окна,
как убивает людей никотин.
Завтра объявит ветер войну
тем, кто хотел избытка тепла
и не хотел прохладу вернуть
вместе с отсутствием в урнах стекла.
Это лишь завтра – сегодня опять
солнце рисует на коже загар…
и так же сложно с метафор начать,
как не уйти в комментарий за кадр.
«Туман повис прохладной паутиной…»
Туман повис прохладной паутиной,
в тени застыли сонных клёнов листья —
они похожи на индейцев лица,
что спрятал за вигвамом полог длинный.
И тонет звук гудков на перекрёстках
в твоих мечтаньях о бодрящем утре,
которое несёт, как резвый скутер, 
